Мар
08

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН ОБ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И АДВОКАТУРЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН ОБ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И АДВОКАТУРЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН ОБ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И АДВОКАТУРЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

 31 мая 2002 года N 63-ФЗ

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН

ОБ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И АДВОКАТУРЕ
В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Принят
Государственной Думой
26 апреля 2002 года

Одобрен
Советом Федерации
15 мая 2002 года

(в ред. Федеральных законов от 28.10.2003 N 134-ФЗ,
от 22.08.2004 N 122-ФЗ, от 20.12.2004 N 163-ФЗ,
от 24.07.2007 N 214-ФЗ, от 23.07.2008 N 160-ФЗ,
от 11.07.2011 N 200-ФЗ, от 21.11.2011 N 326-ФЗ,
с изм., внесенными Федеральным законом от 03.12.2007 N 320-ФЗ)

Глава 1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Статья 1. Адвокатская деятельность

1. Адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, физическим и юридическим лицам (далее — доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию.
2. Адвокатская деятельность не является предпринимательской.
3. Не является адвокатской деятельностью юридическая помощь, оказываемая:
работниками юридических служб юридических лиц (далее — организации), а также работниками органов государственной власти и органов местного самоуправления;
участниками и работниками организаций, оказывающих юридические услуги, а также индивидуальными предпринимателями;
нотариусами, патентными поверенными, за исключением случаев, когда в качестве патентного поверенного выступает адвокат, либо другими лицами, которые законом специально уполномочены на ведение своей профессиональной деятельности.
4. Действие настоящего Федерального закона не распространяется также на органы и лиц, которые осуществляют представительство в силу закона.

Статья 2. Адвокат

1. Адвокатом является лицо, получившее в установленном настоящим Федеральным законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность. Адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам. Адвокат не вправе вступать в трудовые отношения в качестве работника, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности, а также занимать государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, должности государственной службы и муниципальные должности.
Адвокат вправе совмещать адвокатскую деятельность с работой в качестве руководителя адвокатского образования, а также с работой на выборных должностях в адвокатской палате субъекта Российской Федерации (далее также — адвокатская палата), Федеральной палате адвокатов Российской Федерации (далее также — Федеральная палата адвокатов), общероссийских и международных общественных объединениях адвокатов.
(п. 1 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2. Оказывая юридическую помощь, адвокат:
1) дает консультации и справки по правовым вопросам как в устной, так и в письменной форме;
2) составляет заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера;
3) представляет интересы доверителя в конституционном судопроизводстве;
4) участвует в качестве представителя доверителя в гражданском и административном судопроизводстве;
5) участвует в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях;
6) участвует в качестве представителя доверителя в разбирательстве дел в третейском суде, международном коммерческом арбитраже (суде) и иных органах разрешения конфликтов;
7) представляет интересы доверителя в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях;
8) представляет интересы доверителя в органах государственной власти, судах и правоохранительных органах иностранных государств, международных судебных органах, негосударственных органах иностранных государств, если иное не установлено законодательством иностранных государств, уставными документами международных судебных органов и иных международных организаций или международными договорами Российской Федерации;
9) участвует в качестве представителя доверителя в исполнительном производстве, а также при исполнении уголовного наказания;
10) выступает в качестве представителя доверителя в налоговых правоотношениях.
3. Адвокат вправе оказывать иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом.
4. Представителями организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления в гражданском и административном судопроизводстве, судопроизводстве по делам об административных правонарушениях могут выступать только адвокаты, за исключением случаев, когда эти функции выполняют работники, состоящие в штате указанных организаций, органов государственной власти и органов местного самоуправления, если иное не установлено федеральным законом.
5. Адвокаты иностранного государства могут оказывать юридическую помощь на территории Российской Федерации по вопросам права данного иностранного государства.
Адвокаты иностранных государств не допускаются к оказанию юридической помощи на территории Российской Федерации по вопросам, связанным с государственной тайной Российской Федерации.
6. Адвокаты иностранных государств, осуществляющие адвокатскую деятельность на территории Российской Федерации, регистрируются федеральным органом исполнительной власти в области юстиции (далее — федеральный орган юстиции) в специальном реестре, порядок ведения которого определяется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
(в ред. Федерального закона от 23.07.2008 N 160-ФЗ)
Без регистрации в указанном реестре осуществление адвокатской деятельности адвокатами иностранных государств на территории Российской Федерации запрещается.

Статья 3. Адвокатура и государство

1. Адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и как институт гражданского общества не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления.
2. Адвокатура действует на основе принципов законности, независимости, самоуправления, корпоративности, а также принципа равноправия адвокатов.
3. В целях обеспечения доступности для населения юридической помощи и содействия адвокатской деятельности органы государственной власти обеспечивают гарантии независимости адвокатуры, осуществляют финансирование деятельности адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а также при необходимости выделяют адвокатским образованиям служебные помещения и средства связи.
4. Каждому адвокату гарантируется социальное обеспечение, предусмотренное для граждан Конституцией Российской Федерации.

Статья 4. Законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре

1. Законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых в пределах полномочий, установленных настоящим Федеральным законом, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2. Принятый в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом, кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности.
(п. 2 введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Статья 5. Использование терминов, применяемых в настоящем Федеральном законе

(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Использование в наименованиях организаций и общественных объединений терминов «адвокатская деятельность», «адвокатура», «адвокат», «адвокатская палата», «адвокатское образование», «юридическая консультация» или словосочетаний, включающих в себя эти термины, допускается только адвокатами и созданными в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, организациями.

Глава 2. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ АДВОКАТА

Статья 6. Полномочия адвоката

1. Полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.
2. В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи (далее также — соглашение) для вступления адвоката в дело.
3. Адвокат вправе:
1) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, а также общественных объединений и иных организаций. Указанные органы и организации в порядке, установленном законодательством, обязаны выдать адвокату запрошенные им документы или их заверенные копии не позднее чем в месячный срок со дня получения запроса адвоката;
(пп. 1 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2) опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь;
3) собирать и представлять предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными и иными доказательствами, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;
4) привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи;
5) беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его содержания под стражей), без ограничения числа свиданий и их продолжительности;
6) фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, по которому адвокат оказывает юридическую помощь, соблюдая при этом государственную и иную охраняемую законом тайну;
7) совершать иные действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации.
4. Адвокат не вправе:
1) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случае, если оно имеет заведомо незаконный характер;
2) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случаях, если он:
имеет самостоятельный интерес по предмету соглашения с доверителем, отличный от интереса данного лица;
участвовал в деле в качестве судьи, третейского судьи или арбитра, посредника, прокурора, следователя, дознавателя, эксперта, специалиста, переводчика, является по данному делу потерпевшим или свидетелем, а также если он являлся должностным лицом, в компетенции которого находилось принятие решения в интересах данного лица;
состоит в родственных или семейных отношениях с должностным лицом, которое принимало или принимает участие в расследовании или рассмотрении дела данного лица;
оказывает юридическую помощь доверителю, интересы которого противоречат интересам данного лица;
3) занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя;
4) делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если тот ее отрицает;
5) разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя;
6) отказаться от принятой на себя защиты.
5. Негласное сотрудничество адвоката с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запрещается.

Статья 7. Обязанности адвоката

1. Адвокат обязан:
1) честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами;
2) исполнять требования закона об обязательном участии адвоката в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, а также оказывать юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;
(в ред. Федеральных законов от 20.12.2004 N 163-ФЗ, от 24.07.2007 N 214-ФЗ)
3) постоянно совершенствовать свои знания и повышать свою квалификацию;
4) соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции;
(пп. 4 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
5) ежемесячно отчислять за счет получаемого вознаграждения средства на общие нужды адвокатской палаты в порядке и в размерах, которые определяются собранием (конференцией) адвокатов адвокатской палаты соответствующего субъекта Российской Федерации (далее — собрание (конференция) адвокатов), а также отчислять средства на содержание соответствующего адвокатского кабинета, соответствующей коллегии адвокатов или соответствующего адвокатского бюро в порядке и в размерах, которые установлены адвокатским образованием;
(пп. 5 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
6) осуществлять страхование риска своей профессиональной имущественной ответственности.
2. За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную настоящим Федеральным законом.

Статья 8. Адвокатская тайна

1. Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю.
2. Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.
3. Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения.
Полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей. Указанные ограничения не распространяются на орудия преступления, а также на предметы, которые запрещены к обращению или оборот которых ограничен в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Глава 3. СТАТУС АДВОКАТА

Статья 9. Приобретение статуса адвоката

1. Статус адвоката в Российской Федерации вправе приобрести лицо, которое имеет высшее юридическое образование, полученное в имеющем государственную аккредитацию образовательном учреждении высшего профессионального образования, либо ученую степень по юридической специальности. Указанное лицо также должно иметь стаж работы по юридической специальности не менее двух лет либо пройти стажировку в адвокатском образовании в сроки, установленные настоящим Федеральным законом.
У лиц, высшее юридическое образование которых является впервые полученным высшим профессиональным образованием, стаж работы по юридической специальности исчисляется не ранее чем с момента окончания соответствующего образовательного учреждения.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2. Не вправе претендовать на приобретение статуса адвоката и осуществление адвокатской деятельности лица:
1) признанные недееспособными или ограниченно дееспособными в установленном законодательством Российской Федерации порядке;
2) имеющие непогашенную или неснятую судимость за совершение умышленного преступления.
3. Решение о присвоении статуса адвоката принимает квалификационная комиссия адвокатской палаты субъекта Российской Федерации (далее — квалификационная комиссия) после сдачи лицом, претендующим на приобретение статуса адвоката (далее также — претендент), квалификационного экзамена.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
4. В стаж работы по юридической специальности, необходимой для приобретения статуса адвоката, включается работа:
1) в качестве судьи;
2) на требующих высшего юридического образования государственных должностях в федеральных органах государственной власти, органах государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органах;
3) на требовавших высшего юридического образования должностях в существовавших до принятия действующей Конституции Российской Федерации государственных органах СССР, РСФСР и Российской Федерации, находившихся на территории Российской Федерации;
4) на требующих высшего юридического образования муниципальных должностях;
5) на требующих высшего юридического образования должностях в органах Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации;
6) на требующих высшего юридического образования должностях в юридических службах организаций;
7) на требующих высшего юридического образования должностях в научно-исследовательских учреждениях;
8) в качестве преподавателя юридических дисциплин в учреждениях среднего профессионального, высшего профессионального и послевузовского профессионального образования;
9) в качестве адвоката;
10) в качестве помощника адвоката;
11) в качестве нотариуса.
5. Адвокат вправе осуществлять адвокатскую деятельность на всей территории Российской Федерации без какого-либо дополнительного разрешения.
6. Иностранные граждане и лица без гражданства, получившие статус адвоката в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, допускаются к осуществлению адвокатской деятельности на всей территории Российской Федерации в случае, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статья 10. Допуск к квалификационному экзамену

1. Лицо, отвечающее требованиям пунктов 1 и 2 статьи 9 настоящего Федерального закона, вправе обратиться в квалификационную комиссию адвокатской палаты субъекта Российской Федерации с заявлением о присвоении ему статуса адвоката.
(п. 1 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2. Претендент помимо заявления представляет в квалификационную комиссию копию документа, удостоверяющего его личность, анкету, содержащую биографические сведения, копию трудовой книжки или иной документ, подтверждающий стаж работы по юридической специальности, копию документа, подтверждающего высшее юридическое образование либо наличие ученой степени по юридической специальности, а также другие документы в случаях, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре.
Предоставление недостоверных сведений может служить основанием для отказа в допуске претендента к квалификационному экзамену.
3. Квалификационная комиссия при необходимости организует в течение двух месяцев проверку достоверности документов и сведений, представленных претендентом. При этом квалификационная комиссия вправе обратиться в соответствующие органы с запросом о проверке либо подтверждении достоверности указанных документов и сведений. Данные органы обязаны сообщить квалификационной комиссии о результатах проверки документов и сведений либо подтвердить их достоверность не позднее чем через месяц со дня получения запроса квалификационной комиссии.
4. После завершения проверки квалификационная комиссия принимает решение о допуске претендента к квалификационному экзамену.
5. Решение об отказе в допуске претендента к квалификационному экзамену может быть принято только по основаниям, указанным в настоящем Федеральном законе. Решение об отказе в допуске к квалификационному экзамену может быть обжаловано в суд.

Статья 11. Квалификационный экзамен

1. Положение о порядке сдачи квалификационного экзамена и оценки знаний претендентов, а также перечень вопросов, предлагаемых претендентам, разрабатываются и утверждаются советом Федеральной палаты адвокатов.
2. Квалификационный экзамен состоит из письменных ответов на вопросы (тестирование) и устного собеседования.
3. Претендент, не сдавший квалификационного экзамена, допускается к повторной процедуре сдачи квалификационного экзамена, установленной настоящим Федеральным законом, не ранее чем через год.
(п. 3 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Статья 12. Присвоение статуса адвоката

1. Квалификационная комиссия в трехмесячный срок со дня подачи претендентом заявления о присвоении ему статуса адвоката принимает решение о присвоении либо об отказе в присвоении претенденту статуса адвоката.
Решение квалификационной комиссии о присвоении претенденту статуса адвоката вступает в силу со дня принятия претендентом присяги адвоката.
2. Квалификационная комиссия не вправе отказать претенденту, успешно сдавшему квалификационный экзамен, в присвоении статуса адвоката, за исключением случаев, когда после сдачи квалификационного экзамена обнаруживаются обстоятельства, препятствовавшие допуску к квалификационному экзамену. В таких случаях решение об отказе в присвоении статуса адвоката может быть обжаловано в суд.
3. Статус адвоката присваивается претенденту на неопределенный срок и не ограничивается определенным возрастом адвоката.

Статья 13. Присяга адвоката

1. В порядке, установленном адвокатской палатой, претендент, успешно сдавший квалификационный экзамен, приносит присягу следующего содержания:
«Торжественно клянусь честно и добросовестно исполнять обязанности адвоката, защищать права, свободы и интересы доверителей, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и кодексом профессиональной этики адвоката«.
2. Со дня принятия присяги претендент получает статус адвоката и становится членом адвокатской палаты.

Статья 14. Реестры адвокатов

1. Территориальный орган федерального органа исполнительной власти в области юстиции (далее — территориальный орган юстиции) ведет реестр адвокатов субъекта Российской Федерации (далее — региональный реестр).
2. Территориальный орган юстиции ежегодно не позднее 1 февраля направляет в адвокатскую палату копию регионального реестра. О внесении изменений в региональный реестр территориальный орган юстиции уведомляет адвокатскую палату соответствующего субъекта Российской Федерации в 10-дневный срок со дня внесения указанных изменений.
3. Порядок ведения региональных реестров определяется федеральным органом юстиции.

Статья 15. Внесение сведений об адвокате в региональный реестр

1. О присвоении претенденту статуса адвоката квалификационная комиссия в семидневный срок со дня принятия соответствующего решения уведомляет территориальный орган юстиции, который в месячный срок со дня получения уведомления вносит сведения об адвокате в региональный реестр и выдает адвокату соответствующее удостоверение.
2. Форма удостоверения утверждается федеральным органом юстиции. В удостоверении указываются фамилия, имя, отчество адвоката, его регистрационный номер в региональном реестре. В удостоверении должна быть фотография адвоката, заверенная печатью территориального органа юстиции.
3. Удостоверение является единственным документом, подтверждающим статус адвоката, за исключением случая, предусмотренного пунктом 5 настоящей статьи.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
Лицо, статус адвоката которого прекращен или приостановлен, после принятия соответствующего решения советом адвокатской палаты обязано сдать свое удостоверение в территориальный орган юстиции, который выдал данное удостоверение.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
4. Адвокат может одновременно являться членом адвокатской палаты только одного субъекта Российской Федерации, сведения о нем вносятся только в один региональный реестр. Адвокат вправе осуществлять свою деятельность только в одном адвокатском образовании, учрежденном в соответствии с настоящим Федеральным законом.
5. Адвокат, принявший решение об изменении членства в адвокатской палате одного субъекта Российской Федерации на членство в адвокатской палате другого субъекта Российской Федерации, уведомляет об этом заказным письмом совет адвокатской палаты субъекта Российской Федерации (далее также — совет адвокатской палаты, совет), членом которой он является.
Об указанном решении адвоката совет уведомляет территориальный орган юстиции в десятидневный срок со дня получения уведомления адвоката. В случае наличия у адвоката задолженности по отчислениям перед адвокатской палатой совет вправе не направлять указанное уведомление до полного погашения адвокатом суммы задолженности.
Территориальный орган юстиции исключает сведения об адвокате из регионального реестра не позднее чем через месяц со дня получения уведомления совета. При этом адвокат обязан сдать свое удостоверение в территориальный орган юстиции. Взамен сданного адвокатом удостоверения территориальный орган юстиции выдает адвокату документ, подтверждающий статус адвоката. В данном документе указываются дата внесения сведений об адвокате в региональный реестр и дата исключения сведений об адвокате из регионального реестра. Адвокат в месячный срок со дня исключения сведений о нем из регионального реестра заказным письмом обязан уведомить об этом совет адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, членом которой он намерен стать.
Совет адвокатской палаты соответствующего субъекта Российской Федерации в месячный срок со дня получения от адвоката указанного уведомления проверяет сведения об адвокате и выносит решение о его приеме в члены адвокатской палаты. Об этом решении совет уведомляет территориальный орган юстиции и адвоката в десятидневный срок со дня принятия решения.
Территориальный орган юстиции в месячный срок со дня получения уведомления от совета вносит сведения об адвокате в региональный реестр и выдает адвокату новое удостоверение.
(п. 5 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
6. Адвокат со дня присвоения статуса адвоката, либо внесения сведений об адвокате в региональный реестр после изменения им членства в адвокатской палате, либо возобновления статуса адвоката обязан уведомить совет адвокатской палаты об избранной им форме адвокатского образования в трехмесячный срок со дня наступления указанных обстоятельств.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
7. Невнесение сведений об адвокате в региональный реестр либо невыдача адвокату удостоверения в установленные настоящим Федеральным законом сроки могут быть обжалованы в суд.
8. Порядок изменения адвокатом членства в адвокатской палате одного субъекта Российской Федерации на членство в адвокатской палате другого субъекта Российской Федерации определяется советом Федеральной палаты адвокатов.
(п. 8 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Статья 16. Приостановление статуса адвоката

1. Статус адвоката приостанавливается по следующим основаниям:
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
1) избрание адвоката в орган государственной власти или орган местного самоуправления на период работы на постоянной основе;
2) неспособность адвоката более шести месяцев исполнять свои профессиональные обязанности;
3) призыв адвоката на военную службу;
4) признание адвоката безвестно отсутствующим в установленном федеральным законом порядке.
2. В случае принятия судом решения о применении к адвокату принудительных мер медицинского характера суд может рассмотреть вопрос о приостановлении статуса данного адвоката.
3. Приостановление статуса адвоката влечет за собой приостановление действия в отношении данного адвоката гарантий, предусмотренных настоящим Федеральным законом, за исключением гарантий, предусмотренных пунктом 2 статьи 18 настоящего Федерального закона.
3.1. Лицо, статус адвоката которого приостановлен, не вправе осуществлять адвокатскую деятельность, а также занимать выборные должности в органах адвокатской палаты или Федеральной палаты адвокатов. Нарушение положений настоящего пункта влечет за собой прекращение статуса адвоката.
(п. 3.1 введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
4. Решение о приостановлении статуса адвоката принимает совет адвокатской палаты того субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об этом адвокате.
5. После прекращения действия оснований, предусмотренных пунктами 1 и 2 настоящей статьи, статус адвоката возобновляется по решению совета, принявшего решение о приостановлении статуса адвоката, на основании личного заявления адвоката, статус которого был приостановлен.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
5.1. Решение совета адвокатской палаты о приостановлении статуса адвоката или об отказе в возобновлении статуса адвоката может быть обжаловано в суд.
(п. 5.1 введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
6. Совет адвокатской палаты в десятидневный срок со дня принятия им решения о приостановлении либо возобновлении статуса адвоката уведомляет об этом в письменной форме территориальный орган юстиции для внесения соответствующих сведений в региональный реестр, а также лицо, статус адвоката которого приостановлен или возобновлен, за исключением случая приостановления статуса адвоката по основанию, предусмотренному подпунктом 4 пункта 1 настоящей статьи, и адвокатское образование, в котором данное лицо осуществляло адвокатскую деятельность.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
Территориальный орган юстиции в 10-дневный срок со дня получения указанного уведомления вносит сведения о приостановлении либо возобновлении статуса адвоката в региональный реестр.

Статья 17. Прекращение статуса адвоката

(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

1. Статус адвоката прекращается советом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, по следующим основаниям:
1) подача адвокатом заявления о прекращении статуса адвоката в совет адвокатской палаты;
2) вступление в законную силу решения суда о признании адвоката недееспособным или ограниченно дееспособным;
3) смерть адвоката или вступление в законную силу решения суда об объявлении его умершим;
4) вступление в законную силу приговора суда о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления;
5) выявление обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 настоящего Федерального закона;
6) нарушение положений пункта 3.1 статьи 16 настоящего Федерального закона.
2. Статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при:
1) неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем;
2) нарушении адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката;
3) неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции;
4) установлении недостоверности сведений, представленных в квалификационную комиссию в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 10 настоящего Федерального закона;
5) отсутствии в адвокатской палате в течение четырех месяцев со дня наступления обстоятельств, предусмотренных пунктом 6 статьи 15 настоящего Федерального закона, сведений об избрании адвокатом формы адвокатского образования.
3. Лицо, статус адвоката которого прекращен, не вправе осуществлять адвокатскую деятельность, а также занимать выборные должности в органах адвокатской палаты или Федеральной палаты адвокатов. Нарушение положений настоящего пункта влечет за собой ответственность, предусмотренную федеральным законом.
4. О принятом в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи решении совет в десятидневный срок со дня его принятия уведомляет в письменной форме лицо, статус адвоката которого прекращен, за исключением случая прекращения статуса адвоката по основанию, предусмотренному подпунктом 3 пункта 1 настоящей статьи, соответствующее адвокатское образование, а также территориальный орган юстиции, который вносит необходимые изменения в региональный реестр.
5. Решение совета адвокатской палаты, принятое по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 настоящей статьи, может быть обжаловано в суд.
6. Территориальный орган юстиции, располагающий сведениями об обстоятельствах, являющихся основаниями для прекращения статуса адвоката, направляет представление о прекращении статуса адвоката в адвокатскую палату. В случае, если совет адвокатской палаты в трехмесячный срок со дня поступления такого представления не рассмотрел его, территориальный орган юстиции вправе обратиться в суд с заявлением о прекращении статуса адвоката.

Статья 18. Гарантии независимости адвоката

1. Вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются.
2. Адвокат не может быть привлечен к какой-либо ответственности (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) за выраженное им при осуществлении адвокатской деятельности мнение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность адвоката в преступном действии (бездействии).
Указанные ограничения не распространяются на гражданско-правовую ответственность адвоката перед доверителем в соответствии с настоящим Федеральным законом.
3. Истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается.
4. Адвокат, члены его семьи и их имущество находятся под защитой государства. Органы внутренних дел обязаны принимать необходимые меры по обеспечению безопасности адвоката, членов его семьи, сохранности принадлежащего им имущества.
5. Уголовное преследование адвоката осуществляется с соблюдением гарантий адвокату, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством.

Статья 19. Страхование риска ответственности адвоката

Адвокат осуществляет в соответствии с федеральным законом страхование риска своей профессиональной имущественной ответственности за нарушение условий заключенного с доверителем соглашения об оказании юридической помощи.

Глава 4. ОРГАНИЗАЦИЯ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
И АДВОКАТУРЫ

Статья 20. Формы адвокатских образований

1. Формами адвокатских образований являются: адвокатский кабинет, коллегия адвокатов, адвокатское бюро и юридическая консультация.
2. Адвокат вправе в соответствии с настоящим Федеральным законом самостоятельно избирать форму адвокатского образования и место осуществления адвокатской деятельности. Об избранных форме адвокатского образования и месте осуществления адвокатской деятельности адвокат обязан уведомить совет адвокатской палаты в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.
3. В случаях, предусмотренных статьей 24 настоящего Федерального закона, адвокат осуществляет адвокатскую деятельность в юридической консультации.

Статья 21. Адвокатский кабинет

1. Адвокат, принявший решение осуществлять адвокатскую деятельность индивидуально, учреждает адвокатский кабинет.
2. Об учреждении адвокатского кабинета адвокат направляет в совет адвокатской палаты заказным письмом уведомление, в котором указываются сведения об адвокате, место нахождения адвокатского кабинета, порядок осуществления телефонной, телеграфной, почтовой и иной связи между советом адвокатской палаты и адвокатом.
4. Адвокат, учредивший адвокатский кабинет, открывает счета в банках в соответствии с законодательством, имеет печать, штампы и бланки с адресом и наименованием адвокатского кабинета, содержащим указание на субъект Российской Федерации, на территории которого учрежден адвокатский кабинет.
5. Соглашения об оказании юридической помощи в адвокатском кабинете заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации адвокатского кабинета.
6. Адвокат вправе использовать для размещения адвокатского кабинета жилые помещения, принадлежащие ему либо членам его семьи на праве собственности, с согласия последних.
7. Жилые помещения, занимаемые адвокатом и членами его семьи по договору найма, могут использоваться адвокатом для размещения адвокатского кабинета с согласия наймодателя и всех совершеннолетних лиц, проживающих совместно с адвокатом.

Статья 22. Коллегия адвокатов

1. Два и более адвоката вправе учредить коллегию адвокатов.
2. Коллегия адвокатов является некоммерческой организацией, основанной на членстве и действующей на основании устава, утверждаемого ее учредителями (далее также — устав), и заключаемого ими учредительного договора.
3. Учредителями коллегии адвокатов могут быть адвокаты, сведения о которых внесены только в один региональный реестр.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
4. В учредительном договоре учредители определяют условия передачи коллегии адвокатов своего имущества, порядок участия в ее деятельности, порядок и условия приема в коллегию адвокатов новых членов, права и обязанности учредителей (членов) коллегии адвокатов, порядок и условия выхода учредителей (членов) из ее состава.
5. Устав должен содержать следующие сведения:
1) наименование коллегии адвокатов;
2) место нахождения коллегии адвокатов;
3) предмет и цели деятельности коллегии адвокатов;
4) источники образования имущества коллегии адвокатов и направления его использования (в том числе наличие или отсутствие неделимого фонда и направления его использования);
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
5) порядок управления коллегией адвокатов;
6) сведения о филиалах коллегии адвокатов;
7) порядок реорганизации и ликвидации коллегии адвокатов;
8) порядок внесения в устав изменений и дополнений;
9) иные положения, не противоречащие настоящему Федеральному закону и иным федеральным законам.
6. Требования учредительного договора и устава обязательны для исполнения самой коллегией адвокатов и ее учредителями (членами).
7. Об учреждении, о реорганизации или о ликвидации коллегии адвокатов ее учредители направляют заказным письмом в совет адвокатской палаты уведомление. В уведомлении об учреждении или о реорганизации коллегии адвокатов должны содержаться сведения об адвокатах, осуществляющих в коллегии адвокатов адвокатскую деятельность, о месте нахождения коллегии адвокатов, о порядке осуществления телефонной, телеграфной, почтовой и иной связи между советом адвокатской палаты и коллегией адвокатов. К уведомлению должны быть приложены нотариально заверенные копии учредительного договора и устава.
(п. 7 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
8. Коллегия адвокатов считается учрежденной с момента ее государственной регистрации. Государственная регистрация коллегии адвокатов, а также внесение в единый государственный реестр юридических лиц записи о прекращении ее деятельности осуществляются в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц.
9. Коллегия адвокатов является юридическим лицом, имеет самостоятельный баланс, открывает счета в банках в соответствии с законодательством Российской Федерации, имеет печать, штампы и бланки с адресом и наименованием коллегии адвокатов, содержащим указание на субъект Российской Федерации, на территории которого учреждена коллегия адвокатов.
10. Коллегия адвокатов вправе создавать филиалы на всей территории Российской Федерации, а также на территории иностранного государства, если это предусмотрено законодательством иностранного государства.
О создании или закрытии филиала коллегия адвокатов направляет заказным письмом уведомление в совет адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, на территории которого учреждена коллегия адвокатов, а также в совет адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, на территории которого создан филиал коллегии адвокатов. В уведомлении о создании филиала коллегии адвокатов должны содержаться сведения об адвокатах, осуществляющих в филиале коллегии адвокатов адвокатскую деятельность, о месте нахождения коллегии адвокатов и ее филиала, о порядке осуществления телефонной, телеграфной, почтовой и иной связи между советом адвокатской палаты и коллегией адвокатов, ее филиалом. К уведомлению должны быть приложены нотариально заверенные копии решения о создании филиала коллегии адвокатов и положения о филиале.
Адвокаты, осуществляющие адвокатскую деятельность в филиале коллегии адвокатов, являются членами коллегии адвокатов, создавшей соответствующий филиал.
Сведения об адвокатах, осуществляющих адвокатскую деятельность в филиале коллегии адвокатов, вносятся в региональный реестр субъекта Российской Федерации, на территории которого создан филиал.
Сведения об адвокатах, осуществляющих адвокатскую деятельность в филиале коллегии адвокатов, созданном на территории иностранного государства, вносятся в региональный реестр субъекта Российской Федерации, на территории которого учреждена коллегия адвокатов.
(п. 10 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
11. Имущество, внесенное учредителями коллегии адвокатов в качестве вкладов, принадлежит ей на праве собственности.
12. Члены коллегии адвокатов не отвечают по ее обязательствам, коллегия адвокатов не отвечает по обязательствам своих членов.
13. Коллегия адвокатов в соответствии с законодательством Российской Федерации является налоговым агентом адвокатов, являющихся ее членами, по доходам, полученным ими в связи с осуществлением адвокатской деятельности, а также их представителем по расчетам с доверителями и третьими лицами и другим вопросам, предусмотренным учредительными документами коллегии адвокатов.
Коллегия адвокатов обязана уведомлять адвокатскую палату об изменениях состава адвокатов — членов коллегии адвокатов.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
14. Коллегия адвокатов несет предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей налогового агента или представителя.
15. Соглашения об оказании юридической помощи в коллегии адвокатов заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации коллегии адвокатов.
16. Ничто в положениях настоящей статьи не может рассматриваться как ограничение независимости адвоката при исполнении им поручения доверителя, а также его личной профессиональной ответственности перед последним.
17. Коллегия адвокатов не может быть преобразована в коммерческую организацию или любую иную некоммерческую организацию, за исключением случаев преобразования коллегии адвокатов в адвокатское бюро в порядке, установленном статьей 23 настоящего Федерального закона.
18. К отношениям, возникающим в связи с учреждением, деятельностью и ликвидацией коллегии адвокатов, применяются правила, предусмотренные для некоммерческих партнерств Федеральным законом «О некоммерческих организациях», если эти правила не противоречат положениям настоящего Федерального закона.

Статья 23. Адвокатское бюро

1. Два и более адвоката вправе учредить адвокатское бюро.
2. К отношениям, возникающим в связи с учреждением и деятельностью адвокатского бюро, применяются правила статьи 22 настоящего Федерального закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей.
3. Адвокаты, учредившие адвокатское бюро, заключают между собой партнерский договор в простой письменной форме. По партнерскому договору адвокаты-партнеры обязуются соединить свои усилия для оказания юридической помощи от имени всех партнеров. Партнерский договор не предоставляется для государственной регистрации адвокатского бюро.
(в ред. Федеральных законов от 20.12.2004 N 163-ФЗ, от 11.07.2011 N 200-ФЗ)
4. В партнерском договоре указываются:
1) срок действия партнерского договора;
2) порядок принятия партнерами решений;
3) порядок избрания управляющего партнера и его компетенция;
4) иные существенные условия.
5. Ведение общих дел адвокатского бюро осуществляется управляющим партнером, если иное не установлено партнерским договором. Соглашение об оказании юридической помощи с доверителем заключается управляющим партнером или иным партнером от имени всех партнеров на основании выданных ими доверенностей. В доверенностях указываются все ограничения компетенции партнера, заключающего соглашения и сделки с доверителями и третьими лицами. Указанные ограничения доводятся до сведения доверителей и третьих лиц.
6. Партнерский договор прекращается по следующим основаниям:
1) истечение срока действия партнерского договора;
2) прекращение или приостановление статуса адвоката, являющегося одним из партнеров, если партнерским договором не предусмотрено сохранение договора в отношениях между остальными партнерами;
3) расторжение партнерского договора по требованию одного из партнеров, если партнерским договором не предусмотрено сохранение договора в отношениях между остальными партнерами.
7. С момента прекращения партнерского договора его участники несут солидарную ответственность по неисполненным общим обязательствам в отношении доверителей и третьих лиц.
8. При выходе из партнерского договора одного из партнеров он обязан передать управляющему партнеру производства по всем делам, по которым оказывал юридическую помощь.
9. Адвокат, вышедший из партнерского договора, отвечает перед доверителями и третьими лицами по общим обязательствам, возникшим в период его участия в партнерском договоре.
10. Ничто в положениях настоящей статьи не может рассматриваться как ограничение независимости адвоката при исполнении им поручения доверителя, а также его личной профессиональной ответственности перед последним.
11. Адвокатское бюро не может быть преобразовано в коммерческую организацию или любую иную некоммерческую организацию, за исключением случаев преобразования адвокатского бюро в коллегию адвокатов.
12. После прекращения партнерского договора адвокаты вправе заключить новый партнерский договор. Если новый партнерский договор не заключен в течение месяца со дня прекращения действия прежнего партнерского договора, то адвокатское бюро подлежит преобразованию в коллегию адвокатов либо ликвидации.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
С момента прекращения партнерского договора и до момента преобразования адвокатского бюро в коллегию адвокатов либо заключения нового партнерского договора адвокаты не вправе заключать соглашения об оказании юридической помощи.

Статья 24. Юридическая консультация

1. В случае, если на территории одного судебного района общее число адвокатов во всех адвокатских образованиях, расположенных на территории данного судебного района, составляет менее двух на одного федерального судью, адвокатская палата по представлению органа исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации учреждает юридическую консультацию.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2. Юридическая консультация является некоммерческой организацией, созданной в форме учреждения. Вопросы создания, реорганизации, преобразования, ликвидации и деятельности юридической консультации регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом «О некоммерческих организациях» и настоящим Федеральным законом.
3. Представление органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации о создании юридической консультации должно включать в себя сведения:
1) о судебном районе, в котором требуется создать юридическую консультацию;
2) о числе судей в данном судебном районе;
3) о необходимом в данном судебном районе числе адвокатов;
4) о материально-техническом и финансовом обеспечении деятельности юридической консультации, в том числе о предоставляемом юридической консультации помещении, об организационно-технических средствах, передаваемых юридической консультации, а также об источниках финансирования и о размере средств, выделяемых на оплату труда адвокатов, направляемых для работы в юридической консультации.
(п. 3 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
4. После согласования с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации условий, предусмотренных подпунктом 4 пункта 3 настоящей статьи, совет адвокатской палаты принимает решение об учреждении юридической консультации, утверждает кандидатуры адвокатов, направляемых для работы в юридической консультации, и направляет заказным письмом уведомление об учреждении юридической консультации в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации.
(п. 4 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
5. Совет адвокатской палаты утверждает порядок, в соответствии с которым адвокаты направляются для работы в юридических консультациях. При этом советом адвокатской палаты может быть предусмотрена выплата адвокатам, осуществляющим профессиональную деятельность в юридических консультациях, дополнительного вознаграждения за счет средств адвокатской палаты.
(п. 5 введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Статья 25. Соглашение об оказании юридической помощи

1. Адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем.
2. Соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.
Абзацы второй — третий утратили силу. — Федеральный закон от 20.12.2004 N 163-ФЗ.
Вопросы расторжения соглашения об оказании юридической помощи регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации с изъятиями, предусмотренными настоящим Федеральным законом.
3. Адвокат независимо от того, в какой региональный реестр внесены сведения о нем, вправе заключить соглашение с доверителем независимо от места жительства или места нахождения последнего.
4. Существенными условиями соглашения являются:
1) указание на адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате;
2) предмет поручения;
3) условия и размер выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь либо указание на то, что юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации»;
(пп. 3 в ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
4) порядок и размер компенсации расходов адвоката (адвокатов), связанных с исполнением поручения, за исключением случаев, когда юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации»;
(в ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
5) размер и характер ответственности адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения.
5. Право адвоката на вознаграждение и компенсацию расходов, связанных с исполнением поручения, не может быть переуступлено третьим лицам без специального согласия на то доверителя.
6. Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.
7. За счет получаемого вознаграждения адвокат осуществляет профессиональные расходы на:
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
1) общие нужды адвокатской палаты в размерах и порядке, которые определяются собранием (конференцией) адвокатов;
2) содержание соответствующего адвокатского образования;
3) страхование профессиональной ответственности;
4) иные расходы, связанные с осуществлением адвокатской деятельности.
8. Труд адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, оплачивается за счет средств федерального бюджета. Расходы на эти цели учитываются в федеральном законе о федеральном бюджете на очередной год в соответствующей целевой статье расходов.
(в ред. Федерального закона от 24.07.2007 N 214-ФЗ)
Размер и порядок вознаграждения адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, устанавливаются Правительством Российской Федерации.
(абзац введен Федеральным законом от 22.08.2004 N 122-ФЗ, в ред. Федерального закона от 24.07.2007 N 214-ФЗ)
9. Материально-техническое и финансовое обеспечение оказания юридической помощи в труднодоступных и малонаселенных местностях является расходным обязательством субъекта Российской Федерации.
Абзац утратил силу с 15 января 2012 года. — Федеральный закон от 21.11.2011 N 326-ФЗ.
(п. 9 в ред. Федерального закона от 22.08.2004 N 122-ФЗ)
10. Размер дополнительного вознаграждения, выплачиваемого за счет средств адвокатской палаты адвокату, участвующему в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда либо в качестве представителя в гражданском судопроизводстве по назначению суда, и адвокату, оказывающему юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в соответствии с Федеральным законом «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации», и порядок выплаты такого дополнительного вознаграждения устанавливаются ежегодно советом адвокатской палаты.
(п. 10 в ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)

Статья 26. Оказание юридической помощи гражданам Российской Федерации бесплатно

(в ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)

1. Адвокаты оказывают юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в соответствии с Федеральным законом «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации».
2. Оплата труда адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в рамках государственной системы бесплатной юридической помощи, и компенсация их расходов являются расходным обязательством субъекта Российской Федерации.

Статья 27. Помощник адвоката

1. Адвокат вправе иметь помощников. Помощниками адвоката могут быть лица, имеющие высшее, незаконченное высшее или среднее юридическое образование, за исключением лиц, указанных в пункте 2 статьи 9 настоящего Федерального закона.
2. Помощник адвоката не вправе заниматься адвокатской деятельностью.
3. Помощник адвоката обязан хранить адвокатскую тайну.
4. Помощник адвоката принимается на работу на условиях трудового договора, заключенного с адвокатским образованием, а в случае, если адвокат осуществляет свою деятельность в адвокатском кабинете, — с адвокатом, которые являются по отношению к данному лицу работодателями. Адвокатское образование вправе заключить срочный трудовой договор с лицом, обеспечивающим деятельность одного адвоката, на время осуществления последним своей профессиональной деятельности в данном адвокатском образовании.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
5. Социальное страхование помощника адвоката осуществляется адвокатским образованием, в котором работает помощник, а в случае, если адвокат осуществляет свою деятельность в адвокатском кабинете, — адвокатом, в адвокатском кабинете которого работает помощник.

Статья 28. Стажер адвоката

1. Адвокат, имеющий адвокатский стаж не менее пяти лет, вправе иметь стажеров. Стажерами адвоката могут быть лица, имеющие высшее юридическое образование, за исключением лиц, указанных в пункте 2 статьи 9 настоящего Федерального закона. Срок стажировки — от одного года до двух лет.
2. Стажер адвоката осуществляет свою деятельность под руководством адвоката, выполняя его отдельные поручения. Стажер адвоката не вправе самостоятельно заниматься адвокатской деятельностью.
3. Стажер адвоката обязан хранить адвокатскую тайну.
4. Стажер адвоката принимается на работу на условиях трудового договора, заключенного с адвокатским образованием, а в случае, если адвокат осуществляет свою деятельность в адвокатском кабинете, — с адвокатом, которые являются по отношению к данному лицу работодателями.
5. Социальное страхование стажера адвоката осуществляется адвокатским образованием, в котором работает стажер, а в случае, если адвокат осуществляет свою деятельность в адвокатском кабинете, — адвокатом, в адвокатском кабинете которого работает стажер.

Статья 29. Адвокатская палата субъекта Российской Федерации

1. Адвокатская палата является негосударственной некоммерческой организацией, основанной на обязательном членстве адвокатов одного субъекта Российской Федерации.
2. Адвокатские палаты действуют на основании общих положений для организаций данного вида, предусмотренных настоящим Федеральным законом.
3. Адвокатская палата имеет свое наименование, содержащее указание на ее организационно-правовую форму и субъект Российской Федерации, на территории которого она образована.
4. Адвокатская палата создается в целях обеспечения оказания квалифицированной юридической помощи, ее доступности для населения на всей территории данного субъекта Российской Федерации, организации юридической помощи, оказываемой гражданам Российской Федерации бесплатно, представительства и защиты интересов адвокатов в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях, контроля за профессиональной подготовкой лиц, допускаемых к осуществлению адвокатской деятельности, и соблюдением адвокатами кодекса профессиональной этики адвоката.
5. Адвокатская палата образуется учредительным собранием (конференцией) адвокатов.
Адвокатская палата является юридическим лицом, имеет самостоятельный баланс, открывает расчетный и другие счета в банках в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также имеет печать, штампы и бланки со своим наименованием, содержащим указание на субъект Российской Федерации, на территории которого она образована.
6. Адвокаты не отвечают по обязательствам адвокатской палаты, а адвокатская палата не отвечает по обязательствам адвокатов.
7. Адвокатская палата подлежит государственной регистрации, которая осуществляется на основании решения учредительного собрания (конференции) адвокатов и в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц.
7.1. Адвокатская палата не подлежит реорганизации. Ликвидация адвокатской палаты субъекта Российской Федерации может быть осуществлена на основании федерального конституционного закона об образовании в составе Российской Федерации нового субъекта в порядке, который устанавливается федеральным законом.
(п. 7.1 введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
8. На территории субъекта Российской Федерации может быть образована только одна адвокатская палата, которая не вправе образовывать свои структурные подразделения, филиалы и представительства на территориях других субъектов Российской Федерации. Образование межрегиональных и иных межтерриториальных адвокатских палат не допускается.
9. Решения органов адвокатской палаты, принятые в пределах их компетенции, обязательны для всех членов адвокатской палаты.
10. Адвокатская палата не вправе осуществлять адвокатскую деятельность от своего имени, а также заниматься предпринимательской деятельностью.

Статья 30. Собрание (конференция) адвокатов

1. Высшим органом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации является собрание адвокатов. В случае, если численность адвокатской палаты превышает 300 человек, высшим органом адвокатской палаты является конференция адвокатов. Собрание (конференция) адвокатов созывается не реже одного раза в год.
Собрание (конференция) адвокатов считается правомочным, если в его работе принимают участие не менее двух третей членов адвокатской палаты (делегатов конференции).
2. К компетенции собрания (конференции) адвокатов относятся:
1) формирование совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в том числе избрание новых членов совета и прекращение полномочий членов совета, подлежащих замене, в соответствии с процедурой обновления (ротации) совета, предусмотренной пунктом 2 статьи 31 настоящего Федерального закона, принятие решений о досрочном прекращении полномочий членов совета, а также утверждение решений совета о досрочном прекращении полномочий членов совета, статус адвоката которых был прекращен или приостановлен;
2) избрание членов ревизионной комиссии и избрание членов квалификационной комиссии из числа адвокатов;
3) избрание представителя или представителей на Всероссийский съезд адвокатов (далее также — Съезд);
4) определение размера обязательных отчислений адвокатов на общие нужды адвокатской палаты;
5) утверждение сметы расходов на содержание адвокатской палаты;
6) утверждение отчета ревизионной комиссии о результатах ревизии финансово-хозяйственной деятельности адвокатской палаты;
7) утверждение отчетов совета, в том числе об исполнении сметы расходов на содержание адвокатской палаты;
8) утверждение регламента собрания (конференции) адвокатов;
9) определение места нахождения совета;
10) создание целевых фондов адвокатской палаты;
11) установление мер поощрения и ответственности адвокатов в соответствии с кодексом профессиональной этики адвоката;
12) принятие иных решений в соответствии с настоящим Федеральным законом.
(п. 2 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
3. Решения собрания (конференции) адвокатов принимаются простым большинством голосов адвокатов, участвующих в собрании (делегатов конференции).

Статья 31. Совет адвокатской палаты

1. Совет адвокатской палаты является коллегиальным исполнительным органом адвокатской палаты.
2. Совет избирается собранием (конференцией) адвокатов тайным голосованием в количестве не более 15 человек из состава членов адвокатской палаты и подлежит обновлению (ротации) один раз в два года на одну треть. При этом положения пункта 6 статьи 41 настоящего Федерального закона не применяются.
При очередной ротации президент адвокатской палаты вносит на рассмотрение совета кандидатуры членов совета на выбытие, а также кандидатуры адвокатов для замещения вакантных должностей членов совета адвокатской палаты. После утверждения советом адвокатской палаты представленные президентом кандидатуры вносятся на рассмотрение собрания (конференции) адвокатов для утверждения.
В случае, если собрание (конференция) адвокатов не утверждает представленные кандидатуры, президент адвокатской палаты вносит на утверждение собрания (конференции) адвокатов новые кандидатуры только после их рассмотрения и утверждения советом адвокатской палаты.
(п. 2 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
3. Совет адвокатской палаты:
1) избирает из своего состава президента адвокатской палаты сроком на четыре года и по его представлению одного или нескольких вице-президентов сроком на два года, определяет полномочия президента и вице-президентов. При этом одно и то же лицо не может занимать должность президента адвокатской палаты более двух сроков подряд;
2) в период между собраниями (конференциями) адвокатов принимает решения о досрочном прекращении полномочий членов совета, статус адвоката которых прекращен или приостановлен. Данные решения вносятся на утверждение очередного собрания (конференции) адвокатов;
3) определяет норму представительства на конференцию и порядок избрания делегатов;
4) обеспечивает доступность юридической помощи на всей территории субъекта Российской Федерации, в том числе юридической помощи, оказываемой гражданам Российской Федерации бесплатно в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом. В этих целях совет принимает решения о создании по представлению органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации юридических консультаций и направляет адвокатов для работы в юридических консультациях в порядке, установленном советом адвокатской палаты;
5) определяет порядок оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда; доводит этот порядок до сведения указанных органов, адвокатов и контролирует его исполнение адвокатами;
(в ред. Федерального закона от 24.07.2007 N 214-ФЗ)
6) определяет размер дополнительного вознаграждения, выплачиваемого за счет средств адвокатской палаты адвокату, оказывающему юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в рамках государственной системы бесплатной юридической помощи и (или) участвующему в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда либо в качестве представителя в гражданском судопроизводстве по назначению суда, и порядок выплаты такого дополнительного вознаграждения;
(пп. 6 в ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
7) представляет адвокатскую палату в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях;
8) содействует повышению профессионального уровня адвокатов, в том числе утверждает программы повышения квалификации адвокатов и обучения стажеров адвокатов, организует профессиональное обучение по данным программам;
9) рассматривает жалобы на действия (бездействие) адвокатов с учетом заключения квалификационной комиссии;
10) защищает социальные и профессиональные права адвокатов;
11) содействует обеспечению адвокатских образований служебными помещениями;
12) организует информационное обеспечение адвокатов, а также обмен опытом работы между ними;
13) осуществляет методическую деятельность;
14) созывает не реже одного раза в год собрания (конференции) адвокатов, формирует их повестку дня;
15) распоряжается имуществом адвокатской палаты в соответствии со сметой и с назначением имущества;
16) утверждает регламенты совета и ревизионной комиссии, штатное расписание аппарата адвокатской палаты;
17) определяет размер вознаграждения президента и вице-президентов, других членов совета адвокатской палаты и членов ревизионной и квалификационной комиссий в пределах утвержденной собранием (конференцией) адвокатов сметы расходов на содержание адвокатской палаты;
18) ведет реестр адвокатских образований и их филиалов на территории соответствующего субъекта Российской Федерации;
19) дает в пределах своей компетенции по запросам адвокатов разъяснения по поводу возможных действий адвокатов в сложной ситуации, касающейся соблюдения этических норм, на основании кодекса профессиональной этики адвоката.
(п. 3 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
4. В случае неисполнения советом адвокатской палаты требований настоящего Федерального закона полномочия совета могут быть прекращены досрочно на собрании (конференции) адвокатов. Внеочередное собрание (конференция) адвокатов созывается советом по требованию не менее половины членов адвокатской палаты, по требованию территориального органа юстиции или по решению совета Федеральной палаты адвокатов.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
В случае систематического неисполнения советом адвокатской палаты решений органов Федеральной палаты адвокатов, принятых в пределах компетенции данных органов, в том числе в случае неуплаты обязательных отчислений на общие нужды Федеральной палаты адвокатов более шести месяцев, внеочередное собрание (конференция) адвокатов созывается советом Федеральной палаты адвокатов.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
В решении совета Федеральной палаты адвокатов должны быть указаны основания для созыва внеочередного собрания (конференции) адвокатов, время и место проведения собрания (конференции) адвокатов, норма представительства и порядок избрания делегатов на конференцию.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
5. Заседания совета созываются президентом адвокатской палаты по мере необходимости, но не реже одного раза в месяц. Заседание считается правомочным, если на нем присутствуют не менее двух третей членов совета.
6. Решения совета принимаются простым большинством голосов членов совета, участвующих в его заседании, и являются обязательными для всех членов адвокатской палаты.
7. Президент адвокатской палаты представляет адвокатскую палату в отношениях с органами государственной власти, органами местного самоуправления, общественными объединениями и иными организациями, а также с физическими лицами, действует от имени адвокатской палаты без доверенности, выдает доверенности и заключает сделки от имени адвокатской палаты, распоряжается имуществом адвокатской палаты по решению совета в соответствии со сметой и с назначением имущества, осуществляет прием на работу и увольнение с работы работников аппарата адвокатской палаты, созывает заседания совета, обеспечивает исполнение решений совета и решений собрания (конференции) адвокатов.
Президент адвокатской палаты возбуждает дисциплинарное производство в отношении адвоката или адвокатов при наличии допустимого повода и в порядке, предусмотренном кодексом профессиональной этики адвоката.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
8. Президент и вице-президенты, а также другие члены совета могут совмещать работу в совете адвокатской палаты с адвокатской деятельностью, получая при этом вознаграждение за работу в совете в размере, определяемом советом адвокатской палаты.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
9. Совет адвокатской палаты не вправе осуществлять адвокатскую деятельность от своего имени, а также заниматься предпринимательской деятельностью.

Статья 32. Ревизионная комиссия

1. Для осуществления контроля за финансово-хозяйственной деятельностью адвокатской палаты и ее органов избирается ревизионная комиссия из числа адвокатов, сведения о которых внесены в региональный реестр соответствующего субъекта Российской Федерации.
2. Об итогах своей деятельности ревизионная комиссия отчитывается перед собранием (конференцией) адвокатов.
3. Члены ревизионной комиссии могут совмещать работу в ревизионной комиссии с адвокатской деятельностью, получая при этом вознаграждение за работу в ревизионной комиссии в размере, определяемом советом адвокатской палаты. Члены ревизионной комиссии не вправе занимать иную выборную должность в адвокатской палате.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Статья 33. Квалификационная комиссия

1. Квалификационная комиссия создается для приема квалификационных экзаменов у лиц, претендующих на присвоение статуса адвоката, а также для рассмотрения жалоб на действия (бездействие) адвокатов.
2. Квалификационная комиссия формируется на срок два года в количестве 13 членов комиссии по следующим нормам представительства:
1) от адвокатской палаты — семь адвокатов, включая президента адвокатской палаты субъекта Российской Федерации. При этом адвокат — член комиссии должен иметь стаж адвокатской деятельности не менее пяти лет;
(пп. 1 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2) от территориального органа юстиции — два представителя;
3) от законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации — два представителя. При этом представители не могут быть депутатами, государственными или муниципальными служащими. Порядок избрания указанных представителей и требования, предъявляемые к ним, определяются законами субъектов Российской Федерации;
4) от верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа — один судья;
5) от арбитражного суда субъекта Российской Федерации — один судья.
3. Председателем квалификационной комиссии является президент адвокатской палаты по должности.
4. Квалификационная комиссия считается сформированной и правомочна принимать решения при наличии в ее составе не менее двух третей от числа членов квалификационной комиссии, предусмотренного настоящим пунктом.
5. Заседания квалификационной комиссии созываются председателем квалификационной комиссии по мере необходимости, но не реже четырех раз в год. Заседание считается правомочным, если на нем присутствуют не менее двух третей членов квалификационной комиссии.
Решения, принятые квалификационной комиссией, оформляются протоколом, который подписывается председателем и секретарем. В случае, если при голосовании у члена квалификационной комиссии существует особое мнение, отличное от решения, принятого большинством голосов присутствующих на заседании членов квалификационной комиссии, данное мнение представляется в письменной форме и приобщается к протоколу заседания.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
6. Решения квалификационной комиссии по вопросу о приеме квалификационных экзаменов у лиц, претендующих на присвоение статуса адвоката, принимаются простым большинством голосов членов квалификационной комиссии, участвующих в ее заседании, путем голосования именными бюллетенями. Форма бюллетеня утверждается советом Федеральной палаты адвокатов. Бюллетени для голосования, тексты письменных ответов на вопросы (тестирование) приобщаются к протоколу заседания квалификационной комиссии и хранятся в документации адвокатской палаты как бланки строгой отчетности в течение трех лет. Решение квалификационной комиссии объявляется претенденту немедленно после голосования.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
7. Квалификационная комиссия по результатам рассмотрения жалобы дает заключение о наличии или об отсутствии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей.
Заключение квалификационной комиссии принимается простым большинством голосов членов квалификационной комиссии, участвующих в ее заседании, путем голосования именными бюллетенями. Форма бюллетеня утверждается советом Федеральной палаты адвокатов. Адвокат и лицо, подавшее жалобу на действия (бездействие) адвоката, имеют право на объективное и справедливое рассмотрение жалобы. Указанные лица вправе привлечь к рассмотрению жалобы адвоката по своему выбору.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
8. Адвокаты — члены квалификационной комиссии могут совмещать работу в квалификационной комиссии с адвокатской деятельностью, получая при этом вознаграждение за работу в квалификационной комиссии в размере, определяемом советом адвокатской палаты.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Статья 34. Имущество адвокатской палаты

1. Имущество адвокатской палаты формируется за счет отчислений, осуществляемых адвокатами на общие нужды адвокатской палаты, грантов и благотворительной помощи (пожертвований), поступающих от юридических и физических лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Адвокатская палата является собственником данного имущества.
2. К затратам на общие нужды адвокатской палаты относятся расходы на вознаграждение адвокатов, работающих в органах адвокатской палаты, компенсация этим адвокатам расходов, связанных с их работой в указанных органах, расходы на заработную плату работников аппарата адвокатской палаты, материальное обеспечение деятельности адвокатской палаты, а по решению совета адвокатской палаты — расходы на выплату дополнительного вознаграждения адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно, и иные расходы, предусмотренные сметой адвокатской палаты.
(в ред. Федеральных законов от 20.12.2004 N 163-ФЗ, от 21.11.2011 N 326-ФЗ)

Статья 35. Федеральная палата адвокатов Российской Федерации

1. Федеральная палата адвокатов Российской Федерации является общероссийской негосударственной некоммерческой организацией, объединяющей адвокатские палаты субъектов Российской Федерации на основе обязательного членства.
(п. 1 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
2. Федеральная палата адвокатов как орган адвокатского самоуправления в Российской Федерации создается в целях представительства и защиты интересов адвокатов в органах государственной власти, органах местного самоуправления, координации деятельности адвокатских палат, обеспечения высокого уровня оказываемой адвокатами юридической помощи.
Федеральная палата адвокатов является организацией, уполномоченной на представление интересов адвокатов и адвокатских палат субъектов Российской Федерации в отношениях с федеральными органами государственной власти при решении вопросов, затрагивающих интересы адвокатского сообщества, в том числе вопросов, связанных с выделением средств федерального бюджета на оплату труда адвокатов, участвующих в уголовном судопроизводстве в качестве защитников по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда.
(абзац введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ, в ред. Федерального закона от 24.07.2007 N 214-ФЗ)
3. Федеральная палата адвокатов является юридическим лицом, имеет смету, расчетный и другие счета в банках в соответствии с законодательством Российской Федерации, печать, штампы и бланки со своим наименованием.
4. Федеральная палата адвокатов образуется Всероссийским съездом адвокатов. Образование других организаций и органов с функциями и полномочиями, аналогичными функциям и полномочиям Федеральной палаты адвокатов, не допускается.
5. Устав Федеральной палаты адвокатов принимается Всероссийским съездом адвокатов.
6. Федеральная палата адвокатов подлежит государственной регистрации в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц.
6.1. Федеральная палата адвокатов не подлежит реорганизации. Ликвидация Федеральной палаты адвокатов может быть осуществлена только на основании федерального закона.
(п. 6.1 введен Федеральным законом от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
7. Решения Федеральной палаты адвокатов и ее органов, принятые в пределах их компетенции, обязательны для всех адвокатских палат и адвокатов.

Статья 36. Всероссийский съезд адвокатов

(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

1. Высшим органом Федеральной палаты адвокатов является Всероссийский съезд адвокатов. Съезд созывается не реже одного раза в два года. Съезд считается правомочным, если в его работе принимают участие представители не менее двух третей адвокатских палат субъектов Российской Федерации.
Адвокатские палаты имеют равные права и равное представительство на Съезде. Каждая адвокатская палата независимо от количества ее представителей при принятии решений имеет один голос.
2. Всероссийский съезд адвокатов:
1) принимает устав Федеральной палаты адвокатов и утверждает внесение в него изменений и дополнений;
2) принимает кодекс профессиональной этики адвоката, утверждает внесение в него изменений и дополнений;
3) формирует состав совета Федеральной палаты адвокатов, в том числе избирает новых членов и прекращает полномочия членов совета, подлежащих замене, в соответствии с процедурой обновления (ротации) совета, предусмотренной пунктом 2 статьи 37 настоящего Федерального закона, принимает решения о досрочном прекращении полномочий членов совета, а также утверждает решения совета о досрочном прекращении полномочий членов совета, статус адвоката которых был прекращен или приостановлен;
4) определяет размер отчислений адвокатских палат на общие нужды Федеральной палаты адвокатов исходя из численности адвокатских палат;
5) утверждает смету расходов на содержание Федеральной палаты адвокатов;
6) утверждает отчеты совета Федеральной палаты адвокатов, в том числе об исполнении сметы расходов на содержание Федеральной палаты адвокатов;
7) избирает членов ревизионной комиссии Федеральной палаты адвокатов сроком на два года и утверждает ее отчет о результатах финансово-хозяйственной деятельности Федеральной палаты адвокатов;
8) утверждает регламент Съезда;
9) определяет место нахождения совета Федеральной палаты адвокатов;
10) осуществляет иные функции, предусмотренные уставом Федеральной палаты адвокатов.

Статья 37. Совет Федеральной палаты адвокатов

1. Совет Федеральной палаты адвокатов является коллегиальным исполнительным органом Федеральной палаты адвокатов.
2. Совет Федеральной палаты адвокатов избирается Всероссийским съездом адвокатов тайным голосованием в количестве не более 30 человек и подлежит обновлению (ротации) один раз в два года на одну треть.
При очередной ротации президент Федеральной палаты адвокатов вносит на рассмотрение совета Федеральной палаты адвокатов кандидатуры членов совета на выбытие, а также кандидатуры адвокатов для замещения вакантных должностей членов совета Федеральной палаты адвокатов. После утверждения советом Федеральной палаты адвокатов представленные президентом кандидатуры вносятся на рассмотрение Съезда для утверждения.
В случае, если Съезд не утверждает представленные кандидатуры, президент Федеральной палаты адвокатов вносит на утверждение Съезда новые кандидатуры только после их рассмотрения и утверждения советом Федеральной палаты адвокатов.
(п. 2 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
3. Совет Федеральной палаты адвокатов:
1) избирает из своего состава президента Федеральной палаты адвокатов сроком на четыре года и по его представлению одного или нескольких вице-президентов Федеральной палаты адвокатов сроком на два года, определяет полномочия президента и вице-президентов. При этом одно и то же лицо не может занимать должность президента Федеральной палаты адвокатов более двух сроков подряд;
2) в период между съездами принимает решения о досрочном прекращении полномочий членов совета, статус адвоката которых прекращен или приостановлен. Данные решения вносятся на утверждение очередного Съезда;
3) представляет Федеральную палату адвокатов в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных российских организациях и за пределами Российской Федерации;
4) координирует деятельность адвокатских палат, в том числе по вопросам оказания адвокатами юридической помощи гражданам Российской Федерации бесплатно в рамках государственной системы бесплатной юридической помощи и их участия в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда либо в качестве представителя в гражданском судопроизводстве по назначению суда;
(в ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
5) содействует повышению профессионального уровня адвокатов, разрабатывает единую методику профессиональной подготовки и переподготовки адвокатов, помощников адвокатов и стажеров адвокатов;
6) защищает социальные и профессиональные права адвокатов;
7) участвует в проведении экспертиз проектов федеральных законов по вопросам, относящимся к адвокатской деятельности;
8) организует информационное обеспечение адвокатов;
9) обобщает дисциплинарную практику, существующую в адвокатских палатах, и разрабатывает в связи с этим необходимые рекомендации;
10) осуществляет методическую деятельность;
11) созывает не реже одного раза в два года Всероссийский съезд адвокатов, формирует его повестку дня;
12) распоряжается имуществом Федеральной палаты адвокатов в соответствии со сметой и с назначением имущества;
13) утверждает норму представительства от адвокатских палат на Съезд;
14) утверждает регламент совета Федеральной палаты адвокатов и штатное расписание аппарата Федеральной палаты адвокатов;
15) определяет размер вознаграждения президента и вице-президентов, других членов совета Федеральной палаты адвокатов, членов ревизионной комиссии Федеральной палаты адвокатов в пределах утвержденной Съездом сметы расходов на содержание Федеральной палаты адвокатов;
16) осуществляет иные функции, предусмотренные уставом Федеральной палаты адвокатов.
(п. 3 в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
4. В случае неисполнения советом Федеральной палаты адвокатов требований настоящего Федерального закона полномочия совета Федеральной палаты адвокатов могут быть прекращены досрочно на Всероссийском съезде адвокатов. Внеочередной Всероссийский съезд адвокатов созывается советом Федеральной палаты адвокатов по требованию одной трети адвокатских палат субъектов Российской Федерации.
5. Заседания совета Федеральной палаты адвокатов созываются президентом Федеральной палаты адвокатов по мере необходимости, но не реже одного раза в три месяца. Заседание считается правомочным, если на нем присутствуют не менее двух третей членов совета Федеральной палаты адвокатов.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
6. Решения совета Федеральной палаты адвокатов принимаются простым большинством голосов членов совета Федеральной палаты адвокатов, участвующих в его заседании.
7. Президент Федеральной палаты адвокатов представляет Федеральную палату адвокатов в отношениях с органами государственной власти, органами местного самоуправления, общественными объединениями и иными организациями, а также с физическими лицами, действует от имени Федеральной палаты адвокатов без доверенности, выдает доверенности и заключает сделки от имени Федеральной палаты адвокатов, распоряжается имуществом Федеральной палаты адвокатов по решению совета Федеральной палаты адвокатов в соответствии со сметой и с назначением имущества, осуществляет прием на работу и увольнение с работы работников аппарата Федеральной палаты адвокатов, созывает заседания совета Федеральной палаты адвокатов, обеспечивает исполнение решений совета Федеральной палаты адвокатов и решений Всероссийского съезда адвокатов.
8. Президент и вице-президенты, а также другие члены совета Федеральной палаты адвокатов могут совмещать работу в совете Федеральной палаты адвокатов с адвокатской деятельностью, получая при этом вознаграждение за работу в совете Федеральной палаты адвокатов в размере, определяемом советом Федеральной палаты адвокатов.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)
9. Совет Федеральной палаты адвокатов не вправе осуществлять адвокатскую деятельность от своего имени, а также заниматься предпринимательской деятельностью.

Статья 38. Имущество Федеральной палаты адвокатов

1. Имущество Федеральной палаты адвокатов формируется за счет отчислений, осуществляемых адвокатскими палатами, грантов и благотворительной помощи (пожертвований), поступающих от юридических и физических лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Федеральная палата адвокатов является собственником данного имущества.
2. К затратам на общие нужды Федеральной палаты адвокатов относятся расходы на вознаграждение адвокатов, работающих в органах Федеральной палаты адвокатов, компенсация данным адвокатам расходов, связанных с их работой в указанных органах, расходы на заработную плату работников аппарата Федеральной палаты адвокатов, материальное обеспечение деятельности Федеральной палаты адвокатов и иные расходы, предусмотренные сметой Федеральной палаты адвокатов.
(в ред. Федерального закона от 20.12.2004 N 163-ФЗ)

Статья 39. Общественные объединения адвокатов

Адвокаты вправе создавать общественные объединения адвокатов и (или) быть членами (участниками) общественных объединений адвокатов в соответствии с законодательством Российской Федерации. Общественные объединения адвокатов не вправе осуществлять предусмотренные настоящим Федеральным законом функции адвокатских образований, а также функции адвокатских палат субъектов Российской Федерации или Федеральной палаты адвокатов либо их органов.

Глава 5. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ И ПЕРЕХОДНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Статья 40. Сохранение статуса адвоката

1. Адвокаты — члены коллегий адвокатов, образованных в соответствии с законодательством СССР и РСФСР и действующих на территории Российской Федерации на момент вступления в силу настоящего Федерального закона (далее — коллегии адвокатов, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона), отвечающие требованиям пунктов 1 и 2 статьи 9 настоящего Федерального закона, сохраняют статус адвоката после вступления в силу настоящего Федерального закона без сдачи квалификационного экзамена и принятия квалификационными комиссиями решений о присвоении статуса адвоката.
2. Коллегия адвокатов, образованная до вступления в силу настоящего Федерального закона, в месячный срок со дня вступления в силу настоящего Федерального закона направляет в территориальный орган юстиции список своих членов, подписанный руководителем данной коллегии адвокатов и заверенный ее печатью. Указанный список направляется в территориальный орган юстиции того субъекта Российской Федерации, где члены коллегии адвокатов состоят на учете в налоговом органе в качестве налогоплательщиков единого социального налога. Московская областная коллегия адвокатов и Ленинградская областная коллегия адвокатов направляют списки своих членов соответственно в территориальный орган юстиции по Московской области и территориальный орган юстиции по Ленинградской области независимо от того, где члены указанных коллегий адвокатов состоят на учете в налоговых органах в качестве налогоплательщиков единого социального налога.
3. Список, направляемый в территориальный орган юстиции, должен содержать фамилии, имена и отчества адвокатов, сведения о которых представляются для внесения в соответствующий региональный реестр. К списку прилагаются следующие документы:
1) личные заявления адвокатов о внесении сведений о них в соответствующий региональный реестр;
2) копии документов, удостоверяющих личность адвокатов;
3) анкеты, содержащие биографические сведения об адвокатах;
4) копии трудовых книжек или иные документы, подтверждающие стаж работы по юридической специальности;
5) копии документов, подтверждающих высшее юридическое образование либо наличие ученой степени по юридической специальности;
6) копии решений о приеме в коллегии адвокатов, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона.
4. Территориальный орган юстиции организует проверку достоверности представленных документов и сведений. При этом территориальный орган юстиции вправе обратиться при необходимости в соответствующие органы и организации.
5. После подтверждения достоверности указанных документов и сведений территориальный орган юстиции в трехмесячный срок со дня вступления в силу настоящего Федерального закона вносит сведения об адвокатах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, в региональный реестр и публикует в региональных средствах массовой информации указанные списки, сформированные в алфавитном порядке. Невнесение сведений об адвокате в региональный реестр может быть обжаловано в суд. До выдачи адвокатам удостоверений, предусмотренных статьей 15 настоящего Федерального закона, действуют удостоверения, выданные адвокатам до вступления в силу настоящего Федерального закона.
6. Коллегии адвокатов, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона, прекращают прием новых членов коллегии адвокатов не позднее 1 июля 2002 года. Со дня вступления в силу настоящего Федерального закона до дня создания в соответствующем субъекте Российской Федерации квалификационной комиссии присвоение статуса адвоката приостанавливается.

Статья 41. Проведение учредительных собраний (конференций) адвокатов

1. Территориальные органы юстиции совместно с президиумами коллегий адвокатов, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, организуют проведение учредительных собраний (конференций) адвокатов в субъектах Российской Федерации в течение пяти месяцев со дня вступления в силу настоящего Федерального закона.
Состав учредительного собрания (конференции) адвокатов формируется из адвокатов, включенных в региональный реестр в соответствии со статьей 40 настоящего Федерального закона и являвшихся членами коллегий адвокатов, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, на 1 июля 2001 года.
2. Коллегии адвокатов, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона, избирают на своих общих собраниях делегатов на учредительную конференцию адвокатов по норме представительства, определяемой территориальным органом юстиции совместно с президиумами данных коллегий адвокатов.
3. В случае, если адвокаты состоят на учете в качестве налогоплательщиков единого социального налога в налоговых органах одного субъекта Российской Федерации, но при этом являются членами коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, другого субъекта Российской Федерации, то территориальный орган юстиции по месту учета адвокатов в качестве налогоплательщиков организует проведение общего собрания таких адвокатов, на котором они избирают делегатов на учредительную конференцию адвокатов. Норма представительства для таких адвокатов определяется организаторами учредительной конференции адвокатов соответствующего субъекта Российской Федерации.
4. Учредительные собрания (конференции) адвокатов считаются правомочными, если в их работе принимают участие не менее двух третей адвокатов (делегатов конференции). Учредительное собрание (конференция) адвокатов избирает по три делегата на первый Всероссийский съезд адвокатов.
5. Открытие учредительного собрания (конференции) адвокатов поручается самому старшему по возрасту адвокату, участвующему в данном собрании (конференции). Для ведения заседания адвокаты, участвующие в собрании (делегаты конференции), избирают президиум.
6. Решения учредительного собрания (конференции) адвокатов принимаются простым большинством голосов адвокатов, участвующих в данном собрании (делегатов конференции). Организаторы учредительных собраний (конференций) адвокатов вправе установить порядок выдвижения кандидатов в органы адвокатской палаты с учетом необходимости представительства в исполнительном органе адвокатской палаты от различных коллегий адвокатов, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, пропорционально численности их членов.
7. В состав органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации и Федеральной палаты адвокатов могут быть избраны адвокаты, не являющиеся участниками учредительного собрания (конференции) адвокатов.

Статья 42. Проведение первого Всероссийского съезда адвокатов

1. Федеральный орган юстиции совместно с адвокатскими палатами организует проведение первого Всероссийского съезда адвокатов в течение семи месяцев со дня вступления в силу настоящего Федерального закона.
2. Первый Всероссийский съезд адвокатов считается правомочным, если в его работе приняли участие не менее двух третей делегатов съезда.
3. Открытие первого Всероссийского съезда адвокатов поручается самому старшему по возрасту адвокату, участвующему в съезде. Для ведения заседания делегаты съезда избирают президиум.
4. Решения первого Всероссийского съезда адвокатов принимаются простым большинством голосов делегатов съезда.
5. В состав органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации и Федеральной палаты адвокатов могут быть избраны адвокаты, не являющиеся делегатами первого Всероссийского съезда.

Статья 43. Приведение организационно-правовых форм коллегий адвокатов, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, в соответствие с настоящим Федеральным законом

1. Приведение организационно-правовых форм коллегий адвокатов, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, в соответствие с настоящим Федеральным законом осуществляется в порядке, установленном настоящей статьей.
2. После регистрации адвокатской палаты субъекта Российской Федерации коллегии адвокатов и иные адвокатские образования, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона, не вправе осуществлять предусмотренные настоящим Федеральным законом функции адвокатской палаты субъекта Российской Федерации и Федеральной палаты адвокатов либо их органов, за исключением функций, предусмотренных статьей 44 настоящего Федерального закона.
3. В течение шести месяцев со дня регистрации адвокатской палаты субъекта Российской Федерации коллегии адвокатов и иные адвокатские образования, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона, обязаны привести свои организационно-правовые формы в соответствие с настоящим Федеральным законом.
4. Приведение организационно-правовых форм коллегий адвокатов и иных адвокатских образований, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, основанных на членстве и отвечающих признакам некоммерческой организации, в соответствие с настоящим Федеральным законом осуществляется по решению общего собрания соответствующего адвокатского образования путем его реорганизации (выделения, разделения, преобразования) в одно или несколько адвокатских образований организационно-правовых форм, предусмотренных настоящим Федеральным законом.
5. Контроль за соблюдением законодательства при проведении реорганизации коллегий адвокатов и иных адвокатских образований, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, осуществляют территориальные органы юстиции.
6. Настоящим Федеральным законом признается право адвокатов, работающих в юридической консультации, требовать ее выделения из коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, с преобразованием данной юридической консультации в некоммерческую организацию одной из организационно-правовых форм, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Решение о выделении юридической консультации с преобразованием ее в коллегию адвокатов принимается простым большинством от списочного состава адвокатов, работающих в соответствующей юридической консультации на день регистрации адвокатской палаты. При этом право стать учредителями (членами) вновь возникающей коллегии адвокатов принадлежит всем адвокатам, работающим в соответствующей юридической консультации на день регистрации адвокатской палаты, в том числе не участвовавшим в выдвижении требования о выделении.
Решение о выделении юридической консультации с преобразованием ее в адвокатское бюро принимается двумя третями от списочного состава адвокатов, работающих в соответствующей юридической консультации на день регистрации адвокатской палаты. При этом учредителями (членами) вновь возникающего адвокатского бюро становятся только адвокаты, заключившие партнерский договор.
7. Решение адвокатов юридической консультации о выделении из коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, должно быть направлено в двухмесячный срок со дня регистрации адвокатской палаты заказным письмом в президиум коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, а также в соответствующий территориальный орган юстиции. Полученное решение рассматривается общим собранием коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, в четырехмесячный срок со дня регистрации адвокатской палаты.
8. Права и обязанности реорганизуемой коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, переходят к вновь возникшему юридическому лицу в соответствии с разделительным балансом. При этом вновь возникшему юридическому лицу передаются имущество в натуре и имущественные права, ранее находившиеся в пользовании соответствующей юридической консультации.
9. Настоящим Федеральным законом признается право адвокатов, работающих в адвокатском бюро, являющемся учреждением коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, на передачу им права собственности на имущество указанного учреждения с последующим приведением организационно-правовой формы данного учреждения в соответствие с настоящим Федеральным законом. Решение о предъявлении требования о передаче права собственности принимается двумя третями от списочного состава адвокатов, работающих в соответствующем адвокатском бюро на день регистрации адвокатской палаты.
10. Требование о передаче права собственности должно быть направлено в двухмесячный срок со дня регистрации адвокатской палаты заказным письмом в президиум коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, а также в соответствующий территориальный орган юстиции. Полученное требование должно быть рассмотрено общим собранием коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, в пятимесячный срок со дня регистрации адвокатской палаты.
11. В результате удовлетворения требований, предусмотренных пунктами 6 и 9 настоящей статьи, коллегия адвокатов, образованная до вступления в силу настоящего Федерального закона, передает в соответствии с передаточным актом право собственности на имущество адвокатского бюро или имущество юридической консультации адвокатам, работающим в соответствующих бюро или консультации, в равных долях при условии формирования из этих долей неделимого фонда вновь возникающих коллегии адвокатов или адвокатского бюро.
12. Адвокаты, оставшиеся в составе коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, после удовлетворения требований, предусмотренных пунктами 6 и 9 настоящей статьи, вправе принять решение о преобразовании (разделении) коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, в одно или несколько адвокатских образований организационно-правовых форм, предусмотренных настоящим Федеральным законом.
13. Разделение коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, на два или более адвокатских образования осуществляется по требованию не менее половины адвокатов, являющихся членами реорганизуемой коллегии адвокатов, оставшихся в составе коллегии адвокатов после удовлетворения требований, предусмотренных пунктами 6 и 9 настоящей статьи. Права и обязанности реорганизуемой коллегии адвокатов переходят к вновь возникшим в результате разделения юридическим лицам в соответствии с разделительным балансом. Распределение прав и обязанностей реорганизуемой коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, между вновь возникшими юридическими лицами осуществляется пропорционально количеству адвокатов, являющихся участниками вновь возникших юридических лиц. Юридические лица, возникшие в результате разделения коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, не вправе использовать наименование и символику реорганизованной коллегии адвокатов.
14. Требование о разделении коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, на два или более адвокатских образования должно быть направлено в пятимесячный срок со дня регистрации адвокатской палаты заказным письмом в президиум коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, а также в соответствующий территориальный орган юстиции. Полученное требование должно быть рассмотрено общим собранием коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, в шестимесячный срок со дня регистрации адвокатской палаты.
15. Преобразование коллегии адвокатов или иного адвокатского образования, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, в одну из организационно-правовых форм, предусмотренных настоящим Федеральным законом, осуществляется по решению общего собрания, принятому большинством голосов членов соответствующего адвокатского образования. При этом права и обязанности реорганизуемых коллегии адвокатов или иного адвокатского образования переходят к вновь возникшей коллегии адвокатов или адвокатскому бюро в соответствии с передаточным актом.
16. Коллегии адвокатов и адвокатские бюро, вновь возникшие в ходе реорганизации, являются правопреемниками коллегий адвокатов и иных адвокатских образований, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, в соответствии с разделительным балансом или передаточным актом.
17. Со дня вступления в силу настоящего Федерального закона коллегии адвокатов и иные адвокатские образования, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона, не вправе осуществлять перевод своих членов и передачу имущества между юридическими консультациями, адвокатскими бюро, а равно отчуждать имущество коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, иначе как в порядке, установленном настоящей статьей.
18. Если в течение трех месяцев со дня получения требований, предусмотренных пунктами 6, 9 и 13 настоящей статьи, общее собрание коллегии адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, не утвердит разделительный баланс или передаточный акт, а также в случае непредставления указанной коллегией адвокатов в 45-дневный срок со дня вступления в силу настоящего Федерального закона списков адвокатов, являющихся ее членами, с приложением необходимых документов, указанных в статье 40 настоящего Федерального закона, в территориальный орган юстиции, то арбитражный суд по иску соответствующего территориального органа юстиции назначает внешнего управляющего указанной коллегией адвокатов и поручает ему осуществить ее реорганизацию.
19. Со дня назначения внешнего управляющего к нему переходят все полномочия по управлению коллегией адвокатов, образованной до вступления в силу настоящего Федерального закона, подлежащей реорганизации.
20. Внешний управляющий выступает от имени реорганизуемой коллегии адвокатов в суде, составляет разделительный баланс или передаточный акт и передает его на рассмотрение суда вместе с учредительными документами возникающих в результате реорганизации юридических лиц. Утверждение арбитражным судом указанных документов является основанием для государственной регистрации вновь возникающих юридических лиц.
21. Государственная регистрация юридических лиц, возникших в результате приведения коллегий адвокатов и иных адвокатских образований, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, в соответствие с настоящим Федеральным законом, осуществляется в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц.
22. В органы, осуществляющие государственную регистрацию юридических лиц, представляются нотариально заверенные копии следующих документов:
1) решение о реорганизации;
2) разделительный баланс или передаточный акт;
3) учредительные документы вновь возникающих юридических лиц;
4) документы, подтверждающие факт внесения сведений об адвокатах-учредителях в региональный реестр.
23. К реорганизации коллегий адвокатов и иных адвокатских образований, образованных до вступления в силу настоящего Федерального закона, применяются правила о реорганизации юридических лиц, установленные Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «О некоммерческих организациях», если они не противоречат настоящей статье.

Статья 44. Обеспечение оказания гражданам Российской Федерации юридической помощи бесплатно, а также юридической помощи по назначению

1. Все адвокатские палаты в 20-дневный срок со дня их регистрации обязаны принять решения, связанные с порядком оказания гражданам Российской Федерации юридической помощи бесплатно, а также с порядком участия адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда.
(в ред. Федерального закона от 24.07.2007 N 214-ФЗ)
2. До принятия указанных решений адвокатскими палатами ответственность за оказание гражданам Российской Федерации юридической помощи бесплатно, а также за участие адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда несут коллегии адвокатов, образованные до вступления в силу настоящего Федерального закона.
(в ред. Федерального закона от 24.07.2007 N 214-ФЗ)

Статья 45. Вступление в силу настоящего Федерального закона

1. Настоящий Федеральный закон вступает в силу с 1 июля 2002 года, за исключением подпункта 6 пункта 1 статьи 7 настоящего Федерального закона, который вступает в силу с 1 января 2007 года.
2. Со дня вступления в силу настоящего Федерального закона:
1) признать не действующим на территории Российской Федерации Закон СССР от 30 ноября 1979 г. N 1165-X «Об адвокатуре в СССР» (Ведомости Верховного Совета СССР, 1979, N 49, ст. 846);
2) признать утратившими силу:
Закон РСФСР от 20 ноября 1980 года «Об утверждении Положения об адвокатуре РСФСР» (Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1980, N 48, ст. 1596);
Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 8 июля 1991 г. N 1560-1 «О мерах по социальной защите граждан, занимающихся адвокатской практикой в коллегиях адвокатов РСФСР в условиях перехода экономики к рыночным отношениям» (Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР, 1991, N 28, ст. 977).
3. До вступления в силу подпункта 6 пункта 1 статьи 7 настоящего Федерального закона адвокат вправе осуществлять добровольное страхование риска своей профессиональной имущественной ответственности. При этом страховые взносы, уплачиваемые адвокатом страховщику по договору страхования, относятся к средствам, отчисляемым адвокатом в соответствии с пунктом 7 статьи 25 настоящего Федерального закона.
4. До формирования совета Федеральной палаты адвокатов советы адвокатских палат субъектов Российской Федерации осуществляют следующие полномочия совета Федеральной палаты адвокатов:
1) разработка и утверждение временного положения о порядке сдачи квалификационного экзамена и оценки знаний претендентов, а также перечня вопросов, предлагаемых претендентам;
2) утверждение форм бюллетеней для голосования, предусмотренных пунктами 6 и 7 статьи 33 настоящего Федерального закона.
5. Предложить Президенту Российской Федерации и поручить Правительству Российской Федерации привести свои нормативные правовые акты в соответствие с настоящим Федеральным законом.

Президент
Российской Федерации
В.ПУТИН
Москва, Кремль
31 мая 2002 года
N 63-ФЗ

(Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ (ред. от 21.11.2011) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»)

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">


data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Ноя
23

Как вернуть товар. Возврат товара в интернет-магазин.

 

Как вернуть деньги за товар, купленный в Интернет-магазине

Законодательством установлена возможность вернуть деньги после покупки за большинство видов товара. Правда, условия возврата зависят от вида товара, его состояния, а также способа продажи товара.  Отчасти мы уже ознакомились с некоторыми условиями возврата денег за товар в статье про замену товара на время ремонта и в прошлой статье про возврат денег за некачественный товар. В данной статье рассмотрим уже более подробно именно условия возврата купленного товара, к которому нет претензий по качеству.

Как обычно, в конце статьи будет образец заявления.

Какой товар можно вернуть?

Есть ст.25 Закона «О защите прав потребителей», которая устанавливает право потребителя на обмен непродовольственного товара надлежащего качества на аналогичный в течение 14-ти дней после покупки. Но по факту по этой статье обычно происходит возврат денег за товар.Даже многие продавцы уверены, что у потребителя есть право потребовать вернуть деньги за товар в течение 14-ти дней.

Все дело в формулировке, используемой в указанной статье 25 Закона. Согласно данной статье, если товар не подошел по форме, габаритам, фасону, расцветке, размеру или комплектации, то у потребителя есть право требовать обменять товар на аналогичный. Но если аналогичного товара нет, то продавец обязан вернуть деньги.Таким образом, чтобы продавец вернул деньги, достаточно заявить о том, что товар не подходит по одному из вышеперечисленных условий и потребовать аналогичный с подходящими условиями. Т.е. потребовать «такой же, но с перламутровыми пуговицами».

Гипермаркеты и сетевые магазины даже не заморачиваются обменом, а сразу возвращают деньги, если товар не подходит по расцветке и т.п.Но есть существенное условие для возврата товара – товар не должен был быть в употреблении, сохранен его товарный вид, потребительские свойства, пломбы, фабричные ярлыки, а также чек (документ о покупке).Поясню некоторые нюансы. Например, ярлыки не просто должны быть сохранены, их нельзя срезать. А вот сохранение чеков не является обязательным. Покупатель может ссылаться на свидетельские показания. Но все же, если хотите быстрее решить вопрос, то чеки, конечно, лучше сохранять.

Есть перечень товаров, на которые не распространяется указанное правило.Перечень товаров надлежащего качества, не подлежащих возврату или обмену на аналогичный, утвержден Постановлением Правительства РФ от 19.01.1998 г. N 55:

1. Товары для профилактики и лечения заболеваний в домашних условиях (предметы санитарии и гигиены из металла, резины, текстиля и других материалов, инструменты, приборы и аппаратура медицинские, средства гигиены полости рта, линзы очковые, предметы по уходу за детьми), лекарственные препараты
2. Предметы личной гигиены (зубные щетки, расчески, заколки, бигуди для волос, парики, шиньоны и другие аналогичные товары)
3. Парфюмерно-косметические товары
4. Текстильные товары (хлопчатобумажные, льняные, шелковые, шерстяные и синтетические ткани, товары из нетканых материалов типа тканей — ленты, тесьма, кружево и другие); кабельная продукция (провода, шнуры, кабели); строительные и отделочные материалы (линолеум, пленка, ковровые покрытия и другие) и другие товары, отпускаемые на метраж
5. Швейные и трикотажные изделия (изделия швейные и трикотажные бельевые, изделия чулочно-носочные)
6. Изделия и материалы, контактирующие с пищевыми продуктами, из полимерных материалов, в том числе для разового использования (посуда и принадлежности столовые и кухонные, емкости и упаковочные материалы для хранения и транспортирования пищевых продуктов)
7. Товары бытовой химии, пестициды и агрохимикаты
8. Мебель бытовая (мебельные гарнитуры и комплекты)
9. Изделия из драгоценных металлов, с драгоценными камнями, из драгоценных металлов со вставками из полудрагоценных и синтетических камней, ограненные драгоценные камни
10. Автомобили и мотовелотовары, прицепы и номерные агрегаты к ним; мобильные средства малой механизации сельскохозяйственных работ; прогулочные суда и иные плавсредства бытового назначения
11. Технически сложные товары бытового назначения, на которые установлены гарантийные сроки (станки металлорежущие и деревообрабатывающие бытовые; электробытовые машины и приборы; бытовая радиоэлектронная аппаратура; бытовая вычислительная и множительная техника; фото- и киноаппаратура; телефонные аппараты и факсимильная аппаратура; электромузыкальные инструменты; игрушки электронные, бытовое газовое оборудование и устройства).Надеюсь, нет необходимости комментировать данный перечень. Но если требуются пояснения, задавайте вопросы в комментариях ниже.

Как вернуть деньги за товар, купленный в Интернет-магазине

Условия возврата товара, купленного в Интернет-магазине существенно отличаются от товара, купленного в обычном магазине.Поскольку Интернет-магазин является дистанционным способом продажи, то в отношении такого способа продажи действуют особые правила. Эти правила регулируются статьей 26.1 ФЗ «О защите прав потребителей», а также «Правилами продажи товаров дистанционным способом», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.09.2007 г. №612. Главное правило, которое действует в отношении товаров, купленных в интерне-магазине – это право отказаться от покупки и вернуть товар без объяснения причин в течение 7-и дней после доставки (а также в любое время до момента доставки).

Именно так – без объяснения причин, т.е. не надо давать объяснения по поводу расцветки, фасона и т.п., как с товаром из обычного магазина.В момент доставки, вместе с товаром покупателю должна быть предоставлена письменная памятка о праве вернуть товар в течение 7-и дней. Если такая памятка не была предоставлена, то срок возврата увеличивается до 3-х месяцев.Информация (памятка) о порядке и сроках возврата товара потребителем должна содержать:

а) адрес (место нахождения) продавца, по которому осуществляется возврат товара;
б) режим работы продавца;
в) максимальный срок, в течение которого товар может быть возвращен продавцу, или минимально установленный срок (от 7 дней);
г) предупреждение о необходимости сохранения товарного вида, потребительских свойств товара надлежащего качества до возврата его продавцу, а также документов, подтверждающих заключение договора;
д) срок и порядок возврата суммы, уплаченной покупателем за товар.
Отсутствие одного из пунктов может считаться непредоставлением покупателю информации о порядке и сроках возврата товара.
При покупке в Интернет-магазине, в течение 7-и дней после доставки можно отказаться от любого товара. При продаже товаров дистанционным способом, не действует вышеуказанный Перечень товаров, не подлежащих обмену и возврату. Единственное ограничение – нельзя вернуть товар, изготовленный на заказ (по индивидуально-определенным характеристикам), если отсутствуют недостатки.

Еще одно условие – товар не должен иметь следов использования, сохранены ярлыки и пломбы, сохранена упаковка.Как видите, закон не требует обязательно сохранять чек, поскольку покупатель может подтверждать покупку другими способами (иные документы, штампы на упаковке, электронная переписка, свидетели). Но на практике, во избежание лишних споров лучше завести привычку сохранять чеки.Еще один совет: настоятельно рекомендую заиметь привычку проверять любой товар на наличие внешних дефектов в момент доставки. Подписывая акт доставки, обязательно укажите обнаруженные дефекты (царапины и т.п.). Кстати, акт должен быть в 2-х экземплярах. Поэтому, если указываете замечания к внешнему виду, то требуйте копию акта.Также требуйте копию акта, когда товар доставляется в разобранном виде (мебель и т.п.). В акте надо указать, что товар доставлен в разобранном виде. Указанный акт необходим на случай возникновения спора во время возврата или обнаружения скрытых дефектов.

В какой срок и как продавец обязан вернуть деньги?

При возврате покупателем товара надлежащего качества, продавцом составляется акт возврата за подписью обеих сторон.Если в момент составления акта продавец не передал деньги за возвращенный товар, то продавец обязан передать деньги в течение 10-ти дней после составления акта.

Возврат денег осуществляется одним из следующих способов:

1) наличными денежными средствами по месту нахождения продавца;
2) почтовым переводом;
3) путем перечисления соответствующей суммы на банковский или иной счет, указанный покупателем.
Продавец имеет право удержать расходы на доставку товара от покупателя.
Расходы, связанные с перечислением денег, несет продавец.

Как действовать, если продавец отказывается вернуть деньги?

При нарушении прав потребителя, алгоритм действий одинаковый. Как действовать с недобросовестными продавцами, мы уже рассматривали в статье «как вернуть некачественный товар». Здесь укажу лишь на некоторые нюансы, касающиеся возврата товара надлежащего качества.
Во-первых, если продавец не передал деньги в момент возврата товара, то обязательно нужно сохранить копию акта о возврате. Если в течение 10-ти дней не поступят деньги, то без акта будет сложно доказать сам факт покупки и возврата товара.
Во-вторых, если продавец по устно отказался вернуть деньги и забрать товар, то придется писать претензию.
Как уже говорил, алгоритм действий (претензия, суд, жалобы) был рассмотрен в прошлом выпуске. Здесь для примера приведу претензию к продавцу с требованием принять товар обратно.

 

 

Директору ООО «Рога и копыта»

от Иванова И.И., проживающего по адресу:

___________

 ЗАЯВЛЕНИЕ

10.01.2012 года в Вашем магазине я купил телевизор «ЛГ 2о12» стоимостью 17 000 рублей.
Телевизор был доставлен и получен мной 12.01.2012 г. 18.01.2012 г. я обратился по телефону к Вашим сотрудникам с заявлением о возврате товара в соответствии со ст.26.1 ФЗ «О защите прав потребителей». Во время телефонной беседы мне было отказано в приеме указанного телевизора и возврате уплаченных денежных средств.Требую незамедлительно забрать телевизор и вернуть уплаченные денежные средства на банковский счет ______ (как вариант: почтовым переводом по адресу ___ на имя__).Уведомляю, что в случае невыполнения требования в течение 7-ми дней, будет начисляться неустойка за каждый день просрочки выполнения требования согласно ст.23 «О защите прав потребителей». Также буду вынужден обратиться с жалобой в управление Роспотребнадзора и суд с иском о защите прав.

Приложение:

1) копия чека;

______________/И.И. Иванов/

«___» ___________ 2012 года

Напоследок, хочу посоветовать внимательней выбирать Интернет-магазин. Если на сайте нет информации, как минимум, о наименовании продавца и его реальном адресе, то следует отказаться от покупок в таком магазине. Во-первых, это существенное нарушение Закона, во-вторых, труднее будет решать проблемы с товаром.

Источник статьи

 

 

Июн
13

Понятие и содержание деятельности криминальной оппозиции в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы России

Кутякин С.А.

кандидат юридических наук, доцент

Академия ФСИН России

 

Понятие и содержание деятельности криминальной оппозиции в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы России

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Google+
Исторический опыт показывает нам, что одним из наиболее эффективных инструментов противодействия преступников тюремным властям в условиях лишения свободы было их объединение в тюремные общины. Зародившись в местах лишения свободы, где осужденные отбывали наказание совместно, в обществе себе подобных, тюремная община России существует до сих пор. Неформальное право, действующее среди осужденных, вступает в непримиримые, антагонистические противоречия с правом формальным, данным со стороны государства. Этот антагонизм лег в основу формирования в местах лишения свободы феномена, называемого нами «криминальная оппозиция». Термин «криминальная оппозиция» состоит из двух слов: криминальный – от латинского «crimen» – преступный [1] и оппозиция – от латинского «opposition», что означает противопоставление, противодействие, сопротивление. Также, под оппозицией принято понимать партию или группу, выступающую вразрез с мнением большинства, ведущую политику противодействия.[2]

Таким образом, криминальная оппозиция представляет собой организованное в местах лишения свободы сообщество осужденных, во главе которого находятся профессиональные преступники, стоящие на высшей ступени криминальной иерархии. Сущность криминальной оппозиции состоит в том, что она является незаконным средством разрешения противоречий, возникающих между осужденными и государством в лице администрации мест лишения свободы. Криминальный способ разрешения существующих социально-экономических противоречий присущ и организованной преступности в целом. «Организованная преступность была криминальным средством разрешения этих противоречий…».[3]

В этом заключается ее единство с криминальной оппозицией, действующей в исправительных учреждениях. Криминальная оппозиция под руководством «воров» и иных преступных авторитетов использует структуру тюремной общины как саморегулирующейся социальной системы. Она пронизывает ее сверху до низу, проникает во все ее элементы и «перенастраивает» систему в соответствии с собственными целями и задачами. «Преступные организации как социальные организации полностью «прописываются» в ряду иных организаций (систем) и могут быть квалифицированы как системы открытые, органические, социальные, искусственные, физические, динамические, внутренне регулируемые, с положительной обратной связью, саморегулирующиеся.»[4]

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Идеологически криминальная оппозиция находится в состоянии антагонизма не только с администрацией мест лишения свободы, но и с государством в целом. Существует определенный антагонизм между криминальной оппозицией и обществом. В значительной степени это обусловлено тем, что общество, используя властно-силовой ресурс государства, исторгло из своей среды преступников, объявив их персоной «non grata», нежелательными элементами существующей социальной системы. В ответ на это преступники создали свою социальную систему криминального характера, находящуюся в оппозиции к отвергнувшему их обществу. Этой социальной системе присуща иная культура, язык, образ и стиль жизни, манеры поведения, иные представления о должном и допустимом, иные системы запретов и табу, механизмы социального контроля.

Несомненно она развивалась как реакция, как антипод, оппозиция по отношению к официальной советской культуре. Общество, сконцентрировав в местах лишения свободы изгнанных из своей среды людей, породило «антиобщество», криминальную оппозицию. Характеризуя антагонизм между лидерами криминальной оппозиции мест лишения свободы и обществом Ю.М. Антонян пишет, что: «… они отчуждены от общества и его норм, позитивных групп и в то же время хорошо приспособлены к криминально-ориентированным группам и их ценностям, в целом это отчужденные, дезадаптированные личности со специфическими установками и представлениями, что и определяет их противодействие обществу, изоляцию от него».[5] В свою очередь мы можем сказать о том, что этот антагонизм присущ не только лидерам, но и всем остальным преступникам, длительно содержащимся в местах лишения свободы и характеризующиеся как злостные нарушители режима отбывания наказания.

Наиболее остро идеологический антагонизм между обществом, государством и криминальной оппозицией проявился в 30-е – 50-е годы двадцатого столетия. Объявив преступность «родимым пятном капитализма», государство рассматривало «воров» и других  профессиональных преступников не только как пережиток прошлого, но и как врагов всего трудового народа. Идеология государства того времени не оставляла места преступности в коммунистическом обществе. Тем не менее, сообществу «воров» удалось не только выжить, но и создать в масштабах уголовно-исполнительной системы России хорошо отлаженный механизм противодействия уголовно-исполнительному процессу. Структурно данный механизм пронизывает всю современную тюремную общину. Большинство осужденных задействованы, либо потенциально могут быть задействованы в этом механизме.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Осужденные, формально сотрудничающие с администрацией исправительных учреждений на гласной и негласной основе, вынуждены остерегаться физической расправы со стороны криминальной оппозиции. Учитывать существование криминальной оппозиции, либо потенциальную возможность  ее возникновения в отдельных учреждениях вынуждена и администрация уголовно-исполнительной системы. Наличие в их учреждениях криминальной оппозиции, открыто или тайно противодействующей администрации констатируют 48,28 % опрошенных сотрудников ФСИН и 68,4 % опрошенных руководителей территориальных органов ФСИН и их заместителей. Для пресечения деятельности криминальной оппозиции в масштабах уголовно-исполнительной системы России и профилактики ее возникновения задействован огромный потенциал оперативных, режимных, воспитательных и иных мероприятий организационного, управленческого и тактического характера. Ежегодно на это тратится немалое количество бюджетных средств. Однако уничтожить эту социокультурную структуру не так-то просто. Она оказалась очень устойчивой и самовоспроизводимой.

Криминальная оппозиция мест лишения свободы России неразрывно связана с организованной преступностью и является ее неотъемлемой частью. По сути, организованную преступность можно также рассматривать как криминальную оппозицию, но уже более высокого уровня. Единая социальная природа криминальной оппозиции и организованной преступности проявляется в том, что их характерные признаки практически полностью совпадают. Так, например, В.В. Лунеев, определяя признаки организованной преступности, приходит к выводу о том, что под  организованными преступными формированиями можно понимать устойчивое объединение лиц, в котором имеются (или формируются):

- организатор (руководитель, главарь, пахан, крестный отец) или руководящее ядро;
- определенная иерархическая структура, отделяющая руководство от непосредственных исполнителей;
- более или менее четкое распределение ролей (функций), которые реализуются при выполнении конкретных заданий, обязанностей или в ролевом «должностном» поведении;
- жесткая дисциплина с беспрекословным подчинением по вертикали, основанная на собственных законах и нормах, в том числе на законе молчания;
- система жестких наказаний, вплоть до физического устранения «вероотступников»;
- финансовая база (общак) для решения «общих» задач;
- сбор информации о выгодных и безопасных направлениях преступной деятельности;
- нейтрализация и возможное коррумпирование правоохранительных и иных государственных органов для получения необходимой информации, помощи и защиты;
- профессиональное использование основных государственных и социально-экономических институтов, действующих в стране и мире в целях создания внешней законности своей преступной деятельности;
- распространение устрашающих слухов о своем могуществе, которое приносит преступным организациям больше пользы, чем вреда, так как они деморализуют свидетелей, потерпевших, сотрудников средств массовой информации, правоохранительных органов и поддерживают преступный дух рядовых исполнителей;
- создание такой структуры управления, которая избавляет руководителей от необходимости непосредственной организации или совершения конкретных преступлений. И это всем выгодно: руководители избегают ответственности, а привлечение к ней рядовых исполнителей не разрушает организацию и дает ей возможность оказать «потерпевшим» необходимую помощь;
- совершение любых преступлений при доминирующей мотивации достижения корыстной цели и контроля в какой-то сфере или на какой-то территории для той же наживы и безопасности.[6]

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Перечисляя признаки организованной преступности И.В. Годунов полагает, что: «В общем и целом организованную преступность отличают:

  1. Финансовая база для «общих нужд»;
  2. Иерархическая структура;
  3. Четкое разделение труда;
  4. Строгая «вертикальная» дисциплина, основанная на предписанных правилах и законах;
  5. Суровое наказание, включая физическое устранение отступников и нарушителей» [7].

В целом, с указанными признаками организованной преступности соглашаются и другие ученые[8], занимавшиеся разработкой этой проблемы.

В современном мире организованная преступность достигла масштабов, которые придают ей системообразующий характер. Одним из таких системных образований является криминальная оппозиция, действующая в исправительных учреждениях. Она располагает всеми вышеперечисленными признаками организованной преступности. К такому же выводу приходят Н.М. Якушин и В.В. Зайцев. По их мнению, преступные формирования осужденных можно отнести к криминальным образованиям, имеющим отношение к организованной преступности, поскольку они обладают полным набором признаков, характерных для организованных преступных групп: наличие лидера или руководящего ядра, устойчивость, иерархичность с распределением ролей среди членов, действие неформальных норм поведения, сбор и реализация «общака», активная защита от разоблачения, устойчивая преступная деятельность как основной источник существования. Деятельность таких групп ограничена территорией учреждения, направлена на создание условий безбедного существования лидеров преступного мира и обеспечение их безопасности.[9]

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Доминирующей мотивацией организованной преступности является экономический интерес, а целью – криминальный бизнес.[10] Криминальной оппозиции исправительных учреждений, как части организованной преступности, присущи ее характерные черты. Эти характерные черты проявляются в большей или меньшей степени в зависимости от того, как на них влияют специфические условия исправительных учреждений как среды функционирования криминальной оппозиции. Мотивация криминальной оппозиции исправительных учреждений имеет следующую обусловленность. Лишение свободы ложится тяжким грузом на психику человека, а также причиняет ему нравственные и физические страдания, лишения и неудобства.

Человек всеми силами, сознательно и несознательно хочет освободиться от этого бремени. Это касается как рядовых членов, так и руководителей криминальной оппозиции. Власть над тюремным сообществом позволяет этим лицам создать для себя наиболее комфортные условия выживания в экстремальных условиях исправительных учреждений. Исследуя проблемы эволюции государственной власти, А.Б. Артемьев приходит к выводу о том, что на человека оказывают влияние два основных инстинкта: стремление к лидерству и стремление к выживанию[11].  В целом мы разделяем эту точку зрения, с поправкой на то, что само по себе стремление к лидерству вряд-ли можно отнести к основным инстинктам человека. Скорее всего его можно рассматривать в качестве средства реализации инстинкта выживания. Лидеры криминальной оппозиции ведут борьбу за власть над тюремной общиной не только с администрацией, но и друг с другом, а также с лидерами самодеятельных организаций осужденных.

Последние тоже хотят создать для себя наиболее благоприятные условия для выживания. Наряду с этим обеспечение выживания и максимально комфортного существования в местах лишения свободы для осужденных, не сотрудничающих с администрацией невозможно без противодействия карательным мерам, применяемым к ним со стороны государства.  Исследователи организованной преступности в США еще в середине прошлого века считали, что одним из основных факторов, способствующих возникновению преступных организаций, является стремление преступников обеспечить себя от преследований со стороны государства и вместе с тем укрепить свои позиции в борьбе с другими объединениями преступников[12].

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Это позволяет нам сделать вывод о том, что одной из составляющих мотивационной основы деятельности криминальной оппозиции в исправительных учреждениях является противодействие преследованию со стороны государства, реализующемуся в виде  уголовно-исполнительного  процесса. Вместе с тем, мотив противодействия уголовно-исполнительному процессу, характерен для большинства осужденных, в том числе и не входящих в криминальную оппозицию. У представителей криминальной оппозиции к этому мотиву добавляется еще и мотив, обусловленный их стремлением избежать уголовной ответственности за совершаемые ими уголовно-противоправные деяния в период отбывания наказания в виде лишения свободы. В этой связи мотивационную основу их деятельности можно охарактеризовать как противодействие уголовному преследованию.

Противодействие уголовному преследованию существует с тех пор, когда государство стало привлекать к ответственности виновных в совершении преступлений и иных правонарушений.[13] Необходимо сказать о том, что под уголовным преследованием в местах лишения свободы нами понимается комплекс мер оперативно-розыскного, уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного и административного характера, направленных на обеспечение уголовного судопроизводства, исполнение уголовного наказания в отношении лиц, заключенных под стражу и осужденных.[14] Уголовно-исполнительный процесс является составной частью уголовного преследования и осуществляется в едином комплексе с остальными его мерами. Уголовно-исполнительный процесс и иные меры уголовного преследования неразрывно связаны друг с другом и взаимообусловлены. Именно поэтому преступники, входящие в криминальную оппозицию, осуществляя противодействие уголовно-исполнительному процессу, неизбежно вступают в отношения противодействия с иными мерами уголовного преследования.

Для того, чтобы скрыть следы преступления, избавиться от улик, запугать свидетелей, установить связь с подельниками, ввести в заблуждение оперативных работников, следователей и т.п., преступник в местах лишения свободы вынужден противодействовать не только порядку и условиям отбывания наказания или содержания под стражей, но и уголовно-процессуальной, оперативно-розыскной[15] и административной деятельности, осуществляемой администрацией мест лишения свободы и иными правоохранительными органами. Эта взаимосвязь заставляет нас рассматривать в качестве мотивационной основы деятельности криминальной оппозиции в местах лишения свободы противодействие уголовному преследованию.

С другой стороны, криминальная оппозиция, как часть организованной преступности имеет в качестве мотива экономический (корыстный) интерес. Даже в условиях лишения свободы преступники мгновенно используют любые возможности незаконного обогащения. Поэтому во многих исправительных учреждениях  существуют  целые  сферы  подпольного  бизнеса.  Речь идет об организации азартных игр, нелегальной торговле, посредничестве во взяточничестве, хищениях, вымогательстве, поборах с других осужденных, нелегальной доставке в исправительные учреждения денег, наркотиков, водки, продуктов питания и многих других способах криминального обогащения. За счет этого пополняются «общезоновские» и «воровские» общаки, которые фактически составляют бюджет криминальной оппозиции.

Таким образом, мотив противодействия уголовному преследованию тесно переплетается с корыстным мотивом деятельности криминальной оппозиции и составляет с ним единое целое. Это обусловлено тем, что конечной целью криминального бизнеса в местах лишения свободы является незаконное обогащение и обеспечение возможности максимально ослабить или полностью нейтрализовать уголовно-исполнительное воздействии на его организаторов. Специфика среды функционирования криминальной оппозиции в местах лишения свободы обусловливает цели ее деятельности. К ним относятся: установление власти над тюремной общиной; ослабление или нейтрализация уголовно-исполнительного воздействия на членов криминальной оппозиции, и поддерживающих их осужденных; получение доходов от организации криминального бизнеса в исправительном учреждении.

Аналогичной точки зрения придерживаются и другие исследователи организованной преступности (В.С. Овчинский, В.Е.Эминов, Н.П. Яблоков). По их мнению,  организованные преступные сообщества в местах лишения свободы могут иметь целую систему целей: совершение корыстно-стяжательских, корыстно-насильственных преступлений в отношении осужденных; организацию азартных игр «под интерес» с целью получения власти над проигравшим; получение  легальных каналов общения «со свободой»; осуществление нелегальной переписки; организацию доставки «в зону» запрещенных предметов (наркотиков, спиртных напитков, оружия); склонение  отдельных работников ИУ к неслужебным отношениям; обеспечение льготных  условий  содержания лицам, входящим в организованные преступные группы;  глубокое  внедрение  в  структуры  ИУ  в  интересах  преступного  мира[16].

С учетом вышеизложенного, мотивацию и цели деятельности криминальной оппозиции в исправительных учреждениях можно представить в виде следующей схемы:

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Огромное значение для понимания базисной, идеологической основы криминальной оппозиции имеет феномен, именуемый в среде профессиональных преступников как «общее». Под феноменом «общее» следует понимать систему идеальных и материальных ценностей, присущих тюремной общине в целом. «Общее» это то, что сплачивает, объединяет лидера и рядового осужденного. Главными составными частями «общего» являются нравственные основы жизни тюремного сообщества и производные от них «воровские» и «общетюремные» законы. Не вызывает сомнения то, что эффективность деятельности криминальной оппозиции, как и любой другой социальной системы тем выше, чем полнее ее задачи, структура, внутренние и внешние связи, функции урегулированы нормами права.

В данном случае, преступные законы – «понятия» не просто объединяют и регулируют деятельность криминальной оппозиции. Они буквально «связывают» ее членов неразрывными узами. В основе этих связей лежит страх неизбежного наказания за нарушение неформальных норм. Причем, чем выше иерархическое положение осужденного в структуре криминальной оппозиции, тем выше  уровень предъявляемых к нему неформальных требований и ответственности за их несоблюдение. Неформальные нормы не просто стимулируют определенное поведение, они буквально принуждают к их неукоснительному соблюдению.

Другой, охраняемой этими законами составляющей частью «общего» является «воровской» и «общезоновский» «общаки», способы и средства их пополнения, а также обеспечения жизнедеятельности криминальной оппозиции и тюремной общины в целом. С позиции ценностей тюремной субкультуры, основной смысл существования «общака» заключается, во-первых, в создании материальной основы общего дела, защиты коллективных интересов и, во-вторых, в помощи малоимущим заключенным и осужденным.[17] В содержание понятия «общее» входит система организации связи с внешним миром и другими сообществами осужденных за пределами исправительного учреждения («дороги»); система обеспечения тюремной общины продуктами питания, спиртными напитками, наркотиками и другими запрещенными вещами и предметами; система льгот и послаблений «отвоеванных» криминальной оппозицией у администрации и другие материальные ценности, имеющие значение для всего сообщества осужденных.

Криминальная оппозиция является продуктом социальной деятельности осужденных в местах лишения свободы. В философии под деятельностью (действием) понимается специфическая форма активного отношения к окружающему миру, содержание которой составляет его целесообразное изменение и преобразование в интересах людей.[18] В теории организации под действием понимается социальное взаимодействие для достижения общего понимания посредством общих целей между взаимодействующими сторонами.[19] Таким образом, в основе возникновения организации криминальной оппозиции лежит выраженное во вне желание осужденных преобразовать окружающую их действительность в своих собственных интересах.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Ввиду объективно существующего антагонизма между осужденными (преступниками) и государством в лице администрации исправительных учреждений интересы осужденных, особенно в сфере применения к ним мер карательного воздействия, диаметрально противоположны интересам государства и носят, с точки зрения позитивного права, противоправный характер. Концентрация осужденных в местах лишения свободы объединяет их по формальному признаку. Наличие общего «врага» в лице администрации исправительных учреждений способствует объединению осужденных на почве неформальных отношений противодействия.

Исследуя причины формирования преступных групп в исправительных учреждениях, Л.А. Березенко приходит к выводу о том, что основным компонентом формирования преступных сообществ является социальная среда, в которой формируются общности осужденных. Эта среда имеет свою специфику, обусловленную принудительной изоляцией, существенным ограничением материальных и духовных потребностей, жесткой регламентацией поведения, включением в однополые социальные группы (бригады, отряды, колонию) на уравнительных началах. Эти объективные обстоятельства вызывают негативные психические состояния, чувство незащищенности, страха, угрозы собственному существованию.

В этих условиях и происходит образование неформальных организаций (самоорганизаций), в рамках которых осужденные освобождаются от негативных психических состояний. Преступные группировки осужденных зарождаются в рамках самоорганизаций как сила, способная противостоять официальной власти, в данном случае администрации исправительного учреждения.[20] В этой связи, осужденные стремятся к взаимопониманию через  совместную деятельность по «противостоянию» применяемому к ним карательному воздействию. Указанная деятельность обусловливает формирование определенных и целенаправленных общественных отношений между субъектами ее осуществляющими.

Данные отношения требуют необходимости разделения труда и распределения задач, решение которых необходимо для достижения целей преобразования окружающей действительности. Прежде всего, это преобразование направлено на изменение существующего порядка и условий отбывания наказания в сторону их смягчения. В свою очередь, указанные обстоятельства способствуют возникновению системы общественных ценностей и норм поведения. В условиях существующего антагонизма эти ценности и нормы носят ярко выраженный антигосударственный и противоправный характер. Завершающим этапом формирования криминальной оппозиции, как социально организованной группы осужденных, следует считать возникновение и развитие коммуникационной и информационной внутригрупповой системы.

В своей основе эта система опирается на имеющуюся в группе структуру социальных ролей, проявляющихся в их функциональном содержании. В соответствии с выполняемыми функциями, осужденные-члены криминальной оппозиции получают определенные права и обязанности по отношению к другим членам организации (группы). Наличие функционально-наполненных социальных ролей позволяет говорить об организованном социальном поведении участников таких групп. Данное поведение носит вид системной деятельности, которая осуществляется в рамках неформальной противоправной организации осужденных. Именно так возникает криминальная оппозиция как организационное явление.

Таким образом, существование организации криминальной оппозиции в местах лишения свободы обусловливается, прежде всего, потребностью осужденных в «защите» от карательного воздействия, осуществляемого со стороны государства и реализуемого посредством уголовно-исполнительной системы. Неформальная организация криминальной оппозиции выступает своеобразным буфером между осужденными и жесткой формальной организацией уголовно-исполнительной системы России. При этом она объективно выступает фактором, дезорганизующим деятельность исправительных учреждений. «Образование неформальных групп есть форма дезорганизации, способствующая поддержанию социальной целостности, снятию социальной напряженности в коллективе».[21] В свою очередь это обусловливает то, что в основе деятельности криминальной оппозиции лежит определенный «социальный заказ». Данный «социальный заказ» формируется по двум направлениям:

– потребность осужденных в защите своих естественных прав и свобод от посягательств на них со стороны администрации и со стороны других осужденных;
– потребность в удовлетворении биологических и социальных запросов личности осужденного, зачастую запрещенных в местах лишения свободы законом.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Очевидно, что разработка научных основ противодействия криминальной оппозиции невозможна без изучения ее сущности и свойств с точки зрения теории организации. Семантически, термин «организация» заключается в ее строении, внутреннем устройстве. Слово организация было заимствовано русским языком из французского языка в XIX веке. Оно производно от французского слова organizer, что означало организовывать, образованного, в свою очередь, от organе – орган; часть целого[22].

В Большой советской энциклопедии приводятся следующие подходы к определению понятия «организация»:

а) внутренняя упорядоченность, согласованность, взаимодействие более или менее дифференцированных и автономных частей целого, обусловленные его строением;
б) совокупность процессов или явлений, ведущих к образованию и совершенствованию взаимосвязей между частями целого;
в) объединение людей, совместно реализующих программу или цель и действующих на основе определенных правил и процедур[23].

В толковом словаре русского языка С.И. Ожегова под организованностью понимается «планомерное, продуманное устройство, внутренняя дисциплина»[24].

Большой толковый словарь современного русского языка Д.Н. Ушакова раскрывает одно из значений понятия «организация» как строение, устройство, структуру чего-либо[25].

А.М. Зюков и И.В. Пикин приходят к выводу о том, что в «организации» необходимо наличие следующих признаков:

- упорядоченная, четкая структура (иерархия), состоящая, в том числе из нескольких самостоятельных (автономных) частей;
- планирование деятельности;
- согласованность действий членов (частей) организации;
- поддержание внутригрупповой дисциплины;
- планомерность, то есть направленность на конкретный вид деятельности[26].

Л.В. Карташова, Т.В.Никонова, Т.О. Соломанидина считают, что под организацией принято понимать координируемый союз двух и более людей, который функционирует на относительно постоянной основе для достижения общих целей[27].

Вообще организация – это сложная структура, сложное явление, сложная функция (управленческая), сложный объект, сложный субъект, сложный институт, сложная процедура и т. д.[28]. В представленном термине в качестве структуры «переплетаются и уживаются интересы личности и групп, стимулы и ограничения, жесткая технология и инновации, безусловная дисциплина и свободное творчество, нормативные требования и неформальные инициативы. У организации есть свой облик, своя культура, свои традиции и репутация».[29]

С точки зрения теории организации криминальную оппозицию можно рассматривать как систему, как состояние и как процесс[30]. Криминальная оппозиция как система включает в себя совокупность осужденных, совместно реализующих заданные цели и действующих на основании определенных правил и процедур, именуемых «понятиями». Криминальная оппозиция как состояние подразумевает внутреннюю упорядоченность, согласованность взаимодействия своих структурных подразделений, обусловленную их дифференциацией и интеграцией. Совокупность процессов или действий, ведущих к образованию взаимосвязей между различными структурными подразделениями криминальной оппозиции, позволяет нам рассматривать ее организацию как процесс.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Такой подход показывает не только общие направления содержательной стороны понятия криминальной оппозиции как организации, но и говорит о сложности ее природы, которая вне зависимости от формы ее существования проявляется в объективном действии закона синергизма[31], согласно которому суммарный эффект единого целого может быть больше эффекта факторов, его составляющих. Криминальная оппозиция как разновидность социальной организации обладает определенными социальными свойствами. К их числу, в первую очередь, следует отнести цели деятельности криминальной оппозиции и выполняемые ей функции. Выбор цели организации является одним из наиболее ответственных моментов в процессе выработки и принятия управленческих решений.

В соответствии с выбранными целями установления власти, ослабления или нейтрализации уголовно-исполнительного воздействия и получения доходов от организации криминального «бизнеса» формируется стратегия развития криминальной оппозиции, тактика ее деятельности, разрабатываются прогнозы и планы, оцениваются результаты принятых решений и предпринятых действий. Цели деятельности криминальной оппозиции являются тем самым стержнем, вокруг которого формируется управленческая деятельность ее руководителей.

Важное значение для понимания сущности организации криминальной оппозиции имеет определение ее объекта управления. В первую очередь к объекту управления криминальной оппозиции следует отнести тюремную общину как сложившийся в местах лишения свободы социум осужденных. В некоторых случаях, когда влияние криминальной оппозиции особенно велико, объектами управления могут становиться отдельные сотрудники и даже целые направления деятельности исправительных учреждений. Это позволяет нам сделать вывод о том, что исследуемая нами организация криминальной оппозиции имеет два объекта управления. Ее управляющее воздействие распространяется как на социальную среду внутри исправительных учреждений, так и на деятельность сотрудников администрации по отношению к этой среде.

Поскольку цель – это состояние объекта управления, к достижению которого стремится криминальная оппозиция, то для того, чтобы иметь возможность реального управления объектом ей необходимо уметь измерять степень достижения целей. Оценить степень достижения целей деятельности криминальной оппозиции можно с помощью таких неформальных критериев оценки исправительного учреждения как: «черная зона»[32] или «красная зона»[33]. «Исправительные учреждения, где «блатные» неофициально обладают реальной властью, называются «черными». Там, где им власть не принадлежит – «красными».[34] Указанные критерии неформальной оценки исправительного учреждения используются не только среди осужденных, но и среди сотрудников и даже руководства ФСИН.

В «черных зонах» имеется «воровской ход»[35], то есть реальная власть над сообществом осужденных принадлежит криминальной оппозиции. В «красных зонах» администрация добивается значительного перевеса властных полномочий в свою пользу. Руководители, члены и активные сторонники криминальной оппозиции в таких исправительных учреждениях уходят в «подполье», нередко маскируясь под внешне законопослушных осужденных, вставших на путь исправления. Следует отметить, что вся история мест лишения свободы России является историей борьбы за власть между криминальной оппозицией и администрацией исправительных учреждений.

Администрация всегда хотела управлять тюремной общиной сама. Тюремная община под руководством ее наиболее активной части из числа профессиональных преступников всеми силами противилась этому. В борьбе за власть над осужденными администрация на разных исторических этапах применяла к их лидерам различные средства. Отправка «бродяг» на Сахалин, расстрелы «воров», «штрафные» лагпункты, Дмитлаг, «Белый лебедь», тюремный режим, зачастую аморальная практика «развенчания» лидеров криминальной оппозиции, «пресс-хаты», штрафные изоляторы, помещения камерного типа, участки со строгими условиями содержания – все это предназначалось для лидеров тюремных общин с целью их устранения от власти, изоляции от остальных членов сообщества, «моральной» дискредитации, а зачастую, и физического уничтожения. Тем не менее, как показывает нам исторический опыт, криминальная оппозиция под руководством «воров» проявила не только устойчивую жизнеспособность, но и зарекомендовала себя вполне конкурентоспособной организацией «параллельной» власти среди осужденных в исправительных учреждениях. Таким образом, критерии «красная» и «черная» зона позволяют нам сделать измеримой систему целей, сформированных криминальной оппозицией.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Следующим важным социальным свойством криминальной оппозиции являются выполняемые ей функции. Они обеспечивают не только возможность адаптации к изменяющимся и зачастую агрессивным внешним условиям среды существования, но и позволяют воздействовать на эти условия для обеспечения самосохранения и достижения собственных целей. «Преступные организации адаптивны и функциональны, что обеспечивает их сохранность, они – самосовершенствующиеся организации, т.е. способны к развитию и повышению степени и высоты организованности»[36]

Как считает Дж. К. Лафта: «Дееспособность любой организации зависит, прежде всего, от ее возможности не только адаптироваться к изменяющимся внешним условиям функционирования, но и воздействовать на эти условия, так как только необходимость к перманентной адаптации угрожает целостности организации как системы».[37] Находясь во взаимозависимости, взаимосвязи и взаимодействии отдельные структурные элементы криминальной оппозиции обеспечивают ее функционирование как целостного системного образования. При этом принципиально важным является не простое функционирование, а функционирование для получения интегрального или комплексного эффекта, по достижению целей криминальной оппозиции. Функции криминальной оппозиции неразрывно связаны с направлениями её деятельности.

К основным функциям криминальной оппозиции следует отнести:

- установление и поддержание в исправительном учреждении общественного порядка, основанного на неформальных нормах — «понятиях»;
- финансово-материальное обеспечение деятельности криминальной оппозиции (сбор, учёт, хранение и распоряжение «воровскими» и «общезоновскими» общаками);
- обеспечение устойчивой связи между членами криминальной оппозиции внутри исправительного учреждения и с внешним миром («дороги»)[38];
- осуществление «законотворчества» и «правосудия» внутри тюремной общины;
- организационно-управленческое обеспечение деятельности криминальной оппозиции (работа с «кадрами», принятие управленческих решений и контроль их исполнения и т.п.);
- организация противодействия уголовно-исполнительной политике государства (групповые протесты, членовредительства, голодовки, массовые беспорядки и неповиновения).
Следующим социальным свойством рассматриваемой нами организации криминальной оппозиции является эффективность результатов её деятельности. Указанное свойство обладает множественностью параметров измерения. К основным из них относятся:
- наличие в исправительном учреждении организационно-властных структур криминальной оппозиции, их состояние и степень влияния на осужденных;
- эффективность деятельности исправительных учреждений по исправлению преступников;
- состояние правопорядка в исправительных учреждениях;
- динамика роста количества лидеров криминальной оппозиции: «воров», «положенцев», «смотрящих» разного уровня;
- распространение влияния идеологии криминальной оппозиции за пределы тюремной общины на остальное общество;
- существование в исправительном учреждении нелегальных видов «бизнеса» (подпольная торговля, азартные игры, посредничество во взяточничестве и т.п.);
- уровень взаимодействия криминальной оппозиции с аналогичными формированиями в других исправительных учреждениях и организованной преступностью за пределами мест лишения свободы;
- степень управляемости сообществом осужденных со стороны администрации исправительного учреждения;
- факты коррупции и взяточничества среди администрации исправительных учреждений.

Как показали проведенные нами исследования, а также статистические данные ФСИН России, современное состояние криминальной оппозиции характеризуется достаточно высокой степенью эффективности ее деятельности. Так, например, на вопрос: «Существуют ли в Вашем учреждении «смотрящие»?» — положительно ответили 60, 51 % опрошенных нами сотрудников исправительных учреждений. Примечательно, что на этот же вопрос были даны положительные ответы у 89 % опрошенных нами руководителей ГУФСИН-УФСИН и их заместителей. На вопрос: «Если ли в вашем ИУ есть «воры», «положенцы» или «смотрящие», то мешают ли они работе учреждения?» — положительно ответили 21,88 % опрошенных нами сотрудников.

По мнению 19,33 % респондентов активность «воров» в исправительных учреждениях возрастает. Около половины опрошенных (49,88 %) считает, что деятельность «воров» в исправительных учреждениях обретает новые, более «цивилизованные» формы, направленные на поиск компромисса с администрацией. Большинство опрошенных нами сотрудников (58,9 %) отрицают случаи возникновения у них конфликтов со «смотрящими» или «ворами». В то же время 91,28 % респондентов называют причиной этих конфликтов неподчинение указанных лиц законным требованиям администрации исправительного учреждения и 8,72 % указывают на личную неприязнь.

Как нами указывалось ранее, одной из основных целей деятельности членов криминальной оппозиции является их стремление к власти над остальными осужденными. Чем большей властью обладает человек внутри тюремного сообщества, тем больше у него шансов обеспечить для себя наиболее благоприятные условия выживания в этой среде. Власть дает не только почет и уважение среди других осужденных. Она позволяет обрести независимость и, что особенно важно, материальный достаток. Власть является своеобразным средством выживания в местах лишения свободы. Потому борьба за власть, за лидерство является постоянным спутником всех преступных организаций. Это подтверждают и опрошенные нами сотрудники ФСИН. На вопрос, какую цель преследуют «воры» и иные преступные авторитеты в конечном итоге 49,95 % ответило: «Установление в ИУ «воровского» порядка и, как следствие этого, пользование всеми благами лидера». Администрация исправительных учреждений не собирается делиться властью с неформальными лидерами.

В условиях противодействия со стороны администрации мест лишения свободы за власть и членство в организации криминальной оппозиции приходиться платить. К лидерам и активным участникам криминальной оппозиции администрация применяет целый арсенал законных и незаконных средств воздействия. Сюда относятся: водворение в карцер, ШИЗО, ПКТ, лишение свиданий, посылок, передач, перевод на строгие условия содержания, тюремный режим и другие виды наказаний, регламентированные уголовно-исполнительным законодательством.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

К наиболее распространенным незаконным средствам воздействия на лидеров и активных членов криминальной оппозиции относится их моральная дискредитация перед другими осужденными. По сути, она заключается в распространении сведений, порочащих «честь» и «достоинство» этих лиц с позиции нравственности, присущей сообществу осужденных. Репрессии со стороны администрации зачастую заставляют лидеров и активных членов криминальной оппозиции уходить в «подполье». В связи с этим многие осужденные, являющиеся членами криминальной оппозиции, скрывают свою принадлежность к этой организации, маскируют свое противоправное поведение и не вступают в открытый конфликт с администрацией.

Стимулирование деятельности осужденных, входящих в криминальную оппозицию, заключается в обеспечении им возможности, за «добросовестное исполнение своих обязанностей», продвижения вверх по «служебной лестнице» криминальной иерархии и обретении, в связи с этим, дополнительных материальных благ, многие из которых являются запрещенными в местах лишения свободы, а потому, для большинства осужденных недоступными.

Следует сказать, что наряду с криминальной оппозицией в исправительных учреждениях, среди осужденных, существуют другие виды социальных систем. К наиболее многочисленным из них относятся ранее рассмотренные нами «семьи». Эффективность группового потенциала в борьбе за выживание служит мотивом создания и других неформальных групп осужденных («опущенные», «козлы» и т.п.). Однако главное отличие этих групп от криминальной оппозиции заключается в том, что они не ставят перед собой целей криминального характера.

Вторая отличительная черта криминальной оппозиции заключается в том, что ей присуща высокая степень формализации. Ее внутренняя структура высоко формализована в том смысле, что правила, регламенты, внутренний порядок охватывают практически всю сферу поведения ее членов. Треть опрошенных нами сотрудников (32,25 %) заявили о том, что существующая в их учреждениях криминальная оппозиция имеет свою структуру (руководителей, исполнителей и т.п.).

Согласно общим законам организации систем[39] в результате организационных процессов в системе криминальной оппозиции происходят постоянные изменения. Это обусловлено тем, что криминальная оппозиция, как и любая другая система, находится в постоянном динамическом развитии. В результате этого развития членами криминальной оппозиции изобретаются соответствующие складывающимся условиям новые формы организации самой системы и ее структурных элементов. Вырабатываются новые способы организации противодействия и криминального бизнеса на территории исправительных учреждений. Объективно существующие механизмы отбора отсеивают те формы организации криминальной оппозиции, которые не отвечают современным требованиям и, соответственно, нарушают равновесие системы. В результате перманентной борьбы за власть и материальные ресурсы, которые в своей совокупности обеспечивают равновесие всей системы, часть лидеров неизбежно замещаются новыми, более соответствующими сложившимся условиям людьми.

Направления развития криминальной оппозиции могут быть различными. Прогрессивное развитие связано с укреплением власти и усложнением структуры организации криминальной оппозиции. Регрессивное развитие предполагает обратное движение, вплоть до исчезновения внешних признаков оппозиции и ухода в «подполье» ее лидеров и активных членов. Объективным критерием усложнения структуры криминальной оппозиции является соотношение ее системы и объектов, на которые она осуществляет свое воздействие. Наибольшее количество объектов воздействия со стороны криминальной оппозиции является следствием перехода к более высокому уровню ее организации.

Как правило этот организационный эффект возникает при попытках администрации найти «компромиссные» и бесконфликтные варианты разрешения сложившихся противоречий внутри исправительного учреждения. Следствием этого является усиление влияния криминальной оппозиции,  увеличение количества «смотрящих» за различными объектами и направлениями деятельности внутри исправительного учреждения. Расширение структуры криминальной оппозиции происходит путем «дробления» функций и увеличения численности ее «штатов». Появляются «смотрящие» за все более мелкими «объектами». Содержание их функций становится все более узконаправленным.

Криминальная оппозиция, как любая система, стремится к самосохранению в изменяющейся внешней среде исправительного учреждения. Закон самосохранения реализуется в устойчивости системы по отношению к внешним и внутренним возмущениям – таково условие существования системы. Криминальная оппозиция обеспечивает самосохранение путем реализации двух основных направлений деятельности. Во-первых, она стремится, как можно экономнее расходовать собственные ресурсы. Сюда относятся как финансово-материальные средства («общак»), так и люди, как главный ресурс любой социальной системы. Во-вторых, криминальная оппозиция осуществляет непрерывное противодействие разупорядочивающим ее факторам внешней среды.

В первую очередь к ним относится деятельность администрации исправительного учреждения, направленная на разрушение этой организации. В целях самосохранения криминальная оппозиция вынуждена постоянно приспосабливаться к требованиям, исходящим от администрации. В тех случаях, когда администрация исправительного учреждения ведет жестокую, бескомпромиссную, основанную на законе политику противодействия, криминальная оппозиция, находясь в информационной и ресурсной «блокаде», начинает постепенно разрушаться, как организация.

Однако «идейный» потенциал криминальной оппозиции, в силу существующего в местах лишения свободы антагонизма между человеком и государством неизменно сохраняется. При более благоприятных условиях этот потенциал вновь реализуется в виде организационной структуры «параллельной власти». Уголовно-исполнительная система сама по себе объективно продуцирует криминальную оппозицию как способ разрешения антагонистических противоречий. Будучи звеньями одной цепи уголовно-исполнительная система и ее криминальная оппозиция неразрывно связаны и взаимозависимы друг от друга. С исчезновением одного из этих противодействующих субъектов неизбежно исчезает и его оппонент.

Одним из основных показателей внутренней эффективности организации криминальной оппозиции является производительность ее «криминального труда». К числу основных продуктов, «производимых» криминальной оппозицией, относятся: вновь вовлеченные в организацию члены; «льготы» и послабления в режиме, «отвоеванные» у администрации; материальные и финансовые ресурсы, полученные от организации подпольного «бизнеса» и отчислений в «общак». Положительная динамика роста «производительности труда» влечет за собой структурные изменения внутри организации: усложнение системы информационного обмена; увеличение числа иерархических уровней; затруднение процедур контроля.

В определенной степени это угрожает организационной гибкости и может являться фактором, способствующим разложению организации. Раздувшийся бюрократический аппарат различного рода «смотрящих» и его неизбежный спутник коррупция ослабляют организацию и лишают ее кредита доверия со стороны тюремной общины. В этих случаях может произойти насильственное отстранение от власти лидеров криминальной оппозиции самими осужденными. Однако это не влечет гибель самой криминальной оппозиции. «Политическая» гибель наступает лишь у скомпрометировавших «идею» лидеров. Как правило, это является результатом присвоения ими «общаковых» средств или иного использования потенциала организации в личных целях. Несмотря на периодически возникающие «кризисы власти», криминальная оппозиция, как организация, неизменно возрождается посредством замены кадров. Она может перестать существовать лишь в том случае, если она перестанет быть полезной «обществу», тюремной общине.

Мотив удовлетворения собственных потребностей осужденных лежит в основе существования криминальной оппозиции в местах лишения свободы. В связи с этим в организации криминальной оппозиции постоянно действует общий закон учета системы потребностей. Указанные потребности можно разделить на: индивидуальные; потребности отдельных групп («семей») осужденных; потребности самой организации; потребности тюремной общины исправительного учреждения в целом. Действиями осужденных, как и других групп людей, всегда движут потребности и интересы.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Главными из них являются экономические и социальные. Это обусловлено их природой и ролью в социально-экономической структуре мотивов жизнедеятельности человека. Понимание мотивов и потребностей осужденных, примыкающих к криминальной оппозиции, дает нам ключ к объяснению всех видов их организационной деятельности. Анализ мотивационной стороны деятельности членов криминальной оппозиции позволяет ответить на вопрос о том, что побуждает их вступать в эту организацию и оставаться в ней. Представляется очевидным, что всю совокупность потребностей лиц, лишенных свободы, можно разделить на биологические и социальные.

В свою очередь биологические потребности разделяются на физиологические потребности человека и непосредственно относящиеся к ним потребности в обеспечении собственной безопасности и защищенности. Нам представляется очевидным, что основной социальной потребностью человека лишенного свободы является собственно свобода. Будучи лишенным свободы человек начинает испытывать психологический стресс. «Неформальные организации помогают удовлетворить жизненно важные потребности личности. Они гасят негативные психические состояния. Благодаря им как бы перераспределяется свобода»[40].

Иные социальные потребности включают в себя потребности социального взаимодействия, солидарности и поддержки со стороны членов тюремной общины или «семьи», потребности в уважении и самоуважении, самовыражения, реализации потенциальных возможностей и роста как личности в глазах других осужденных. Говоря о социальных потребностях осужденных, мы, прежде всего, имеем ввиду потребности, обусловленные специфическим социумом мест лишения свободы. И, хотя по своей структуре социальные потребности осужденных и остальных людей совпадают, их содержание существенно отличается по своим криминологическим характеристикам. Криминальная оппозиция, как организация использует взаимозависимость мотивации ее членов, обусловливая, таким образом, взаимозависимость их функций.

Стремление удовлетворить биологические потребности является общим для всех осужденных, невзирая на их «статусное» положение в криминальной среде. Степень же удовлетворения социальных потребностей в местах лишения свободы часто напрямую связана с характером личности осужденного и его желанием занять более высокую ступень в неформальной иерархии тюремной общины. Опираясь на социальные свойства коллектива, «воровская» идеология активно эксплуатирует потребности взаимовыручки и  взаимоподдержки, справедливости и социального взаимодействия, взаимоуважения и уважения среди членов тюремной общины. Это позволяет ей привлечь в ряды криминальной оппозиции новых осужденных, стремящихся к росту собственной личности в условиях специфической неформальной социальной среды мест лишения свободы.

В немалой степени мотивация активного участия в организации криминальной оппозиции обусловлена тем, что понятия «вор», «воровской» давно являются в общественном сознании не только «криминальным брэндом», но и символом могущества, причем далеко за пределами исправительных учреждений. Подтверждением этому служит тот факт, что после покушения на известного криминального авторитета А.Р. Усояна, по кличке дед Хасан, он был госпитализирован в престижную Боткинскую больницу. Охраняли авторитета сотрудники спецслужб и его личная вооруженная охрана. «У парадного дежурили два автобуса с бойцами ОМОН. Всего в общей сложности около больницы находилось человек семьдесят, не считая охраны в реанимации. Внутрь никого не пускали. У входа дежурило несколько бойцов с автоматами, которые обыскивали каждого проходящего»[41]. Рядовой гражданин нашего государства вряд ли удостоится такой защиты своей личности. Таким образом, анализ мотивации позволяет нам ответить на вопрос о том, что побуждает осужденных вступать в эту организацию и оставаться в ней.

Закон синергии – один из ведущих общих законов организации, позволяет нам сделать вывод о том, что потенциал организации криминальной оппозиции всегда выше потенциала отдельных осужденных и их групп, входящих в структуру этой организации. Этим законом контрастно определяется основной эффект организации, заключающийся в превышении качеств организации над суммой качеств ее составляющих, за счет взаимоувязки и согласования действий организованных элементов.[42] Основополагающее значение закона синергии по отношению к остальным законам организации проявляется в том, что действие других законов организации, в конечном счете, направлено на достижение более высоких значений синергического эффекта.

Для того, чтобы реализовать закон синергии, руководители криминальной оппозиции должны организовать систему связей между ее членами и отдельными структурными элементами, как на территории исправительного учреждения, так и за его пределами. Указанная система связей может носить административный, функциональный, а также межличностный характер. В целях успешной реализации закона синергии лидеры криминальной оппозиции тщательно изучают психологические портреты и «прошлую жизнь» своих «подчиненных», осуществляют управление конфликтами и морально-психологическим климатом в организации, осуществляют контроль и стимулирование «труда» членов организации.

Приступая к определению понятия организации криминальной оппозиции необходимо акцентировать внимание на следующих моментах. В социологии организации и общей теории организации понятие организация используется одновременно для обозначения социального процесса, частной управленческой функции и специфического многоэлементного субъекта (одновременно объекта) коллективной деятельности, при этом объектом упорядочения выступают люди, их поведение или деятельность[43].С точки зрения социально-управленческих дисциплин содержанием процесса организации криминальной оппозиции является объединение осужденных, их групп и регламентация их поведения при взаимодействии и осуществлении совместной деятельности для достижения поставленных, зачастую противозаконных целей.

Итогом этого процесса является обеспечение определенного уровня социального порядка как внутри самой организации криминальной оппозиции, так и внутри управляемого ею сообщества осужденных. Указанный порядок основывается на неформальных нормах – «понятиях», одобряемых большинством членов общины. Именно установление количественных, качественных, временных, пространственных и других связей между отдельными структурными элементами («смотрящими», «блатными», активными членами) и представляет собой сущность организации криминальной оппозиции как процесса.

Определение организации криминальной оппозиции как частной управленческой функции позволяет нам рассматривать ее как стандартный элемент управленческой деятельности, наряду с такими элементами, как целеполагание, планирование, мотивация, координация и контроль. В данном случае под организацией криминальной оппозиции следует понимать процесс создания предварительных условий для целевой деятельности лидеров. Сюда входит формирование структуры организации, подбор, расстановка и обучение лиц, ответственных за определенные объекты и направления деятельности («смотрящих»). В этом смысле понятие организации криминальной оппозиции соответствует понятию организации, употребляемому в теории управления или менеджмента.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

С точки зрения социальной организации и общей теории организации организацию криминальной оппозиции можно рассматривать как некий социальный объект и одновременно коллективный субъект деятельности. В этом понимании организация криминальной оппозиции является и источником организационного воздействия и объектом, на которое воздействие направлено.

Как нам представляется, при всем существенном различии вышеуказанных подходов к определению организации криминальной оппозиции следует остановиться на последнем. Это обусловлено тем, что криминальная оппозиция как организация интересует нас, прежде всего как коллективный социальный субъект деятельности, социальная система криминального характера, зарождающаяся внутри тюремного сообщества. Эта система объединяет поведение осужденных и их групп в процессе совместной, противоправной (с точки зрения позитивного права) деятельности. Лидеры этой организации, «воры» давно и прочно укоренились в общественном сознании осужденных как непререкаемые авторитеты. Их деятельность интегрирована, а действия элементов возглавляемой ими организации осознаны и целенаправленны. Необходимость социального подхода заключается также и в том, что сама природа организации криминальной оппозиции социальна.

Это проявляется в объекте ее воздействия, который всегда социален. К нему относятся осужденные, их группы, а также представители администрации мест лишения свободы. Социален и сам субъект воздействия, а также результат этого воздействия. Результаты воздействия проявляются в определенных модификациях человеческого поведения, как осужденных, так и сотрудников, а также других людей, на которых это воздействие направлено. Модификации человеческого поведения, нужные и выгодные для организации криминальной оппозиции по своей сути являются ее целевым продуктом. Наконец, одним из основных признаков организации криминальной оппозиции является использование ею специфических социальных средств регламентации, каковыми являются нормы неформального права, именуемые в криминальном мире как «понятия».

Являясь особой социальной системой, организация криминальной оппозиции имеет ряд других специфических черт:

-  наличие целей;
-  иерархическое строение;
-  активность ее членов и их способность оказывать встречные воздействия в ответ на управленческие воздействия со стороны администрации.

Сложность строения организации криминальной оппозиции как социальной системы проявляется как в функциональном разделении и координации деятельности ее членов по горизонтали, так и в иерархическом ее строении по вертикали. Признаки иерархического строения системы криминальной оппозиции, в отличие от других социальных организаций, носят специфический характер, что проявляется в их неформальной сущности. Руководители криминальной оппозиции, как правило, сочетают в себе качества формального и неформального лидера. Это только способствует их властному авторитету и повышает качество их управленческой функции.

Признаками иерархичности строения системы криминальной оппозиции являются две вертикальные подсистемы: субъект и объект организационного воздействия, а также горизонтальное разделение сфер деятельности и компетенции «смотрящих» различного уровня, ролевое распределение их функций. Другим социальным признаком является то, что эта организация создается для осуществления определенного типа деятельности и выполняет социальные функции по отношению к более широкой социальной системе, каковой является тюремная община мест лишения свободы. С этих позиций организация криминальной оппозиции характеризуется как внутрисоциальная система, активно взаимодействующая с внешней средой, получающая от нее ресурсы и создающая для нее системный продукт. Организация криминальной оппозиции как средство достижения целей и координатор усилий ее участников использует в качестве инструментов структуру «смотрящих»» и их специализацию по объектам и направлениям деятельности, мотивацию, власть, лидерство, конфликты.

Таким образом, первым главным элементом этой организации является создание определенной структуры, которая выступает как средство достижения целей организации и влияет на ее эффективность. Другим важным элементом организации является подбор и расстановка «кадров», а именно определение того, кто именно должен выполнять каждое конкретное задание по реализации элемента «работы» на отведенном ему «участке». На основе этого организацию криминальной оппозиции можно определить как взаимодействие ее членов по поводу преобразования имеющихся ресурсов в требуемый продукт.

Организацию криминальной оппозиции можно рассматривать как объект криминального менеджмента, так как цели организации противоправны, а организовавшиеся для достижения этих целей лица ставят перед собой задачу извлечения незаконной прибыли и противодействия уголовно-исполнительной системе. Как полагают Л.В. Карташова, Т.В.Никонова, Т.О. Соломанидина: « Менеджеры – это люди, которые достигают цели, стоящие перед организацией, посредством других людей. Менеджеры принимают решения, аккумулируют ресурсы, координируют деятельность других и направляют ее на достижение целей организации[44]. С учетом этого криминальный менеджмент можно определить как средство мобилизации осужденных, имеющих криминальную мотивацию и руководство их деятельностью в процессе достижения конечных целей организации.

В этом смысле организация криминальной оппозиции составляет основу мира криминальных менеджеров мест лишения свободы. Она является причиной, обусловливающей существование криминального менеджмента. Необходимо сказать о том, что разработка и принятие управленческих решений является центральным звеном системы менеджмента. Исходя из этого, можно сформулировать характерные признаки организации криминальной оппозиции как структурированной группы осужденных, совместно управляющих своими ресурсами для достижения собственных противоправных целей, одной из которых является незаконное обогащение.

Таким образом, организация криминальной оппозиции является субъектом, где принимаются «экономические» решения, связанные с установлением нелегальных цен на продукты питания, спиртное, наркотики, процентных ставок отчислений в «общак» с любых законных и незаконных «доходов», полученных осужденными и т. д. Это позволяет нам сделать вывод о том, что организация криминальной оппозиции при помощи «административного» метода осуществляет управление теневой экономикой исправительного учреждения. По сути, мы здесь сталкиваемся с неким подобием хорошо известного со времен социализма административно-командного метода управления народным хозяйством. Однако в отличие от социалистической, криминальная «экономика» мест лишения свободы процветает до настоящего времени.

Необходимо выделять три основных составляющих организации криминальной оппозиции: люди, цели, управление. Люди (осужденные) объединяются в организацию только потому, что порознь не могут достичь своих индивидуальных целей. Поэтому при достижении собственных целей они вынуждены двигаться по цепочке: «объединение в организацию» – «достижение целей организации» – «распределение результатов деятельности» – «достижение индивидуальных целей».[45] Чтобы достичь цели, осужденные, входящие в организацию криминальной оппозиции добровольно передают ей часть своих свобод.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

В процессе достижения организационных целей и решения индивидуальных задач между осужденными могут возникать конфликты. В какой-то степени эти конфликты угрожают эффективности деятельности организации, а порой и самому ее существованию. Организация криминальной оппозиции имеет свойство урегулирования этих конфликтов через решения, выносимые лидерами организации и принятые на основе неформальных норм – «понятий». В этой связи организацию криминальной оппозиции можно охарактеризовать как средство разрешения конфликтов и гармонизации отношений среди осужденных в процессе достижения целей, стоящих перед этой организацией.

Отдельные авторы определяют понятие организации как «совокупность людей, групп, объединившихся для достижения какой-либо цели, решения какой-либо задачи на основе принципов разделения труда, разделения обязанностей и иерархической структуры; общественное объединение, государственное учреждение».[46] В целом данное определение вполне приемлемо для организации криминальной оппозиции за исключением признака государственной принадлежности. Являясь по своей сути неформальной, она имеет характер криминального общественного объединения, так как выражает интересы определенной части сообщества преступников, содержащихся в местах лишения свободы России. Другие авторы определяют организацию как «материальный интеллектуальный процесс и объективно складывающуюся и субъективно создаваемую в результате данного процесса систему».[47]

Такое определение организации прежде всего выделяет ее процессуальное и системное выражение, которые, в свою очередь, детерминируются по природе происхождения и специфике применения. Рассматривая криминальную оппозицию с этой точки зрения, можно говорить о том, что она представляет собой процесс творческого создания новых форм и методов противодействия уголовно-исполнительной системе и организации криминального бизнеса в исправительных учреждениях. Этот процесс обусловлен конкретной волей и целенаправленным, инновационным участием в нем осужденных-членов этой организации.

Э.А. Смирнов рассматривает организацию как процесс, как явление и как систему.[48] Как процесс организация представляет собой совокупность действий, ведущих к образованию и совершенствованию взаимосвязей между частями целого. Как явление организация выражается в объединении элементов для реализации программы и цели, действующем на основании определенных правил и процедур. Как система организация характеризуется как некая целостность, созданная из частей и элементов для целенаправленной деятельности.

Б.З. Мильнер обращает особое внимание на координируемый и социальный аспекты понятия организации. По его определению «организация представляет собой сознательно координируемое социальное образование с определенными границами, функционирующее на относительно постоянной основе для достижения общей цели или целей».[49]

Анализ различных подходов к определению понятия организации позволяет нам выделить из них наиболее общие моменты и попытаться рассмотреть их сквозь призму изучаемого нами явления. Организацию криминальной оппозиции в местах лишения свободы России можно рассматривать как сознательное объединение лиц, лишенных свободы, преследующих достижение собственных целей через достижение общих для всех организационных целей. С другой стороны, она представляет собой систему, координирующую поведение людей и обеспечивающую разрешение конфликтов между ними в процессе достижения организационных целей. Корыстные мотивы, лежащие в основе поведения и целеполагания участников этой организации позволяют говорить о ней как об основной единице теневого рынка исправительного учреждения, где принимаются управленческие решения.

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Деятельность организации и ее участников осуществляется в рамках организационной структуры, основу которой в настоящее время составляет институт «смотрящих». Эффективность деятельности этой организационной структуры во многом зависит от уровня организации взаимодействия и установленных взаимосвязей между ее участниками. Этот аспект деятельности организации криминальной оппозиции является особенно важным, так как условия мест лишения свободы предусматривают не только внешнюю, но и внутреннюю изоляцию содержащихся там подследственных и осужденных. Вот почему в криминальном мире мест лишения свободы так много внимания уделяется «дорогам». Посредством «дорог» реализуется управленческая функция внутри организации криминальной оппозиции.

Вышеизложенное позволяет нам сформулировать определение понятия организации криминальной оппозиции в местах лишения свободы уголовно-исполнительной системы России. Под организацией криминальной оппозиции в местах лишения свободы уголовно-исполнительной системы России следует понимать целевую, внутрисоциальную, активно использующую человеческий, экономический, нравственный и иной потенциал тюремной общины иерархически структурированную общность взаимодействующих друг с другом содержащихся там лиц, совместно управляющих своими ресурсами и организовавшихся для достижения собственных противоправных целей. По своей сути организация криминальной оппозиции является своеобразным «инструментом», используемым осужденными для преобразования внешних агрессивных условий среды мест лишения свободы в соответствии с существующими у них физиологическими, социальными и правовыми потребностями.

 Лидеры криминальной оппозиции

Как видно из материалов проведенных нами социологических исследований, не менее одной трети исправительных учреждений на территории Российской Федерации относится к так называемым, «черным зонам». «Черные зоны», в отличие от «красных зон», имеют четко структурированную криминальную оппозицию непосредственно или опосредованно управляемую «ворами». Ключевой фигурой криминальной оппозиции являются «смотрящие». Большинство опрошенных нами сотрудников ФСИН (60,51 %) подтверждают наличие «смотрящих» в исправительных учреждениях. Криминальная оппозиция вне мест лишения свободы, также имеет свое организационное оформление. Вся территория Российской Федерации распределена между «ворами», как субъектами управления,  ответственными за положение дел  в отдельных регионах  и в находящихся на их территории исправительных учреждениях.

Каждый областной, краевой и республиканский центр имеет своего «смотрящего» из числа «воров» или подчиняющихся им преступных авторитетов. Отсутствие в какой-либо из областей «вора» компенсируется тем, что «вор» из соседней области может курировать сразу несколько сопредельных регионов. «Воры» — кураторы регионов своей властью назначают «смотрящих» за находящимися на их территории местами лишения свободы. Следует сказать, что при определенных обстоятельствах «смотрящий» за учреждением может быть выдвинут  осужденными инициативно,  без назначения «сверху», или оставлен прежним «смотрящим» вместо себя в случае его освобождения или перевода в другое исправительное учреждение. Однако и в том и в другом случаях кандидатура вновь назначенного «смотрящего» за зоной непременно согласовывается с «вором» — куратором региона.

Таким образом, должность «смотрящего» за исправительным учреждением  является, по-своему, «номенклатурной» и требует обязательного утверждения в «вышестоящих инстанциях». По своему социальному статусу в преступной среде кандидат на должность «смотрящего» обычно относиться к элитным слоям криминальной иерархии. В уголовном мире эта категория осужденных именуется «бродяги», «босота», «путевые парни», «братва», «арестанты», «пацаны». Возраст кандидата должен быть, как правило, не менее 25 лет. Обязательным требованием к кандидатуре «смотрящего» за зоной является наличие у него тюремного опыта. В основном эти лица судимы за кражи, разбойные нападения, преступления против личности. То есть, статья уголовного кодекса, по которой отбывает наказание потенциальный «смотрящий», должна быть «авторитетной», уважаемой в преступном мире.

По крайней мере, она не должна являться препятствием к  занятию им высокого положения в криминальной среде. Как правило, «смотрящий» за зоной обязан иметь непорочащее его социальное и криминальное прошлое. Он не должен служить в армии, работать в государственных структурах, вести на воле законопослушный образ жизни. Более того, ведение на свободе «босяцкого»[50] (т.е. преступного) образа жизни рассматривается в криминальной среде как одно из необходимых качеств  кандидатуры «смотрящего» за зоной. Биография кандидата должна быть «прозрачной» и незапятнанной фактами, вызывающими сомнение в его авторитете в преступном мире. Как правило, его хорошо знают по «прошлой»[51] жизни как порядочного, строго придерживающегося ««воровских»» понятий и преступных традиций,  арестанта.  Этот  человек  пользуется заслуженным уважением среди всех лиц, содержащихся в исправительном учреждении. Он умеет вести себя как в обществе осужденных, так и в общении с представителями администрации.

Его поведение всегда построено таким образом, что бы исключить всякую возможность ущемления  чувства его собственного  достоинства, принижения его  авторитета перед другими людьми. Испугаться, потерять свое лицо, уступить обидчику – нет ничего страшнее для этой категории осужденных. Впрочем, и вне мест лишения свободы «воры» и преступные авторитеты стараются не допустить случаев, способных стать причиной понижения их статуса в криминальной иерархии. За это они будут бороться всеми силами, используя любые средства. Вот характерный пример отстаивания своих «прав» одним из «хранителей» преступной субкультуры. В середине 90-х годов двадцатого века, в одном из районов Москвы проживал преступный авторитет по кличке «Черт».

Однажды он явился в один из наркопритонов этого района и потребовал от его содержателей укол героина «без очереди». «Черт» не придал значения тому, что здесь уже находились двое кавказцев, тоже желающих получить свою порцию наркотика. Горячих кавказских парней возмутило такое поведение «пришельца» и они схватились за ножи. «Черт» вынужден был ретироваться. Впрочем, как оказалось ненадолго. Через некоторое время дверь квартиры распахнулась, и на пороге вновь возник «Черт», но уже с ручным пулеметом Дегтярева. Приказав двум кавказским парням следовать за ним, «Черт» вывел их из дома в расположенный неподалеку школьный двор. Благо, это было время летних каникул. Там он и привел в исполнение смертный приговор, в упор расстреляв своих обидчиков. Одному незадачливому кавказскому наркоману оторвало голову, другого просто перерезало пополам.

Потеря статуса в криминальной среде,  особенно среди содержащихся в местах лишения свободы  осужденных, неизбежно влечет за собой потерю всех привилегий, связанных с этим статусом. В свою очередь, понижение неформального статуса  очень сильно ухудшает жизненный уровень осужденного и в без того нелегких условиях выживания в исправительном учреждении. Поэтому, одним из отличительных качеств лидера  является умение «обходить острые углы» и сглаживать конфликты, как среди  осужденных, так и в отношениях с администрацией. Первостепенное значение имеют при этом социально-психологические и индивидуальные качества осужденного – лидера, его соответствие этой роли.[52]

исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы России

Основное личностное свойство таких людей — высокая интроверсия (индивидуальность) при ярко выраженной активности и эффективном контроле над собственным поведением. Люди скрытного типа легко становятся лидерами преступных организаций. «Немногословные, умные, настороженные, они бывают агрессивными и расчетливыми, стремятся обладать компрометирующими сведениями о своем ближайшем окружении с тем, чтобы оно постоянно испытывало чувство вины и находилось в зависимости от обладателя такой информации»[53].

Особое значение придается способностям будущего «смотрящего» за зоной грамотно, аргументировано и логично отстаивать свою точку зрения перед оппонентами. Ценится также умение находить компромиссные, взаимоприемлемые и взаимовыгодные варианты разрешения различных конфликтных ситуаций, в том числе и с участием представителей администрации. Причем, конфликтные ситуации «разруливаются»[54] «смотрящим» за зоной исключительно на основе норм неформального права, именуемых «понятиями». Особенно сложно этого достичь, когда «понятия», по которым живет большинство осужденных, вступают в противоречие с нормами позитивного права или с требованиями администрации исправительного учреждения.

В этих случаях «смотрящему» за зоной важно уметь, путем переговоров, минимизировать последствия таких конфликтов и обеспечить сохранность имеющихся у осужденных различных неформальных привилегий и послаблений режима отбывания наказания. Ведь чем больше привилегий и послаблений режима в исправительном учреждении, тем меньше карательного воздействия на осужденных со стороны администрации учреждения. Жизнь в таком учреждении становится для осужденных более комфортной как с физиологической, так и с психологической точек зрения. Умение «смотрящего» добиться ослабления карательного воздействия закона на осужденных неизбежно приводит к росту его авторитета в преступной среде. Кандидат на должность «смотрящего» за зоной должен иметь способности решать задачи и этого уровня.

Небезынтересен тот факт, что, попав в так называемую «красную» зону, «воры» и иные авторитеты, зачастую, не хотят в нее «подниматься»[55]. Как правило, они  требуют от администрации их отправки  в другую колонию. Объясняется это тем что, в «красных» зонах администрация не желает «делиться» властью с неформальными структурами самоуправления осужденных. «Воры» и авторитеты осознают, что, «поднявшись» в «красную» зону, они обязаны «сломать»[56] ее и добиться утверждения в ней неформальной  власти криминальной оппозиции, конкурирующей с властью администрации. Однако, в случае фиаско,  «воры» рискуют своим авторитетом.

За свою неспособность установить в зоне власть криминальной оппозиции «вор» отвечает перед сходкой и даже может быть исключен из «воровского» сообщества. В «красной» зоне жизнь «по понятиям» практически невозможна. Единственной территорией, где действуют неформальные законы, является ШИЗО и ПКТ. Там и предпочитают содержаться наиболее активные представители криминальной оппозиции, не желая выполнять унизительные для них требования: ходить строем; питаться за общим столом; носить единую форму одежды; осуществлять уборку территории и т.п.

Для сохранения собственного авторитета «ворам» и «смотрящим» иногда выгоднее   «закрыться»[57] в ШИЗО, нежели уравняться в своем поведении и образе жизни с другими, более низшими категориями осужденных. Таким образом, даже вынужденный «подняться» в «красную зону» авторитет, практически сразу вольно или невольно,  оказывается в условиях изоляции ШИЗО-ПКТ, что позволяет ему сохранить свою честь и достоинство перед окружающими. Здесь, он всеми правдами и неправдами начинает добиваться своей отправки в другое учреждение.

Следует сказать о том, что в данном случае интересы администрации и авторитета по его этапированию из зоны, как правило, совпадают. Администрация не хочет, чтобы «вор» «мутил в зоне воду» и устанавливал криминальные порядки. В свою очередь «вор» не желает рисковать своим статусом и осложнять себе жизнь «бесславным» прозябанием в условиях ШИЗО и ПКТ. Обычно, во избежание волнений и беспорядков его отправляют в другое исправительное учреждение. Несмотря на это, способность к самопожертвованию ради общего блага обязательно должна присутствовать у кандидата на должность «смотрящего» за зоной.

Следует сказать, что обязанности «смотрящего» за зоной может выполнять «положенец»[58], находящийся в данный момент в исправительном учреждении. Такое право ему дает  высокое статусное положение в криминальной иерархии. «Положенцы» назначаются в тех местах, где нет «воров в законе», и они слагают свои полномочия по прибытии кого-либо из «воров».[59] Однако их деятельность в этом качестве принципиально не отличается от деятельности обычного, рядового «смотрящего» за зоной. Все различия между ними сводятся лишь к разнице в их преступных «званиях».

«Смотрящие» за зоной (тюрьмой, следственным изолятором) несут ответственность перед «ворами», утвердившими их на эту должность, за положение дел в учреждении в целом. Необходимо сказать о том, что кандидатура «смотрящего» за зоной должна устраивать руководство учреждения и, как правило, согласовывается с ним в негласном порядке. Это подтверждают и результаты проведенного нами исследования. На вопрос, согласовывается ли кандидатура «смотрящего» с администрацией исправительного учреждения, ответили да — 26,03 %; нет – 32,46 %; как правило, согласовывается – 23,5 %; как правило, не согласовывается – 12,45 % опрошенных сотрудников ФСИН.

Кандидатура «смотрящего» за зоной согласовывается только в «красных» и «серых»[60] зонах, а в «черных» — нет, ответили 5,56 % опрошенных сотрудников ФСИН. Таким образом, большинство опрошенных нами сотрудников ФСИН (55,09 %) подтверждают факт согласования кандидатуры «смотрящего» за зоной с руководством исправительного учреждения. Как правило, это делается путем проведения приватных переговоров между представителями криминальной оппозиции и высшими чинами администрации, отвечающими за безопасность и оперативно-розыскную деятельность.

Проведенные нами исследования показали, что на вопрос, на каком уровне согласовывается кандидатура «смотрящего» за зоной, ответы распределились следующим образом: с начальником ИУ — 30,33 %; с заместителем начальника ИУ по безопасности и оперативной работе — 45,25 %; начальником оперативного отдела ИУ — 22,91 %; руководством ГУФСИН-УФСИН — 1 % опрошенных сотрудников ФСИН. По нашему мнению, эти данные подтверждают заинтересованность отдельных руководителей в существовании «подконтрольных» им структур криминальной оппозиции.  Вопрос этот достаточно деликатный, а потому сам факт переговоров и их содержание, ни той, ни другой стороной, как правило, не афишируются.

Администрация исправительного учреждения предпочитает видеть на должности «смотрящего» за зоной лояльного, умного и склонного к компромиссам человека. Зачастую оперативными подразделениями учреждений, предпринимаются попытки установить с ним отношения конфиденциального характера. От «смотрящего» за зоной требуют гарантий недопущения в зоне преступлений, грубых нарушений режима отбывания наказания, выполнения производственных планов, соблюдения порядка в жилых секциях, в местах общего пользования, и т.п.

В свою очередь «смотрящий» получает возможность относительно свободно управлять сообществом осужденных и администрация ему в этом не препятствует. Так, например, в исправительных учреждениях УФСИН России по Воронежской области в 2010 году отбывали наказание 7 лидеров уголовной среды имеющих неформальный статус «смотрящих за зоной». По свидетельству директора ФСИН России А.А. Реймера «оперативные аппараты лишь наблюдают за их поведением, мероприятий по их нейтрализации и развенчанию не проводят».[61] Однако необходимо помнить о том, что такое «взаимовыгодное» сотрудничество таит в себе немало опасностей для администрации исправительного учреждения.

Следует учитывать тот факт, что суть политики «блатных» по отношению к «ментам»[62] по их «понятиям» сводится к одному – «мента» можно купить или обмануть. «Воевать» же с «ментами» контрпродуктивно. От этого страдает все тюремное сообщество, включая и его правящую верхушку. Раскрывая внутреннее содержание поведенческих аспектов особо опасных лидеров в местах лишения свободы Ю.М. Антонян пишет, что: «… один из принципов не писаной системы преступного сообщества предписывает им избегать открытых конфликтов с администрацией».[63]

Поэтому «воры» и преступные авторитеты, находясь в состоянии непрерывной идеологической войны с администрацией, стараются не доводить эту войну до открытых столкновений. Тем не менее, лояльная политика «смотрящего» за зоной по отношению к администрации исправительного учреждения действует лишь до тех пор, пока это выгодно криминальной оппозиции. В значительной степени лояльность «смотрящего» обусловлена его боязнью изоляции от основной массы осужденных в ШИЗО или ПКТ, что делает невозможным выполнение им своих управленческих функций.

В случае водворения «смотрящего» в ШИЗО или ПКТ он одновременно теряет свою должность и высокий статус в криминальном сообществе исправительного учреждения. В результате страдает не только его честолюбие, но и статусное, а также материальное положение. Лицо, отстраненное от должности «чиновника» криминальной оппозиции, одновременно лишается всех привилегий связанных с этой должностью. Призванный заботится о благе всего тюремного сообщества, «смотрящий» за зоной, как правило, не забывает и о своем собственном обогащении. Ему, как и любому чиновнику, не чужды взятки и подношения со стороны подчиненных и просителей из числа «рядовых» осужденных.

В среде «криминальных чиновников», как и в среде чиновников государственных, действует некий общий закон потенциальной коррупции, который можно сформулировать следующим образом – каждый чиновник, обладающий правом принятия решения в пользу того или иного лица, становится владельцем своеобразной административной валюты. Размеры этой административной валюты определяются статусом чиновника. Статус, как административная валюта – одна из самых, если не самая, конвертируемая. При желании или необходимости статус может быть довольно просто обращен в деньги, товары или услуги. В исправительном учреждении, как в капле воды, отражаются все проблемы нашего общества. «Жизнь в неволе отражает жизнь на воле.

Просто в изоляции многое проявляется ярче и обостреннее».[64] Проблема взяточничества и использования своего должностного положения в личных целях среди власть имущих не обошла стороной и лидеров преступного мира. Это подтверждают и результаты проведенного нами исследования. Так, на вопрос, какую цель преследуют «воры» и иные преступные авторитеты в конечном итоге, были получены следующие ответы: личное обогащение – 33,63 %; пополнение «воровского общака» — 15,96 %; борьба с «беспределом» и притеснениями осужденных, создание достойных условий отбывания наказания – 7,05 %; установление в ИУ «воровского» порядка и, как следствие этого, пользование всеми благами лидера – 49,95 %; «воры» живут по принципу каждый сам за себя – 22,16 %; паразитируют за счет других осужденных – 33,28 %; хотят денег и власти – 4,83 %; хотят создания комфортных условий отбывания наказания для себя и других осужденных – 7,33 %; побыстрее освободиться – 3 % опрошенных сотрудников ФСИН.

 Структура криминальной оппозиции

Говоря о структуре криминальной оппозиции, мы можем представить себе ее в виде некой общей универсальной схемы, присущей, практически, всем исправительным учреждениям, независимо от их вида, которые относятся к так называемым «черным» зонам.

Структура криминальной оппозиции уголовно-исполнительной системы России


Как уже говорилось ранее, главенствующее положение в этой структуре занимает «положенец» или «смотрящий» за зоной. Несмотря на их, относительно разный, криминальный статус, выполняя обязанности «смотрящего» за зоной, эти лица обладают равнозначными правами и обязанностями, обусловленными, прежде всего, своей должностью. В свою очередь, «смотрящий» за зоной назначает «смотрящих» нижестоящего уровня. Нижестоящие «смотрящие» курируют определенные объекты внутри учреждения: производственную зону; отряды; ШИЗО и ПКТ; локально-профилактические участки; пищеблок; комнату свиданий и передач; банно-прачечный комплекс; медицинскую часть; церковь, если она имеется. Так же «смотрящий» за зоной назначает «смотрящих», отвечающих за определенные направления нелегальной «коммерческой деятельности» криминального сообщества внутри исправительного учреждения. К ним, в первую очередь, относится «смотрящий» за «общаком».

Далее по криминальной иерархии следуют «смотрящий» за игрой и «смотрящий» за «барыжничеством»[65] в исправительном учреждении. В некоторых случаях, в зависимости от специфики учреждения и нахождения в нем особых объектов, в структуру криминальной оппозиции могут быть включены «смотрящие» за этими объектами. Например: «смотрящий» за локальным участком для содержания осужденных – инвалидов, «смотрящий» за цехом по производству мебели, «смотрящий» за авторемонтными мастерскими  и т.п.

Похожий порядок организационно-структурного построения криминальной оппозиции действует в следственных изоляторах. Причем, специфика СИЗО отражается и на структуре их неформального управленческого аппарата. Примерную структуру криминальной оппозиции действующей в СИЗО можно представить в виде следующей схемы.

структура криминальной оппозиции действующей в СИЗО России

В отличии от исправительных учреждений специфика СИЗО обусловливает содержание в них весьма разнообразного сообщества людей. Заключенные под стражу различаются по половому, возрастному, уголовно-правовому, криминологическому и целому ряду других признаков, как формального, так и неформального характера. «Воры» обращают пристальное внимание на эти учреждения, так как там содержатся будущие «кадры» криминальной оппозиции – впервые арестованные и осужденные преступники. Образно говоря, СИЗО являются огромными форсунками, впрыскивающими в уголовно-исполнительную систему России человеческое топливо, необходимое для формирования и успешного функционирования криминальной оппозиции в исправительных учреждениях. От того, насколько это топливо окажется качественным и заранее подготовленным зависит эффективность деятельности криминальных структур власти.

На «смотрящих» в СИЗО возлагается ответственность за привитие заключенными «правильных»[66] взглядов и поступков, обучение их арестантской этике, морали и нравственности. Особенно ярко это проявляется в так называемых «общаковых»[67] камерах. Криминальная оппозиция в таких камерах носит наиболее организованный и структурированный характер. Ее влияние на остальных сокамерников практически неограниченно. Однако не все камеры СИЗО являются «общаковыми». Существуют камеры, которые считаются «красными» или «обиженками»[68] в силу специфики содержащегося в них контингента.  Содержащиеся в «красных» камерах  лица, заключенные под стражу и осужденные формально выключены из системы криминальной оппозиции. Камеры, где содержатся «обиженные», хотя и не являются «общаковыми», тем не менее, имеют своего «смотрящего», который подчиняется «смотрящему» за корпусом или за СИЗО в целом.

В каждой «общаковой» камере назначается «смотрящий», ответственный за положение дел в камере. На него возлагается обязанность вести пропаганду криминального образа жизни в СИЗО, давать наставления по дальнейшему поведению сокамерников  в исправительном учреждении. В этом ему помогают содержащиеся в камере «блатные». По большей части, эта работа проводится среди молодежи и первоходочников. «Общаковые» камеры подразделяются по выполняемым функциям: одни обязаны «греть»[69] больничные камеры, другие «греют» карцеры, третьи обеспечивают деньгами, одеждой, продуктами питания, табачными изделиями и другими необходимыми вещами «путевых арестантов», этапируемых в «крытую»[70] и другие исправительные учреждения, находящиеся за пределами региона.

Особое внимание, в плане материального обеспечения, уделяется авторитетам и лицам, направляемым в лесные исправительные учреждения. Для этих целей в СИЗО и тюрьмах собираются «общаковые» деньги, хранящиеся в специально оборудованных тайниках. Так, например, 22 сентября 2010 года в ходе проведения оперативно-режимных мероприятий в следственном изоляторе № 75/1 УФСИН по Забайкальскому краю в оборудованном тайнике были обнаружены и изъяты предметы, запрещенные к хранению: денежные средства в сумме 25000 рублей, сотовый телефон. По оперативным данным изъятые денежные средства предназначались для криминального «общака»[71].

«Смотрящий» за камерой назначает «коневода»[72], «смотрящего» за  пайками и «шнифтового»[73]. В обязанности «коневода» входит поддержание регулярной связи с другими камерами. Обычно это осуществляется путем перебрасывая нитки или бечевки через оконную решетку в окно соседней камеры. Реже для нелегальной межкамерной связи используется канализация, через которую так же протягивают нитку или бечевку. С помощью этого нехитрого способа из камеры в камеру «гоняют коня»[74] с записками и небольшими, тщательно упакованными и запаянными в целлофан посылками с чаем и сигаретами. Иногда в посылку упаковываются мелкие запрещенные предметы: деньги, наркотики и т.д.  Любую получаемую «общаковую» корреспонденцию «коневод» передает «смотрящему» за камерой. В случае если письмо или посылка имеет конкретного адресата, то «коневод» вручает их ему лично. Обычно на должность «коневода» назначают людей хотя и не пользующихся авторитетом, но обладающих ловкостью, смекалистостью и находчивостью. «Коневод»  трудится на общее благо, постоянно рискуя быть наказанным администрацией за установление запрещенной межкамерной связи. За это его уважают сокамерники.

«Смотрящий» за пайками также назначается на должность «смотрящим» за камерой и отвечает за равное и справедливое разделение между сокамерниками казенной пищи. Во время выдачи пищи «смотрящий» за пайками находится возле «кормушки»[75] и следит за порядком распределения казенных порций. В этом заключается его главная обязанность.

«Шнифтовой» осуществляет аудиовизуальный контроль за всеми передвижениями в коридоре СИЗО, куда непосредственно выходит дверь камеры. Его основная задача состоит в том, чтобы вовремя предупредить сокамерников о заходе в камеру сотрудников администрации СИЗО. С этой целью «шнифтовой», в дверное время суток, находится возле дверного глазка, откуда ведет наблюдение за коридором и передвижениями по нему сотрудников администрации. Также в задачу «шнифтового» входит воспрепятствование наблюдению за камерой через дверной глазок. С этой целью он подходит близко к двери и загораживает обзор камеры своим телом. Обычно это делается когда заключенные «гоняют коня», «чифирят» и занимаются другими запрещенными делами.

Вот как описывает обязанности «шнифтового» И. Миронов[76]: «Шнифтовой» — глаза и уши хаты. Глаза заключаются в том, что он курсует[77] о всех передвижениях на продоле[78]. Уши заключаются в том, что он курсует о всех звуках на продоле. … его ответственность заключается в том, что при залете в хату мусоров, он морозит тормоза»[79].

«Смотрящему» за камерой подчиняются неформальные лидеры и члены «семей» заключенных, содержащихся с ним в одной камере. Такие лица называются «семейниками». Они вместе питаются, во всем помогают друг другу, имеют свой «общак» и своего лидера. Как уже отмечалось нами ранее, сплачивание заключенных под стражу и осужденных в микроколлективы – «семьи» позволяет им легче выжить и обезопасить себя от «беспредела» как со стороны других заключенных и осужденных, так и со стороны администрации.

 Примерная структура организации криминальной оппозиции в камере СИЗО выглядит следующим образом:

структура криминальной оппозиции действующей в СИЗО России

В камерах СИЗО начинается и процесс стратификации содержащихся там лиц, выясняется «кто есть кто». Отсюда уходят на этап уже с определившимся статусом, который имеет, как правило, пожизненное значение для человека. Примечателен тот факт, что в камерах, где лица, заключенные под стражу, содержатся более длительный период, их самоорганизация принимает ярко выраженные структурированные формы, с четким распределением прав и обязанностей, возникновением в арестантской среде «начальников» и «подчиненных».

К таким камерам относятся, в первую очередь, камеры для лиц, в отношении которых ведется следствие и судебное разбирательство. В камерах, где находятся осужденные, ждущие отправки на этап и в карантинных камерах, где содержатся вновь прибывшие новички, самоорганизация выражена слабо. Это обусловлено небольшими сроками содержания лиц в этих камерах. Вот что пишет по этому поводу очевидец: «В карантинной камере, поскольку сами заключенные не особенно стремятся к поддержанию порядка, администрация пыталась назначить дежурных.

В общем, это происходило не без успеха, потому что уборка была весьма примитивной, с помощью веника, без всякого мытья. А вот в камере, где сидят подследственные, уже после карантина, самоорганизация заключенных происходит гораздо лучше. То есть, вырабатывается пирамида взаимоотношений: кто-то находится на верху этой пирамиды, кто-то в середине, кто-то внизу. И поэтому рамки самостоятельности там уже  гораздо в большей степени сужены. Кто-то диктует, посвящает новичков, идет распределение мест, дележ посылок и прочее…»[80]. Основанный на понятиях неписаный арестантский кодекс чести повседневно и ежечасно довлеет над заключенными, регламентирует их внутреннюю жизнь, межличностные отношения. За всем этим обязан постоянно наблюдать «смотрящий».

В обязанности «смотрящего» за СИЗО так же входит организация связи с женскими камерами и камерами, в которых содержатся несовершеннолетние. Он ответственен за оказание находящимся  там лицам материальной помощи, моральной поддержки. Путем межкамерной переписки, перекрикивания, личных встреч во время судебно-следственных действий, он и другие представители криминальной оппозиции дают наставления и обучают несовершеннолетних законам и правилам, по которым живет тюремное сообщество.

Криминальная оппозиция и администрация мест лишения свободы осуществляют свою деятельность  в рамках единого социального феномена, каковым является тюрьма в общем понимании этого слова. В связи с этим,  законы диалектики обусловливают единство и борьбу противоположностей указанных субъектов, существующих в тесной взаимосвязи и взаимозависимости. Каждая из этих управленческих структур хочет власти и порядка, но уже по своим правилам, которые продиктованы  с одной стороны законом, а с другой стороны «понятиями». Поэтому нередки случаи, когда «смотрящие» за зоной используют свои властные полномочия для поддержания дисциплины среди основной массы осужденных.

Зачастую с их стороны принимаются решительные меры к тем лицам, которые ведут себя грубо по отношению к администрации. Тем не менее, следует сказать, что подобная практика поддержания порядка «смотрящими» за зоной при всей ее внешней привлекательности является одной из разновидностей их борьбы за фактическую власть в учреждении. Известны случаи, когда администрация исправительного учреждения делегировала функцию обеспечения режима отбывания наказания преступным авторитетам. Обычно это влекло за собой ослабление власти администрации, что в свою очередь, приводило к ее неспособности управлять осужденными. Последствиями такого «самоуправления» были массовые беспорядки, групповые неповиновения, побеги. Как образно выражается по этому поводу В.М. Анисимков: «Матерому волку, например, никто никогда не разрешит стеречь овечье стадо».[81]

Между лидерами криминальной оппозиции отдельных учреждений и лидерами криминальной оппозиции на воле существует постоянная связь. Как правило, для этого используются мобильные телефоны. Вместе с тем, криминальная оппозиция использует любые другие способы установления связи как внутри исправительного учреждения, так и за его пределами. Так, например, в спецблоке тюрьмы № 2 УФСИН России по Владимирской области была налажена проводная телефонная связь между камерами, в которых содержались лидеры отрицательной направленности.[82] Этим достигается информационное обеспечение управленческой функции лидеров, а также информационное обеспечение устойчивой деятельности криминальной оппозиции в целом. При всем многообразии передаваемой и получаемой информации, суть ее сводиться к одному – обеспечение безопасности, эффективного функционирования и дальнейшего  развития криминальной оппозиции как управленческой структуры.

 Функциональное содержание деятельности «смотрящих»

Переходя к рассмотрению функций выполняемых «смотрящими», следует сказать о том, что они носят унифицированный характер и не зависят от вида и режима исправительного учреждения. «Массовое заключение создает функциональную потребность в появлении в рамках социальной структуры тюрьмы категории людей, которые бы взяли на себя труд по организации совместной жизни за решеткой».[83] Исследователи криминальной среды мест лишения свободы приходят к выводу, что: «Можно выделить следующие основные функции этих лидеров: информационную; организаторскую, нормативно-регулирующую и принятия решения».[84]

Раскрывая функции особо опасных лидеров в местах лишения свободы, Ю.М. Антонян считает, что в их обязанности входит:

- организация каналов проникновения в ИТУ запрещенных предметов, а также налаживание незаконных связей с работни­ками ИТУ (в том числе и с помощью подкупа);
-  выявление осужденных, которых можно эксплуатировать, для пользы группы, выбор способов для решения такой задачи;
-  организация сбора средств среди осужденных для собствен­ных нужд (и контроль за ним), попыток подкупа сотрудников ИТУ, материальной поддержки лиц, содержащихся и ШИЗО и ПКТ и отправляемых на тюремный режим, встреч с ними. При­нятие решений по поводу расходования средств из общей кассы;
-  контроль за поступлением и распределением и среде осуж­денных продуктов питания, одежды, денег, наркотиков, спиртных напитков и т.д., пересылка их лидерам, содержащимся на тю­ремном режиме, в больницах;
-  активная пропаганда «воровской идеологии» и контроль за исполнением по возможности всеми осужденными неформальных традиций и норм «воровской морали», принятие в связи с этим карательных мер;
-  организация противоборства администрации, направленного на ослабление режима (сокращение рабочего времени, улучше­ние питания, ослабление карательно-воспитательных мероприя­тий и т. д.);
-  осуществление контроля над конфликтными ситуациями и их разрешение;
-  организация азартных игр;
-  компрометация осужденных — членов СПП (за исключением тех, кто сотрудничает с группировкой), а также особо требова­тельных представителей администрации;
-  определение неформального статуса  конкретным осужденным, контроль за этой стороной жизни, поддержание структуры среды осужденных и особенно возглавляемой им группировки;
-  определение тактики и организация «контрразведывательной» деятельности в первую очередь в отношении администрации ИТУ;
-  контроль за производством запрещенных  предметов (ножей, украшений, авторучек, чеканок и т.д.);
-  решение вопроса о необходимости массовых выступлений осужденных;
-  организация жалоб осужденных на «тяжелые» условия отбы­вания наказания в ИТУ;
-  решение вопросов об изменении тех или иных норм и тради­ций локального, местного характера;
-  участие в сходках регионального характера, часто с помо­щью симуляции того или иного заболевания с последующим по­паданием в больницу;
-  оказание влияния на трудовое и бытовое устройство конкрет­ных осужденных.[85]

А.Н. Олейник, описывая функции «смотрящих», полагает, что они весьма схожи с функциями выполняемыми «ворами» и включают в себя выполнение следующих обязанностей:

-  поддержание порядка, препятствование выходу ситуации за пределы допустимого с точки зрения норм и ценностей тюремной субкультуры;
-  осуществление правосудия;
-  организация «общака» и распределение его ресурсов;
-  организация сбора информации обо всех происходящих в исправительном учреждении событиях.[86]
Н.П. Барабанов считает, что преступные группировки в местах лишения свободы, их лидеры, «воры в законе» и «авторитеты» осуществляют различные виды противоправной деятельности, в том числе:
-  противодействие оперативным аппаратам путем ведения контрразведывательной работы;
-  установление неконтролируемых администрацией каналов связи с криминальной средой вне исправительного учреждения для продолжения выполнения своих криминальных функций, обеспечения особого положения в среде осужденных, доставки в учреждение денег, спиртных напитков, наркотиков, обмена информацией, используемой в криминальных целях, с криминальной средой других исправительных учреждений, регионов;
-   подрыв авторитета персонала исправительного учреждения путем выявления недостатков, нарушений, просчетов в деятельности, провоцирования отдельных сотрудников к нарушениям в поведении, для создания конфликтных ситуаций во взаимоотношениях с осужденными;
-  выполнение функций по разрешению конфликтов среди осужденных, наложение карательных санкций;
-  распространение ложных слухов, дезинформации в среде соперничающих группировок и основной массы осужденных;
-  санкционирование совершения преступлений в отношении неугодных лиц, назначение виновных;
-  обработка вновь прибывших осужденных, навязывание им криминальной идеологии, поведения, противоречащего требованиям уголовно-исполнительного законодательства;
-  выявление среди персонала лиц, неустойчивых к подкупу, вступлению в противоправные связи;
-  препятствование тому, чтобы сотрудники имели достоверную информацию о ситуации в среде осужденных;
-  выполнение требований персонала с целью обеспечения создания наиболее благоприятных условий для осужденных, входящих в преступные группировки;
-  создание атрибутов, подчеркивающих превосходство, авторитет, особое положение в среде осужденных (занятие лучших мест в общежитиях, устройство на престижные рабочие места и должности: столовую, баню, парикмахерскую, комнаты длительных свиданий, бригадирами, нарядчиками; ношение одежды неустановленного образца; наличие продуктов питания и предметов первой необходимости в представительном ассортименте; отличающие линию поведения формы общения; жаргона; татуировки; клички) и др.[87]

Разделяя в целом эту точку зрения, мы вместе с тем, не согласны с выводом о том, что выполнение требований персонала следует относить к виду противоправной деятельности. Скорее всего, здесь следует говорить о политике «приспособленчества» и компромиссов со стороны вышеуказанных лиц. Также вызывает сомнение утверждение автора о том, что «воры» и «авторитеты» стремятся занять рабочие места в бане, столовой, парикмахерской, комнате свиданий, должности бригадиров и нарядчиков. Как показывает практика, на указанных объектах и должностях работают положительно характеризующиеся и сотрудничающие с администрацией осужденные.

С учетом изложенного и собственных эмпирических исследований автора, функциональное содержание деятельности «смотрящих» в местах лишения свободы, по нашему мнению, заключается в следующем:

-  установление и поддержание в среде осужденных основанного на «понятиях» «воровского» порядка, ведение пропаганды уголовно-«воровских» традиций и норм поведения, контроль за их соблюдением осужденными и применение санкций к лицам, их нарушившим;
-  организация сбора «общака» среди осужденных и  его распределение;
-  организация каналов доставки в места лишения свободы запрещенных предметов;
-  установление незаконных связей с представителями администрации (путем обмана, шантажа, угроз, подкупа, оказания определенных услуг и т. д.);
-  осуществление контроля за поступлением в зону и распределением в среде осужденных продуктов питания, одежды, денег, наркотиков, спиртных напитков и т. д.;
-  организация противодействия администрации, направленного на ослабление режима отбывания наказания и улучшение быта (сокращение рабочего дня, снятие ограничений по перемещению внутри исправительного учреждения, улучшение питания, сокращение и ослабление режимных мероприятий и т. д.);
-  осуществление судейских функций при разрешении конфликтных ситуаций среди осужденных;
-  организация в зоне азартных игр;
-  компрометация осужденных, занимающих в зоне административно-хозяйственные должности, и принятие мер для их замещения осужденными, которые будут выполнять указания лидеров криминальной оппозиции;
-  определение неформального статуса конкретных осужденных («опущенный», «мужик», «блатной»), контроль за соблюдением субординации и криминальной иерархии среди осужденных;
-  выработка тактики и организация контрразведывательной деятельности, в первую очередь, в отношении оперативного аппарата исправительного учреждения. Выявление осведомителей, их перевербовка или организация расправы над ними;
-  контроль за производством запрещенных предметов («ширпотреба», оружия, украшений, чеканок и т. д.);
-  принятие решений о массовых (групповых) противоправных выступлениях осужденных (голодовка, невыход на работу, неповиновение, взятие заложников);
-  организация написания жалоб осужденными, их родственниками в различные инстанции об имеющихся нарушениях администрацией уголовно-исполнительного законодательства, прав человека, плохом лечении в больницах и. т. д.;
-   подрыв авторитета администрации и положительно настроенных осужденных путем использования допущенных ими ошибок и просчетов;
-   налаживание взаимодействия с администрацией в целях склонения ее к принятию решений выгодных криминальной оппозиции исправительного учреждения;
-  обеспечение устойчивых каналов связи с «вышестоящим руководством» на воле («вором», «смотрящим» за городом, лидерами криминальной оппозиции в других учреждениях);
-  обеспечение максимально высокого уровня жизни осужденных в курируемом исправительном учреждении (улучшение бытовых условий, продуктового и вещевого обеспечения сверх установленных норм).

Раскрывая функциональное содержание деятельности «смотрящих» в местах лишения свободы, мы исходили из иерархии и степени «важности» выполняемых ими функций.

Реализация «смотрящим» за зоной функции установления и поддержания в зоне «воровского» порядка заключается в следующем: у каждого «смотрящего» за зоной в непосредственном подчинении находятся 5-6 человек из числа так называемых «блатных». «Блатные» являются конкретным силовым механизмом реализации решений «смотрящего» за зоной.[88] Основной их задачей является сбор информации о событиях и происшествиях происходящих в среде осужденных и доведение этих сведений до «смотрящего». Каждый из таких  помощников, в свою очередь, имеет своих информаторов среди осужденных. Таким образом «смотрящий» за зоной располагает широко разветвленной сетью осведомителей, охватывающей практически все объекты учреждения, где живут и трудятся люди.

Это помогает ему своевременно реагировать на разного рода нарушения тюремных «законов» и применять к нарушителям определенные санкции. К тому же, без своевременного получения информации о процессах происходящих в сообществе осужденных невозможно эффективное управление этим сообществом. С другой стороны, наличие разветвленной сети своих людей из числа «блатных» в каждом отряде, участке, локальной зоне, производственных объектах исправительных учреждений позволяет быстро и эффективно доводить до осужденных управленческие решения и контролировать их исполнение.

Следующей функций «смотрящего» за учреждением является организация контроля за деятельностью по формированию, учету, хранению и использованию «общака». «Общак» является не только своеобразным бюджетом криминальной оппозиции, но и «материальной основой устойчивого авторитета особо опасных лидеров в местах лишения свободы»[89]. В функциональные обязанности подавляющего большинства «смотрящих» разного уровня входит задача максимального использования имеющихся в их распоряжении возможностей по пополнению «общака» финансово-материальными ресурсами. Необходимо сказать о том, что структурно, формируемый криминальной оппозицией в местах лишения свободы «общак» подразделяется на «воровской общак» и «общак общезоновский». При этом доля «воровского общака», как правило, превышает долю «общака» общезоновского.

Примерная структура «общака» собираемого в местах лишения свободы

структура криминальной оппозиции действующей в СИЗО России

«Общезоновские» и собираемые в учреждениях «воровские общаки» очень схожи по способу их формирования и своему фактическому содержанию. «В основном они состоят из денежных средств, продуктов питания и предметов первой необходимости».[90] Разница между ними заключается лишь в том, что «воровской общак» предназначен только для нужд ««воров»». Распоряжаться средствами «воровского общака» может «вор» или сходка «воров» определенного региона. О принятом решении уведомляется «смотрящий» за зоной. Он отдает распоряжение «смотрящему» за «общаком» об «отпуске» денежных и материальных средств из «воровского» «общака» и контролирует их движение внутри учреждения. По отношению к «общезоновскому» «воровской общак» имеет более высокий статус так, как призван, удовлетворять потребности лидеров криминальной оппозиции — «воров».

«Воровской общак», как средство финансово-материального обеспечения деятельности «воровской» общины России, состоит из «воровских общаков», собираемых в местах лишения свободы и за их пределами. Существуют городские, областные, краевые, республиканские  и межрегиональные «воровские общаки». В своей совокупности они составляют «воровской общак» Российской Федерации. Следует отметить, что в целях безопасности и конспирации средства «воровского общака»» России единого централизованного места нахождения не имеют и хранятся, как правило, по регионам. Однако, в случае необходимости, по решению «воровской» сходки с участием наиболее авторитетных «воров», денежные средства из региональных «общаков» могут аккумулироваться в каком-либо определенном месте. Как правило, это связано с осуществлением  расходных операций проводимых в интересах «воровского» сообщества. При этом со стороны «воров» и их окружения применяются максимальные меры безопасности.

В подавляющем большинстве «воровской общак» вне мест лишения свободы состоит из денежных средств. В свою очередь, эти денежные средства могут быть направлены в любую область, где в исправительных учреждениях содержаться «воры». Решение о направлении денежных средств принимает «вор» — куратор региона, имеющий в своем распоряжении «воровской общак». Согласно проведенных нами экспертных опросов осужденных являющихся активными членами криминальной оппозиции решение о выделении «общаковых денежных» средств на сумму до $100.000 может быть принято «вором» единолично. Расходование средств свыше указанной суммы возможно лишь по решению «воровской» сходки.

«Воровской общак» города или региона имеет несколько статей дохода. Он регулярно пополняется за счет добровольных взносов от лиц, совершающих на территории города или региона корыстные преступления (кражи, грабежи, мошенничество, разбои, вымогательство и т.д.) Как правило, вышеуказанные лица являются членами криминального сообщества и профессиональными преступниками. Сумма конкретного взноса не устанавливается. Дают сколько сочтут возможным. Вместе с тем особо не мелочатся, так как размеры украденного обычно известны лидерам криминального сообщества. На деньги «воровского «общака»» создаются различные коммерческие предприятия, приносящие немалый доход. «Воры» и «воровские» общины вкладывают в эти предприятия «общаковые» деньги.

Юридическими хозяевами таких предприятий являются не «воры», с их запятнанной криминалом биографией, а их доверенные лица. Они всячески стараются поддерживать репутацию законопослушных и добропорядочных предпринимателей и коммерсантов. Так, например 27 ноября 2008 г. в Москве был арестован известный в банковских кругах человек, председатель правления АКБ «Кредиттраст» А. Тимофеев. У «Кредиттраста» был имидж серьезной организации с хорошим финансовым положением. Так продолжалось до весны 2004 года. В тот год возникли проблемы у родственного «Кредиттрасту» Содбизнесбанка. Теневым владельцем «Кредиттраста» и Содбизнесбанка, как установило следствие, был криминальный авторитет Слесарев. В «Кредиттрасте» у Слесарева был свой кабинет, и руководство банка с ним советовалось. После банкротства обоих банков Слесарев погиб – был застрелен неизвестным вместе с семьей в автомобиле. По данным следствия значительная часть имущества этих организаций ушла за рубеж.[91]

Как показывает практика, большая часть дохода от подобного рода коммерческих структур идет в «воровской общак» города или региона. Юридический хозяин этой структуры получает зарплату в 2-3 % от прибыли формально возглавляемой им организацией или предприятия. «Воровские» деньги вкладываются и в коммерческие проекты за рубежом. Доходы от этих проектов тоже идут в «воровской общак». Деньги «воровского общака» обращаются в ценные бумаги, участвуют в прибыльных банковских операциях. Таким образом, «воровской общак» в условиях свободы не лежит мертвым грузом. Он работает.

Деньги приносят еще большие деньги. Вместе с тем, собираемые на воле «воровские общаки» могут расходоваться на обеспечение потребностей «воров» в местах лишения свободы. Как правило, сюда входят: расходы на «грев»[92] «вора» («воров») в зоне; на подкуп сотрудников ФСИН, следователей, судей; на оплату труда адвоката. Также средства «воровского» «общака» могут использоваться для оказания «спонсорской помощи» учреждениям, исполняющим уголовные наказания в которых содержаться «воры». Мотивы такой «помощи» очевидны. Услуга за услугу. Мы вам деньги, а вы нам различные послабления в режиме отбывания наказания.

С целью организации работы по сбору «общака» «смотрящий» за зоной подбирает и назначает на должность «смотрящего» за «общаком». «Смотрящий» за «общаком» является ближайшим помощником «смотрящего» за зоной, пользуется его исключительным доверием  и находиться в его непосредственном подчинении. Должность «смотрящего» за «общаком» является одной из основных в организационной структуре криминальной оппозиции и требует от ее обладателя определенных личностных качеств и профессиональных навыков. Как минимум он должен быть честен перед товарищами и иметь навыки бухгалтерского учета.

«Смотрящий» за «общаком», наряду со «смотрящим» за зоной несет немалую ответственность за сохранность «общака» и за финансово-материальное обеспечение деятельности криминальной оппозиции. В этом заключается его значимость и весьма высокое «должностное положение». «Нарушение условий сбора, хранения и использования «общаковых» средств строго карается. «Запал» общаковых средств на крупную сумму (умышленное или неосторожное содействие изъятию этих средств работниками правоохранительных органов) может повлечь лишение жизни виновного».[93]

Организация сбора средств в «общак» включает в себя несколько направлений. Как правило, все они самым непосредственным образом связаны с деятельностью «смотрящих» за объектами исправительных учреждений и направлениями нелегальной коммерческой деятельности осужденных. При этом деятельность по представлению запрещенных законом товаров и услуг требует значительной степени кооперации и организации.[94]

Одним из способов пополнения «общака» является эксплуатация так называемой «дороги». Следует сказать о том, что любой нелегальный канал доставки в учреждение денег, вещей, продуктов питания, спиртного, наркотиков и.т.п. контролируется «смотрящим» за зоной. Более того, организация «дороги», причем «дороги» надежной и регулярной, является одной из основных обязанностей «смотрящего» за зоной. За организацию деятельности по бесперебойному функционированию «дороги» «смотрящий» за зоной несет персональную ответственность перед назначившими его на эту должность «ворами». Как пишет Л.А. Березенко: «Особое внимание «ворами в законе» уделяется налаживанию нелегальных каналов связи «с волей» и с другими учреждениями. В изымаемых оперативными работниками воровских записках («малёвках») нередко говорится: « Налаживайте «дороги» в зонах, чтобы быть в курсе дел, которые происходят в нашем доме, интересуйтесь, кто и куда идет транзитом, нужна ли им помощь…».[95]

В структуре криминальной оппозиции исправительного учреждения существует должность «дорожника»[96]. Обычно «дорожник» подчиняется «смотрящему» того объекта (промзона, столовая, медчасть и т.п.) на территории которого он официально трудится и одновременно осуществляет свою нелегальную деятельность. Как правило, должность «дорожника» занимают осужденные, не имеющие высокого статуса в криминальной иерархии. Тем не менее, они обладают определенными способностями и возможностями по склонению аттестованных и вольнонаемных сотрудников учреждения к негласному и противоправному содействию по нелегальной доставке в исправительное учреждение запрещенных предметов.

«Труд» такого курьера щедро оплачивается самими «дорожниками». «Дорожники», с согласия «смотрящего» за объектом, на территории которого они осуществляют свою деятельность, принимают «заказы» от других осужденных на поставку им запрещенных предметов и имеют свой процент от общей суммы нелегальной поставки. Наряду с этим эксплуатация «дороги» предполагает взимание «налога» за ее использование с лиц, которые осуществляют «заказы» на поставку в зону нужных им вещей, продуктов, денег и т.п. Обычно «налог» взимается в виде части нелегально доставленного товара и используется для пополнения «общака». Общий контроль за этим процессом осуществляют: «смотрящий» за зоной; «смотрящий» за «общаком» и тот «смотрящий» в чем непосредственном распоряжении находится «дорожник» и сама «дорога». Вышеуказанная операция приносит доход «дорожнику», «курьеру», «заказчику» (он может выгодно реализовать свой «заказ» среди других осужденных) и криминальной оппозиции в целом, так как позволяет регулярно пополнять общезоновский и «воровской» «общаки».

Следующим, весьма схожим с вышеописанным способом пополнения «общака» является осуществление осужденными так называемых «заявок с воли»[97]. «Заявка с воли» является одним из способов нелегальной доставки денег в исправительное учреждение. Механизм осуществления этого способа заключается в следующем. Осужденный договаривается с сотрудником учреждения, что на его домашний адрес поступит денежный перевод от родственников или друзей осужденного. В некоторых случаях деньги могут вручаться сотруднику родственниками или друзьями осужденного лично.

После чего эти деньги нелегально проносятся сотрудником на территорию учреждения и передаются осужденному. Деньги могут предназначаться лично осужденному, а могут быть предназначены для пополнения «общака». Таким образом «заявка с воли» может быть как личного, так  и «общакового» характера. Однако, даже если «заявка с воли» носит личный характер, получатель денег все равно вносит определенный процент с полученной им суммы в «общак». Следует сказать и о том, что в случае осуществления «общаковой заявки»[98], конкретный получатель «общаковых» денег имеет право удержать из этой суммы три процента в свое пользование. Такое поведение получателя неформальными тюремными нормами не возбраняется. Полученная им «премия» в размере трех процентов считается платой за риск.

Другим способом пополнения «общака» в исправительных учреждениях является так называемое «барыжничество». Общее руководство всеми «барыгами», контроль за организацией их деятельности, взимание с них «налога с прибыли» в «общак» осуществляет «смотрящий» за «барыжничеством». В этом заключается его основная функция. По своей сути «барыжничество» в исправительных учреждениях выполняет роль «стола заказов». Обратившись к «барыге» осужденный может заказать, например, для организации празднования собственного дня рождения продукты питания и спиртные напитки, кулинарные и кондитерские изделия и т.п. Все зависит от суммы наличных денег, которую именинник готов потратить на организацию праздничного застолья.

Также, за определенное вознаграждение «барыга» берется за организацию доставки в учреждение медицинских препаратов отпускаемых только по рецепту врача, наркотиков и других запрещенных к свободному обращению вещей и предметов. Специфическая деятельность «барыг» обусловливает их тесные контакты с «дорожниками». Особые, взаимовыгодные отношения складываются у «барыг» и тех представителей администрации, которые оказывают им тайное покровительство и защиту. За такое покровительство «барыга» готов щедро заплатить наличными деньгами. Как показали проведенные нами экспертные опросы осужденных «барыги» нередко имеют покровителей из числа администрации учреждения или из числа сотрудников территориальных органов исполнения наказаний. Только имея высокопоставленных покровителей «барыга» может «развернуться по крупному».

Организация нелегальной торговли в исправительных учреждениях позволяет извлекать из этого прибыль не только лицам её осуществляющим. «Барыжничество» является одним из регулярных способов пополнение «общака». «Барыга» вносит в «общак» определенный процент с выручки[99], а покупатель – часть приобретенных им в результате сделки товаров. За этим строго следят «смотрящий» за «общаком» и «смотрящий» за «барыжничеством». Как правило, «барыга» не относится к категории «путевых арестантов». Более того, в «воровской» среде «барыжничество» считается занятием недостойным и порицаемым. Вместе с тем услуги оказываемые «барыгами» и «дорожниками» являются крайне востребованными в местах лишения свободы и приносят немалую экономическую выгоду бюджету криминальной оппозиции. Обычно, «барыги» напрямую контактируют со «смотрящим» за «общаком» по вопросам организации и осуществления своего нелегального бизнеса.

Характерно то, что наценки на товары, поставляемые с воли, устанавливает «смотрящий» за зоной. Причем наценки на продукты питания гораздо ниже наценок на спиртные напитки и наркотики. Впрочем, это вызвано не заботой о здоровье людей. Расчет здесь делается на то, чтобы зона не начала пьянствовать в массовом порядке. В этом случае работать на производстве будет некому, администрация инициирует расследование причин поголовного пьянства, «торговую точку» прикроют и криминальный «общак» лишиться стабильного источника дохода.

Следующим способом пополнения ««общака»» в местах лишения свободы является организация в них игорного бизнеса. В основном этот вид нелегальной деятельности осуществляется путем игры в карты. Реже – в нарды, домино, шашки, шахматы, кости и т.п. Ответственным за игорный бизнес является «смотрящий» за игрой.  В его функциональные обязанности входит установление правил игры и разрешение конфликтных ситуаций между выигравшей и проигравшей сторонами. Необходимо сказать о том, что на почве картежных и других азартных игр в местах лишения свободы совершаются наиболее серьезные правонарушения и опасные преступления. Как правило, осужденные, принимавшие участие в азартных играх, относятся к категории нарушителей, требующих повседневного контроля и систематического воспитательного воздействия.[100] Также в функции «смотрящего» за игрой входит надзор за тем, чтобы выигравшая сторона своевременно уплатила в «общак» положенные проценты  с выигрыша[101]. Не важно будь то деньги, продукты, вещи или иные предметы, на которые шла игра, часть выигрыша в обязательном порядке перечисляется в «общак». «Смотрящий» за игрой обязан знать кто, с кем и когда играл и кто, у кого и сколько выиграл.

В свою очередь, «игровые»[102] обязаны ставить в известность «смотрящего» за игрой, когда и где они будут играть. «Смотрящий» за игрой определяет верхнюю планку максимально возможного проигрыша и срок возврата долга проигравшей стороной. «В тюремной игре «на интерес» есть потолок в триста долларов. Если арестанты доходят до потолка, то должны отправить курсовую[103] положенцу централа и получить от него добро. Четверть выигрыша идет на воровское»[104]. Если долг вовремя не выплачен, то «смотрящий» за игрой разбирается в причинах этого и может «включить должнику счетчик»[105].

«Смотрящему» за игрой не обязательно присутствовать при самом факте игры. Однако в случае нарушения неписанных правил игры и возникновения различного рода конфликтных ситуаций между игроками, «смотрящий» за игрой имеет право инициативно вмешаться в этот процесс и разобраться в сути происходящего. Нередко и сами «игровые» обращаются к «смотрящему» за игрой с просьбой помочь им разобрать тот или иной «рамс»[106].

В этих случаях, от «смотрящего» за игрой ждут грамотно обоснованного разрешения конфликтной ситуации, в соответствии с основанными на «понятиях» принципами тюремной этики. Вот один из примеров «разруливания» конфликтной ситуации «смотрящим» за игрой в исправительном  учреждении строгого режима, полученный нами в результате экспертного опроса респондентов из числа заключенных под стражу и осужденных. «Сел я один раз играть с человеком. А он был в нашей зоне новичок. Недавно на нее заехал. Я его толком-то и не знал. А он оказался «исполнителем»[107]. Ну я и «устряпался»[108] ему на две «штуки». Расчет был оговорен заранее. Через неделю после игры.

Мне как раз один «вольный» должен был эту сумму принести через знакомого «дорожника». Прошла неделя. «Гонец» деньги-то занес, да его опера на промке[109] «спалили»[110] с бабками. Чем рассчитываться? Ведь «исполнитель» ждет. Я к «смотрящему» за игрой. Ну, он был в этом деле большой специалист. Все грамотно «разрулил». Собрал меня и «исполнителя» вместе и «жует»[111] нам: «Ты, – говорит он «исполнителю» – можешь с него получить по понятиям, раз денег у него нет. Можешь его «поломать»[112] или «опустить».

Только какой тебе от этого «понт» будет? Денег ты от этого не получишь, а «кипишь»[113] в зоне будет. Опять же «мусора» свои разборки по этому поводу будут наводить. Нам этого не надо. Зона уравновешенная. С «мусорами» ссориться нам не резон, да и лишний «кипишь» никому не нужен. Я предлагаю следующий вариант. Через неделю он тебе деньги вернет. Другой «гонец» по другой «дороге» их принесет. А сейчас, чтобы все было по «понятиям» ты ему назад эти две «штуки» проиграешь. При мне. И никто, ничего, никому не будет  должен. Пока «бабки» в зону не зайдут. А как «бабки» зайдут, вы опять играть сядете. И вот тогда он уже обязан снова проиграть. Эти две «штуки». Я это гарантирую.

Ты свои деньги через неделю получишь – твой интерес не пострадает. Он с тобой рассчитается, ни «фуфлыжником»[114] ни «опущенным» не станет, лицо свое сохранит. Его интерес также не пострадает. В зоне «кипиша» не будет. Общий интерес не пострадает. В «общак» с выигрыша отдашь положняковую долю, опять всем нам хорошо. В общем вот такое мое решение». Таким образом, организация в зоне азартных игр имеет важное значение, прежде всего, для пополнения «общака». «Смотрящий» за игрой обязан следить не только не только за регулярным пополнением «общака» процентами с выигрыша, но и не допускать конфликтных ситуаций между игроками.

Одно из важных мест в структуре криминальной оппозиции мест лишения свободы занимает «смотрящий» за промзоной. Это объясняется тем, что по объему территории, количеству выводимых на работу осужденных, наличию на ней станков и механизмов, являющихся источниками повышенной опасности, сосредоточению на своей территории большого количества материальных ценностей, возможности организации нелегального производства и хищения товарно-материальных ценностей, денежных средств и целому ряду других факторов, промзона представляет весьма значительный интерес для криминальной оппозиции исправительного учреждения. Наряду с общеколонийским «смотрящим» за промзоной существуют «смотрящие» за промзоной отрядного звена, которые согласовывают с ним свои действия.

Во многом это обусловлено тем, что разные отряды выводятся на работу в разные смены. Поэтому «смотрящему» за промзоной практически невозможно контролировать всех выводимых на работу осужденных без помощи отрядных «смотрящих» за промзоной. На промзоне можно изготовить и спрятать до нужного момента оружие и приспособления для организации побега, захвата заложников, убийств и расправ над другими осужденными. На промзоне легче установить нелегальные контакты с вольнонаемными сотрудниками и организовать «дорогу». Возможности промзоны широко  используются  осужденными  для

изготовления различного «ширпотреба»,[115] который является источником нелегальных доходов и одним из средств пополнения бюджета криминальной оппозиции – «воровского» и «общеколонийского» «общака».

Изготовлением «ширпотреба» занимаются осужденные — «ширпотребщики». Как правило, «ширпотребщики» осуществляют свою деятельность в зависимости от вида производственной деятельности исправительного учреждения (металлообработка, деревообработка, швейное производство и т.п.). Представители криминальной оппозиции активно выявляют среди  осужденных, лиц  имеющих навыки изготовления различных поделок. Как правило, такому осужденному, по согласованию с администрацией, подыскивается должность административного характера (кладовщик, нормировщик, учетчик и т.д.). Либо он просто числится на производственной должности, но работу за него выполняют другие. Он же занимается исключительно изготовлением «ширпотреба».

«Ширпотребщик» в отличие от «барыги» и «дорожника» пользуется уважением среди «блатных», так как  зарабатывает себе на жизнь своими руками да  еще отдает определенную долю в «общак». Следует особо отметить тот факт, что все расценки на нелегальные товары и услуги, в том числе и на предметы изготавливаемые «ширпотребщиками» устанавливаются и строго контролируется криминальной оппозицией. «Ширпотребщик», как и «барыга» не может реализовать вещь сверх установленной в исправительном учреждении цены. За это с него могут «спросить»[116] представители криминальной оппозиции.

«Ширпотребщики» берутся на учет «смотрящим» за промзоной и работают под его контролем. «Ширпотреб» может быть передан на реализацию сотрудникам исправительного учреждения, вступившим в запрещенные связи с «ширпотребщиком». Часть вырученных от реализации «ширпотреба» денег передается в «общак». По сути это очень напоминает налог с продажи. «Налоговым инспектором» в данном случае выступает «смотрящий» за промзоной. В случае отсутствия продаж «ширпотребщик» расплачивается со «смотрящим» изготовленными поделками, которые тоже отправляются в «общак». Вообще, в исправительном учреждении, любой вид промысла и любая сделка гражданско-правового характера приносящая доход облагается «общаковским налогом»[117]. За этим строго следят «чиновники» криминальной оппозиции и их добровольные помощники.

Другое, весьма ответственное и доходное место в структуре криминальной оппозиции исправительного учреждения принадлежит «смотрящему» за пищеблоком. Пищеблоку отводиться важная роль в деятельности исправительного учреждения. Во-первых, организация качественного, своевременного и соответствующего нормам положенности питания осужденных является залогом спокойствия и стабильности в зоне. Во-вторых, именно в столовой для осужденных наиболее наглядно проявляется их иерархическое  неравенство по отношению друг к другу. Это выражается в  размещении различных неформальных категорий осужденных за строго определенными столами. За так называемом «первым столом», который расположен в самом удобном и престижном месте сидят «воры», «босота», «путевые арестанты» и «правильные мужики».

Право садиться за «первый стол» традиционно принадлежит криминальной «знати». За «вторым столом» собираются для приема пищи «мужики», «серые мужики», «шушера»[118], «фуфлыжники», бригадиры, активисты, «козлы». В основном второй стол предназначен для наиболее массового лагерного обывателя – «мужика». Но тюремные «понятия» разрешают ему питаться совместно с другими категориями осужденных, за исключением «обиженных». «Третий стол» предназначен для «элиты» колонийского актива. Сюда относятся: нарядчик, заведующий клубом, заведующий столовой, заведующие секциями, завхозы отрядов. За «четвертым столом» располагаются «обиженные». Впрочем, в некоторых исправительных учреждениях «опущенные по масти»[119] предпочитают сидеть в столовой отдельно от «пидоров по жизни»[120].

В функции «смотрящего» за пищеблоком входит обязательный контроль за рассадкой осужденных в столовой строго по «мастям»[121]. В противном случае, если осужденный сел не за «свой» стол (не по «масти») могут возникнуть конфликты, сопряженные с избиением «нарушителя правил». Следует сказать и о том, что в отдельных исправительных учреждениях, где ослаблены режимные требования, «воры» и «блатные», а также «ярые активисты», занимающие в колонии низовые административные должности (нарядчик, заведующий столовой, старшие дневальные отрядов и т.п.) предпочитают питаться не в столовой, а в своих жилых и рабочих помещениях.

Другой, не менее важной функцией «смотрящего» за пищеблоком является организация количественного и качественного улучшения питания осужденных в  колонийской столовой. В этих целях, «смотрящий» за пищеблоком, принимает меры по организации доставки в столовую для осужденных продуктов питания сверх установленных законодательством норм. Обычно это делается с молчаливого согласия администрации. Иногда для этого используется подкуп должностных лиц ответственных за отгрузку, доставку и закладку продуктов в общий котел. Внешне, мотивы такой деятельности «смотрящего» за пищеблоком выглядят вполне приемлемо для руководства исправительного учреждения и не вызывают с его стороны подозрения.

Администрация твердо уверена в том, что хорошее питание в колонии – залог стабильной оперативной обстановки. Сытый осужденный не станет бунтовать и жаловаться в различные инстанции на плохое питание. Это аксиома, проверенная временем. Сытые осужденные всегда послушнее и ими легче управлять. «Голодные всегда яростно отстаивают справедливость …. Они – вечные спорщики, отчаянные драчуны».[122] В тоже время проявление «заботы» о питании «мужика» позволяет укрепить в среде осужденных  авторитет как  «смотрящего» за пищеблоком так и «смотрящего» за учреждением в целом. Однако за внешней заботой об улучшении питания осужденных скрывается и другая, не менее значимая для криминальной оппозиции, цель этой деятельности.

Она заключается в извлечении прибыли от торговли продуктами питания, сверхнормативно завезенными в колонийскую столовую. Мало кому известно, что часть этих сверхнормативных продуктов закладывается в общий котел, а часть реализуется за наличные деньги среди осужденных. Перед нами результаты экспертного опроса осужденного П. по этой проблематике: «На должность заведующего столовой «блатные» подбирают осужденного – активиста, находящегося на хорошем счету у администрации.

Ему ставят условия, что он будет иметь право торговать продуктами питания, если кормежка в столовой с общего котла станет лучше, чем на текущий момент. При этом «смотрящий» за пищеблоком и «смотрящий» за зоной определяют размер розничных цен на продукты, а также долю с прибыли в «общак». Как правило, в «общак» отчисляется от 10 до 20 процентов с прибыли от торговли продуктами в столовой. Заведующий столовой обычно имеет «почву под ногами на воле»[123]. Один звонок «нужным людям» и на склад колонии привезут картошку, мясо, крупу, консервы, жиры, сахар. Гуманитарная помощь. Дальше договорился с «прапорами», и в столовую завезут продуктов больше, чем положено по нормам. Этот излишек заведующий столовой закупает у завскладом, у «прапоров»  на свои деньги. С этого излишка он улучшает общеколонийский котел, торгует, получает прибыль и отдает долю в «общак».

Организация «коммерческой деятельности» такого заведующего столовой тщательно опекается и контролируется «смотрящим» за пищеблоком. Результаты такой деятельности, как правило, устраивают и администрацию учреждения, и осужденных, и криминальную оппозицию. В столовой порядок, жалоб на плохое питание от осужденных нет, в зоне имеется возможность прикупить продукты сверх установленных норм, регулярно пополняется колонийский «общак». В этих случаях деятельность «смотрящего» за пищеблоком признается успешной и находит полное одобрение у «воров» и иных руководителей криминальной оппозиции исправительного учреждения.

Следующими по значимости в структуре криминальной оппозиции исправительного учреждения являются «смотрящие» за отрядами. По своей структуре  и направлениям деятельности криминальная оппозиция отрядного уровня является миниатюрной копией криминальной оппозиции исправительного учреждения в целом. Функции «смотрящего» за отрядом во многом совпадают с функциями «смотрящего» за зоной. Главное их отличие заключается в пределах полномочий, которые у «смотрящего» за отрядом ограничены рамками «курируемого» ими структурного подразделения – отряда исправительного учреждения. Такое совпадение функций обусловлено тем, что отряд, как структурная единица исправительной колонии, по своей внутренней организации во многом напоминает исправительную колонию, только в уменьшенном масштабе. В некоторых учреждениях осужденные нескольких отрядов проживают совместно в одном общежитии. В этой связи должности «смотрящих» за отрядами расположенными в одном общежитии могут быть совмещены в лице одного представителя криминальной оппозиции. Им является «смотрящий» за общежитием. В лесных исправительных учреждениях эта должность называется «смотрящий» за бараком.

Главной обязанностью «смотрящего» за отрядом является разрешение разного рода конфликтных ситуаций между осуждёнными отряда, а также между осуждёнными и администрацией исправительного учреждения. «Смотрящий» за отрядом, как правило, имеет свою «группу поддержки», состоящую из «блатных» или «авторитетных мужиков». С их помощью «смотрящий» за отрядом выявляет и пресекает случаи произвола («беспредела») осуждённых по отношению к другим осуждённым, а также факты грубых нарушений неформальных норм арестантского прав. Осуждённые, чьи права, по их мнению, были ущемлены другими осуждёнными этого же отряда, вправе обратиться за помощью к «смотрящему» за отрядом.

В свою очередь «смотрящий» за отрядом обязан «принять дело к своему производству» и вынести по нему решение в соответствии с «понятиями». В случае, если конфликт выходит за рамки отряда, «смотрящий» за отрядом прибегает к помощи «смотрящего» за зоной, который и выносит окончательный вердикт. Также, в обязанности «смотрящего» за отрядом  входит своевременное реагирование на незаконные действия представителей администрации в отношении осуждённых курируемого им отряда. В тех случаях, когда пресечь беспредел со стороны администрации своими силами не удаётся, «смотрящий» за отрядом обращается за помощью к «смотрящему» за зоной и конфликт разрешается на более высоком организационно-управленческом уровне, между «смотрящим» за зоной и руководством исправительного учреждения.

Другой немаловажной обязанностью «смотрящего» за отрядом является  принятие мер по обеспечению максимально комфортных жилищно-бытовых условий в отряде. Каждое «отвоёванное» у администрации, послабление в режиме отбывания наказания расценивается как личная заслуга «смотрящего» за отрядом и способствует его успешному продвижению вверх по карьерной лестнице в структуре криминальной оппозиции исправительного учреждения. Зачастую, в целях создания комфортных жилищно-бытовых условий в отряде, «смотрящие» прибегают к помощи так называемых «спонсоров»[124] На деньги «спонсора», по согласованию с начальником отряда, приобретаются строительные материалы, предметы бытового назначения необходимые для ремонта жилых и служебных помещений и улучшения быта осужденных. Как правило, такие ремонты делаются  с молчаливого одобрения руководства исправительного учреждения. Во многом это обусловлено тем, что бюджетное финансирование исправительных учреждений носит недостаточный характер. Это  подтверждается и материалами проведенного нами исследования. Так, на вопрос «Считаете ли Вы достаточным бюджетное финансирование вашего учреждения». 89,65 % опрошенных нами сотрудников ответили отрицательно.

Также, на деньги «спонсоров» в исправительных учреждениях могут организовываться различные виды производственной деятельности, приносящие прибыль, как учреждению, так и руководителям криминальной оппозиции. Делается  это следующим образом. «Смотрящий» за зоной  обращается к руководству учреждения с предложением открыть в зоне какое-либо производство (деревообрабатывающий цех, авторемонтные мастерские и т. д.) за счет средств «спонсоров». Мотивация этого предложения сводится к тому, что: это позволит заработать денег для учреждения; осужденные не будут слоняться без дела; не останется в накладе и руководство учреждения. В этих же целях активно используются деловые и коммерческие связи «спонсоров» на воле. Территория исправительной колонии замечательное место для создания различных предприятий, в том числе и не учтенных ни в одном налоговом органе.

Согласно статьи 14 Закона РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», учреждения, исполняющие наказания имеют право: осуществлять предпринимательскую и иные виды деятельности для обеспечения жизнедеятельности учреждений, исполняющих наказания, и привлечения осужденных к труду; участвовать в создании и деятельности предприятий любых организационно-правовых форм, а также участвовать на правах учредителя в управлении ими в интересах развития своей социальной сферы, владеть, пользоваться и распоряжаться закрепленным за ними имуществом в пределах установленной компетенции, принимать во владение и пользование от учреждений, организаций и предприятий любых организационно-правовых форм, а также от граждан материально-технические ресурсы, финансовые средства и имущество[125]. По сути этот закон превращает учреждения, исполняющие наказания в коммерческие организации, основной целью деятельности которых становится извлечение прибыли. Бизнес прочно вошел в жизнь учреждений системы ФСИН со всеми вытекающими отсюда последствиями – махинациями, злоупотреблениями, нелегальным и полулегальным производством, созданием откровенно преступных «экономических» схем, созданием совместных «проектов», нарушениями прав осужденных и т.д.[126]

Зачастую деньги «спонсоров» тем или иным способом «загоняются» в зону. Часть их идет на мелкие нужды руководителей криминальной оппозиции, а часть на пополнение «общака». Возможности «спонсора» могут быть использованы и для организации подкупа отдельных сотрудников исправительного учреждения. В свою очередь «смотрящие» за отрядами берут «спонсоров» под свое покровительство, обеспечивают их безопасность и, по мере возможности, комфортные бытовые условия отбывания наказания. По мнению опрошенных нами респондентов из числа осужденных:  «Спонсоры» всегда при авторитетах, а авторитеты при «спонсорах». Однако такое взаимовыгодное сотрудничество может длиться лишь до тех пор, пока не заканчиваются финансовые возможности «спонсора». Как показывает практика, «блатные» «выпотрошив» «спонсора» оставляют его без внимания и переключаются на другого. Таким образом, одним из направлений деятельности «смотрящего» за отрядами является отыскание среди осужденных потенциальных «спонсоров» и использование их возможностей и связей на свободе для обеспечения эффективного финансирования криминальной оппозиции исправительного учреждения.

Ближайшими помощниками «смотрящего» за отрядом являются держатель отрядного «общака» и отрядный «смотрящий» за промзоной. Держатель отрядного «общака» отвечает за учет, хранение и движение «общаковых» средств. В основной своей массе «общак» отрядного уровня состоит из чая, сигарет и, иногда, денег. Пополняется «общак» путем добровольных взносов, поступающих от осужденных этого отряда. Каких-либо фиксированных размеров пожертвований в «общак» не существует. Каждый отдает по принципу: «Кто, сколько сочтет возможным». Отрядный «общак», за исключением денежных средств, хранится, открыто в специально выделенной для этого «общаковой» тумбочке.[127] Держатель отрядного ««общака»» ведет обязательную письменную бухгалтерию прихода и расхода материальных и денежных средств, которая называется «точковка»[128]. В случае направления средств отрядного ««общака»» за пределы отряда с ними обязательного следует письменный отчет  («точковка») о размере и количестве направляемых «общаковых» средств. Подлинники и копии «приходных» и «расходных ордеров» — «точковок» в обязательном порядке хранятся у держателя отрядного «общака» и используются им для отчета перед вышестоящими функционерами криминальной оппозиции о движении материальных средств.

Держатель отрядного «общака» назначается на должность и подчиняется исключительно «смотрящему» за отрядом. В отличие от него, отрядный «смотрящий» за промзоной, несмотря на то, что назначается на должность «смотрящим» за отрядом, имеет двойное подчинение. По всем вопросам связанными с производством отрядный «смотрящий» за промзоной подчиняется общеколонийскому «смотрящему» за промзоной. Отрядный «смотрящий» за промзоной является «заместителем» «смотрящего» за отрядом по производству. В отсутствии «смотрящего»  за отрядом на производстве возлагает на себя функцию по общему неформальному руководству осужденными отряда. По вопросам связанным с производственной деятельностью подчиняется общеколонийскому «смотрящему» за промзоной.

Примерная структура организации криминальной оппозиции отрядного звена выглядит следующим образом:

структура организации криминальной оппозиции отрядного звена действующей в СИЗО России

Значительную роль в структуре криминальной оппозиции исправительного учреждения отводится «смотрящему» за ШИЗО-ПКТ. Главная его обязанность состоит в том, чтобы регулярно и бесперебойно «греть БУР[129]». Как правило, на эту должность назначается ответственный и авторитетный осужденный из числа «блатных». Во многом его функция напоминает функцию снабженца. Он обязан следить за обеспечением «путевых хат»[130], куревом, продуктами, мылом, зубной пастой и другими предметами первой необходимости. «Смотрящий» за ШИЗО-ПКТ имеет регулярную связь со всеми «путевыми хатами», которая осуществляется через коррумпированных сотрудников администрации учреждения, банщиков, сменщиков белья, осужденных хозяйственной обслуги ШИЗО-ПКТ, библиотекаря. Через этих же лиц им осуществляются нелегальные поставки в ШИЗО-ПКТ необходимых продуктов, вещей и предметов.

Следует сказать о том, что собственных материальных ресурсов «смотрящий» за ШИЗО-ПКТ не имеет и использует для «грева БУРа» средства общеколонийского «общака». Также в его обязанности входит: наблюдение за состоянием дел в камерах ШИЗО-ПКТ; сбор информации о том, сколько людей и в каких камерах сидят, есть ли конфликты между осужденными, между осужденными и администрацией исправительного учреждения, насколько качественно и своевременно организовано питание, медицинское обслуживание, бытовое и вещевое обеспечение осужденных, содержащихся в ШИЗО-ПКТ. «Смотрящий» за ШИЗО-ПКТ обязан своевременно и точно информировать «смотрящего» за зоной обо всех чрезвычайных происшествиях в ШИЗО-ПКТ. Самостоятельных решений по «разруливанию»  конфликтов в ШИЗО-ПКТ «смотрящий» за ШИЗО-ПКТ не принимает. Также в его обязанности входит осуществление регулярного взаимодействия со «смотрящими» за столовой, медицинской частью, банно-прачечным комплексом и другими объектами исправительного учреждения. От них зависит бесперебойное легальное и нелегальное снабжение всем необходимым осужденных, содержащихся в ШИЗО-ПКТ. Следует особо отметить тот факт, что в отличие от остальных, данное направление деятельности криминальной оппозиции никаких доходов в «общак» не приносит и является исключительно затратным.

Следующей структурной единицей криминальной оппозиции исправительного учреждения является «смотрящий» за комнатой свиданий и передач. Как правило, на эту должность назначается осужденный из числа «блатных» или «авторитетных мужиков». В его обязанности входит осуществление контроля за легальными и нелегальными поступлениями в зону продуктов питания, вещей и предметов, привозимых в передачах и выносимых осужденными после свиданий с родными и близкими. Обычно комната свиданий и передач используется осужденными как нелегальный канал доставки в исправительное учреждение продуктов питания, запрещенных вещей, предметов и денег. «Смотрящий» за комнатой свиданий и передач отвечает за бесперебойное функционирование этого канала. С его разрешения этим каналом пользуются другие осужденные. «Смотрящий» за комнатой свиданий и передач имеет свой штат добровольных помощников. В его неформальном подчинении находится дневальный по комнате свиданий и передач, который и занимается проносом в зону небольших партий запрещенных предметов.

Как правило, это делается под видом выноса мусора, оставшегося после посетителей комнаты свиданий и передач. Крупногабаритный «груз» переносится в зону при помощи коррумпированных лиц из числа младшего начсостава и других сотрудников администрации исправительного учреждения. «Загоняемый»[131] в зону «груз» может быть личного или «общакового» характера. «Смотрящий» за комнатой свиданий и передач «кормится» тем, что берет деньги за организацию нелегальных поставок. Плата взимается в зависимости от категории «груза». Если «груз» личного характера, то оплачивается работа «смотрящего»  и тех лиц из числа администрации, которые непосредственно заносят в зону «груз».

За «загон в зону» «общакового» груза из «общака» оплачивается только сумма, необходимая для вознаграждения коррумпированных сотрудников, участвующих в этом деле. Таким образом, характерной чертой  «смотрящего» за комнатой свиданий и передач является наличие у него достаточно широкого круга коррумпированных связей среди младшего инспекторского состава учреждения. Во многом функции «смотрящего» за комнатой свиданий и передач напоминают функции «дорожника». Разница заключается в том, что он использует в качестве «дороги» комнату свиданий и передач исправительной колонии, являясь при этом «чиновником» криминальной оппозиции.

Немаловажная роль в структуре криминальной оппозиции исправительных учреждений отводится «смотрящему» за карантином. Его функции в основном заключаются в  следующем:

–   по прибытии в исправительное учреждение очередной партии осужденных  познакомится с ними и объяснить, что в «лагере» существует «черный ход»[132];
–  выяснить и доложить «смотрящему» за зоной, какие неформальные категории осужденных прибыли в исправительное учреждение. Есть ли среди них «воры», авторитеты, бывшие «смотрящие», «спонсоры» и т.д.;
–  поинтересоваться, обеспечены ли вновь прибывшие предметами первой необходимости, постельными принадлежностями, чаем, сигаретами. Если нет, то за счет имеющихся в «общаке» средств обеспечить новичков всем необходимым;
–  осуществлять «разбор» конфликтных ситуаций среди вновь прибывших и выносить по ним решения («разбирать рамсы»[133]);
–   принимать от вновь прибывших и докладывать «смотрящему» за зоной обо всех нелегальных посылках («греве» из других зон), «постановочных воровских письмах» и другой корреспонденции, носящей «общаковый характер».

«Смотрящему» за карантином отводится важная роль в предварительной оценке неформального статуса вновь прибывших. Перед нами диалог «смотрящего» за зоной и «смотрящего» за карантином, записанный со слов осужденного «Б». «Один «бродягой» назвался, — сказал «смотрящий» за карантином. А твое мнение, какое? — спросил «смотрящий» за зоной. Да, так, — ответил он, отведя взгляд в сторону и неопределенно пожав плечами, показывая всем своим поведением недоверие к личности новичка». На основании полученной от «смотрящего» за карантином информации о личности и неформальном статусе вновь прибывших, «смотрящий» за зоной принимает меры по распределению новичков по отрядам. Для этого он использует свои личные связи среди администрации исправительного учреждения. В первую очередь обращается внимание на авторитетов и «спонсоров», а так же на бывших «чиновников» криминальной оппозиции других исправительных учреждений.

Не менее важную роль в структуре криминальной оппозиции исправительной колонии играет должность «смотрящего» за медицинской частью.  Согласно существующих в среде осужденных неформальных норм «святым» в зоне являются «крест»[134] и «общак». На «кресте» недопустимы никакие разборки и дебоши. За этим призван строго следить «смотрящий» за медчастью. К другим его функциям относятся:

–  осуществление контроля за тем, чтобы в медчасти администрацией и осужденными хозобслуги поддерживались надлежащие коммунально-бытовые условия;
–  своевременное обеспечение (за счет средств «общака») продуктами питания и предметами первой необходимости малообеспеченных и нуждающихся осужденных, находящихся на стационарном лечении;
–  осуществление третейского правосудия «по понятиям» в случае возникновения конфликтных ситуаций между осужденными на территории медчасти;
–  налаживание взаимодействия и «взаимовыгодного сотрудничества» с работниками медчасти из числа аттестованного  и не аттестованного медицинского персонала и иных представителей администрации.

В некоторых «черных» зонах существуют определенные дни (обычно раз в неделю), когда по больничным палатам медицинской части под руководством «смотрящего» за медчастью разносится «общаковый грев» для больных. Как правило, это продуктовый набор, в состав которого входят: чай, сигареты, конфеты, консервы и т.д. Такой набор выдается каждому, находящемуся на лечении, независимо от его места в криминальной иерархии преступного мира. Однако, и это интересный факт, госпитализированные в стационар «чиновники» криминальной оппозиции и осужденные, относящиеся к категории «блатных», получают всегда более дорогой и разнообразный «общаковый» продуктовый «грев», нежели простые «мужики». В зоне, как и на воле, принадлежность человека к номенклатуре власти делает его жизнь более богатой и обеспеченной, нежели жизнь рядового члена общества.

При помощи коррумпированных медицинских работников «смотрящий» за медчастью «решает» вопросы госпитализации осужденных в медицинской части учреждения, отправки «нужных» осужденных в другие лечебные учреждения уголовно – исполнительной системы, нелегального проноса в зону медикаментов и иных запрещенных предметов. Для большинства осужденных, не относящихся к криминальной оппозиции, «услуги» «смотрящего» за медчастью по госпитализации, постановке врачами «нужного» диагноза, назначению определенных медикаментов и т.п.  являются платными.

По сути, «смотрящий» за медчастью выполняет посреднические функции при передаче незаконного вознаграждения от осужденных коррумпированным сотрудникам медчасти и другим представителям администрации. Как правило, взятки даются деньгами. В саму сумму взятки заранее включается 80 % налог, который «смотрящий» за медчастью обязан передать в общеколонийский «общак». Коррумпированным представителям администрации достается только 20% от суммы переданной от осужденных «смотрящему», за оказание ими взяткодателю каких-либо услуг медицинского характера. В тюрьме, как и на воле, существует, пусть и своеобразная, платная и бесплатная медицина. Организуемый криминальной оппозицией преступный бизнес в сфере медицинских услуг и лекарственного обеспечения осужденных приносит немалые доходы в общезоновский и «воровской» «общак» исправительного учреждения.

Следующей структурной единицей в системе криминальной оппозиции исправительного учреждения является должность «смотрящего» за участком (отрядом), где содержатся ВИЧ – инфицированные или туберкулезно – больные осужденные. Функции и содержание деятельности этой категории «чиновников» криминальной оппозиции практически совмещают в себе функции  и содержание деятельности «смотрящего» за отрядом и «смотрящего» за медчастью. «Смотрящий» этого уровня также имеет свой штат помощников, руководит сбором «общака», следит за порядком и «разруливает» конфликтные ситуации между осужденными на подведомственной ему территории. В его задачи входит организация контроля за игрой на своем объекте и своевременным отчислением процента с выигрыша в «общак».

«Смотрящий» за церковью (мечетью, молельным домом и т.п.) отвечает за порядок на ее территории, следит за тем, чтобы посетители вели себя в церкви подобающим образом и уважительно относились к святыням, священнослужителям и имуществу храма. Как правило, на эту должность назначается осужденный, поддерживающий те или иные религиозные взгляды культивируемые большинством. Вместе с тем, его биография, моральные и деловые качества должны соответствовать требованиям, предъявляемым к «смотрящему» в целом. Хотя, и это надо отметить, здесь существуют некоторые послабления.

На эту должность могут назначаться осужденные, относящиеся к категории «правильных мужиков», активно поддерживающих деятельность криминальной оппозиции исправительного учреждения. «Смотрящий» за церковью «курирует» строительство храма. Зачастую из этого  извлекается немалая финансовая выгода для общеколонийского «общака». Автору известен случай, когда администрация исправительного учреждения закупала кирпич у завода, находящегося в собственности  родного брата осужденного, который содержался в этом же учреждении. Часть денег, полученных в счет оплаты за кирпич, «перегонялась»[135] обратно в зону и шла в «общак».

Последней рассматриваемой нами категорией «смотрящих» является «смотрящий» за банно-прачечным комплексом. Должность «смотрящего» за банно-прачечным комплексом занимает осужденный, одновременно  назначенный администрацией на должность заведующего банно-прачечным комплексом. Строго говоря, этот осужденный не является «чиновником» криминальной оппозиции. В преступной иерархии мест лишения свободы лица, занимающие должность «банщика»[136], относятся к категории «козлов»[137]. Однако, являясь представителем «низовой» администрации исправительного учреждения, заведующий банно-прачечным комплексом одновременно находится в неформальном подчинении криминальной оппозиции. Используя этот факт, криминальная оппозиция осуществляет контроль за объектом исправительного учреждения, каковым является банно-прачечный комплекс.

В функциональные обязанности этого «смотрящего» входит осуществление надзора за порядком на подведомственной ему территории и оказание различного рода услуг представителям криминальной оппозиции. «Разруливать рамсы» этот осужденный не правомочен, так как не является авторитетом или «блатным». Основная его деятельность заключается в предоставлении помещений банно-прачечного комплекса для проведения различных неформальных мероприятий, организуемых осужденными. К таким мероприятиям в первую очередь следует отнести сходки «воров» и лидеров криминальной оппозиции, празднование ими дней рождений, юбилеев и иных дат, «встречи»[138] освободившихся из ШИЗО – ПКТ «блатных».

Указанные мероприятия проводятся, как правило, ночью. В целях обеспечения безопасности, на подступах к помещению банно-прачечного комплекса выставляются «стремщики»[139]. В «особо значимых» случаях осуществляется подкуп сотрудников дежурных смен, несущих службу в ночное время. Помещение бани является весьма удобным местом как для проведения совещаний по вопросам деятельности криминальной оппозиции, так и для последующей неформальной части таких «симпозиумов», включающих парилку, обильное застолье и услуги осужденных-гомосексуалистов. Вопросы хозяйственного обеспечения подобных «встреч» ложатся на плечи «смотрящего» за банно-прачечным комплексом.

Следует сказать о том, что помещение бани может «арендоваться под торжества» и другими, не «блатными» осужденными. Однако, в этих случаях, «смотрящий» за банно-прачечным комплексом взимает с них «арендную плату». Определенный процент с полученных за «аренду» денег перечисляется им в «общак». Таким образом, «смотрящий» за банно-прачечным комплексом осуществляет функцию организации неформального «отдыха» осужденных, а также функцию пополнения «воровского» и общеколонийского «общака».

Выводы. Криминальная оппозиция представляет собой организованное в местах лишения свободы сообщество осужденных, во главе которого находятся профессиональные преступники, стоящие на высшей ступени криминальной иерархии. Сущность криминальной оппозиции состоит в том, что она является незаконным средством разрешения противоречий, возникающих между осужденными и государством в лице администрации мест лишения свободы.

Криминальная оппозиция мест лишения свободы России неразрывно связана с организованной преступностью и является ее неотъемлемой частью. По сути, организованную преступность можно также рассматривать как криминальную оппозицию, но уже более высокого уровня. Единая социальная природа криминальной оппозиции и организованной преступности проявляется в том, что их характерные признаки практически полностью совпадают.

Доминирующей мотивацией организованной преступности является экономический интерес, а целью – криминальный бизнес. К целям криминальной оппозиции относятся: установление власти над тюремной общиной; ослабление или нейтрализация уголовно-исполнительного воздействия на членов криминальной оппозиции, и поддерживающих их осужденных; получение доходов от организации криминального бизнеса в исправительном учреждении.

Организация криминальной оппозиции имеет два объекта управления. Ее управляющее воздействие распространяется как на социальную среду внутри исправительных учреждений, так и на деятельность сотрудников администрации по отношению к этой среде.

Уголовно-исполнительная система сама по себе объективно продуцирует криминальную оппозицию как способ разрешения антагонистических противоречий. С исчезновением одного из этих противодействующих субъектов неизбежно исчезает и его оппонент.

В исправительных учреждениях и следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы России под общим руководством «воров» существуют неформальные структуры криминальной оппозиции. Основной целью указанных структур является установление власти над сообществом осужденных, извлечение прибыли из преступного бизнеса, осуществляемого осужденными на территории исправительных учреждений, максимальное ослабление и нейтрализация уголовно-исполнительного воздействия на личность осужденных, являющихся членами криминальной оппозиции и активно поддерживающих ее деятельность. Основной структурной единицей криминальной оппозиции являются «смотрящие». Кандидатура «смотрящего» за зоной, в большинстве случаев согласовывается с руководством исправительного учреждения. Распределение «должностей» «смотрящих» осуществляется по линейно-объектовому принципу.

Главными направлениями деятельности криминальной оппозиции являются: организационно-управленческое; идеологическое и правовое; экономическое; судейское; противодействие уголовно-исполнительной политике государства в учреждениях уголовно-исполнительной системы России. Теневая экономика исправительных учреждений составляет значительную долю бюджета криминальной оппозиции («общака») и является одним из основных направлений ее деятельности. В этой связи, наряду с административно-распорядительной функцией, практически каждый «смотрящий» осуществляет «экономическую» функцию. Эта функция заключается в организации на «подведомственной» ему территории или сфере неформальной деятельности различных форм преступного промысла, доходы от которого идут в общезоновские и «воровские» «общаки». Анализ структуры, функций и содержания деятельности криминальной оппозиции позволяет сделать вывод о том, что она представляет собой сформировавшуюся в местах лишения свободы России социальную систему, обладающую всеми признаками преступной организации

[1] См.: Большой энциклопедический словарь. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: «Большая Российская энциклопедия»; СПб.: «Норинт», 2001. С. 594.
[2] См.: Экономический и юридический словарь / Под ред. А.Н. Азрииляна.- М.: Институт новой экономики, 2004. С. 499.
[3] См.: Лунеев В.В. Организованная преступность в России: осознание, истоки, тенденции // Государство и право. 1996. № 4.
[4] См.: Сетров М.И. Основа функциональной теории организации. Л.: Лен. гос. ун-т. 1972. С. 112-118.
[5] См.: Особо опасные лидеры в ИТУ и воспитательное воздействие на них / Под общ. ред. Ю.М. Антоняна. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. С. 11.
[6] См.: Лунеев В.В. Указ. раб. С. 540-541.
[7] Годунов И.В. Организованная преступность – знамение века или чума современности? Москва, 2002, С.  9.
[8] См., например: Основы борьбы с организованной преступностью. Монография / Под ред. В.С. Овчинского, В.Е. Эминова, Н.П. Яблокова. – М.: «Инфра-М», 1996; Организованная преступность / под ред. А.И. Долговой, С.В. Дъякова. М., 1989; Максимов С. Организованная преступность в России: состояние и прогноз развития // Уголовное право. 1998. № 1; Криминология / под ред. Н.Ф. Кузнецовой, Г.М. Миньковского. М., 1998; Устинов В.С. Понятие и криминологическая характеристика организованной преступности. Нижний Новгород, 1993.
[9] См.: Якушин Н.М.; Зайцев В.В. Преемственность оперативного сопровождения // Вестн. МВД РФ № 3. 1992. С. 50.
[10] См.: Овчинский В.С. Криминологический, уголовно-правовые и организационные основы борьбы с организованной преступностью в Российской Федерации. Автореферат дисс. докт. юрид. наук, М. 1994. С. 15.
[11] См.: Артемьев А.Б. Эволюционная теория происхождения и сущности государственной власти: Монография / Под ред. проф. С.А. Комарова. – Московская академия экономики и права. Коломенский филиал. Коломна. 2009. – 272 с. С. 148-149.
[12] См.: У. Реклисс. Проблемы преступности. Организованная преступность в США (Сборник материалов опубликованных в США) Пер. с англ. М., ИЛ, 1953, С. 95.
[13] Волынский А.Ф., Лавров В.П. Организационное противодействие раскрытию и расследованию преступлений (проблемы теории и практики) // Организованное противодействие раскрытию и расследованию преступлений и меры по его нейтрализации: Материалы научно-практической конференции (29-30 октября1996 г., г. Руза). – М.: ЮИ МВД России, 1997. –С. 93.
[14] О понятии уголовного преследования более подробно см.: Мазюк Р.В. Воз­никновение, становление и развитие понятия «уголовное преследование» в Российском уголовном судопроизводстве. Иркутск: Издательство БГУЭП, 2007; Багаутдинов Ф., Васин А. Уголовное преследование и правозащитная функция суда // Российская юстиция. — 2000. — № 8. — С. 27-28; Голощапов А.В. К вопросу о понятии и сущности функции уголовного преследования // Юридическая наука Сибири. — Кемерово, 1997. — С. 182-183; Голунский С.О. О возбуждении уголовного преследования // Соц. законность. — 1936. — № 2. -:. 38-42; Козубенко Ю.В. Уголовное преследование, как элемент механизма уголовно-правового регулирования // Государство и право, 2008, №2 С. 108-113.; и др.
[15] См.: Климов И.А. Оперативно-розыскная деятельность органов внутренних дел как процесс познания (проблемы теории и практики): Автореф. дисс. д-pa юрид. наук. — М, 1995; Удовыдченко М.А. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в расследовании преступлений (крими­налистический аспект): Автореф. дисс. канд. юрид. наук. — М., 1999; Иванов С.Н. Оперативно-розыскное обеспечение раскрытия и расследования групповых преступлений: Автореф. дисс. д-ра юрид. наук. — М., 2001; Глушков А.И. Оперативно-розыскное обеспечение предварительного рассле­дования и судебного разбирательства. — М., 2005.
[16] См.: Основы борьбы с организованной  преступностью. Монография / Под  ред.  В.С. Овчинского, В.Е. Эминова,  Н.П. Яблокова  — М.: «ИНФРА-М»,  1996. С. 158
[17] См.: Олейник А.Н. Тюремная субкультура в России: от повседневной жизни до государственной власти. – М.: ИНФРА-М, 2001. – С. 157.
[18] См.: Философский энциклопедический словарь / под. ред. Л.Ф. Ильичев, П.Н. Федосеев, С.М. Ковалев, В.Г. Панов – М.: Сов. Энциклопедия, 1983. С. 151.
[19] См.: Лафта Дж. К. Теория организации: учебное пособие. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2003. С. 8.
[20] См.: Березенко Л.А. Предупреждение формирования преступных групп и их криминальной деятельности в исправительных колониях. Дисс. канд. юрид. наук. Рязань, 2002. – С. 50.
[21]См.: Иванова Т.Ю. Теория организации: учебник / Т.Ю. Иванова, В.И. Приходько. – М.: КНОРУС, 2006. С. 140.
[22] См.: Этимологический словарь русского языка. – Ростов н/Д: «Феникс», 2004. С. 157.
[23] См.: Советский энциклопедический словарь  /  Гл. ред. А.М. Прохоров. 4-е изд. М., 1988. С. 1600.
[24] Толковый словарь русского языка С.И.Ожегова. 3-е издание, стереотипное. М., 1996.
[25] См.: Ушаков Д.Н. Большой толковый словарь современного русского языка. Изд-во «Буколика»; изд-во «РООССА». 2008. С. 618.
[26] См.: Зюков А.М., Пикин И.В. Проблемы исполнения наказаний в отношении иностранных граждан о лиц без гражданства. Владим. юрид. ин-т. – Владимир, 2008, С. 56-57.
[27] См.: Карташова Л.В., Никонова Т.В., Соломанидина Т.О. Организационное поведение: Учебник. – М.: ИНФРА-М, 2003. С. 6.
[28] См.: Гришин Д.А. Организация профессиональной подготовки сотрудников уголовно-исполнительной системы к действиям при чрезвычайных обстоятельствах. Дисс. … канд. юрид. наук. Рязань, 2005. С. 50
[29] См.: Мильнер  Б.З. Теория организации. М.: ИНФРА-М, 1999. С. 3.
[30] См. напр.: Карташова Л.В. Организационное поведение: Учебник.- М. ИНФРА-М, 2003.; Карташова Л.В., Никонова Т.В., Соломанидина Т.О. Указ. раб.: Иванова Т.Ю. Приходько В.И. Указ. раб.; Лафта Дж. К. Указ. раб.; Люттенс Ф. Организационное поведение. Пер. с англ. 7-е изд. – М.: ИНФРА-М, 1994.; Мильнер  Б.З. Указ. раб.; Организация управления в уголовно-исполнительной системе: Учеб. / Под. ред. Ю.Я. Чайки, Т 1-2, — Рязань, 2002.; Порешнев А.Г. Управление организацией.- М.: ИНФРА-М, 1999.; Смирнов Э.А. Основы теории организации. М.: ЮНИТИ, 1998.; Шеметов П.В. Теория организации: курс лекций / П.В. Шеметов, С.В. Петухова. – М.: Изд-во Омега-л, 2006. и др.
[31] Синергизм; синергия (греч. sinergeia) – большая эффективность образовавшейся в результате слияния компании по сравнению с ее  отдельными частями до объединения – цель любого слияния и поглощения. См. Экономический и юридический словарь / Под ред. А.Н. Азрииляна. – М.: Институт новой экономики, 2004. С. 808.
[32] «Черная зона» (жарг.) – исправительное учреждение, в котором существуют параллельные властные структуры криминальной оппозиции. Большинство осужденных в такой зоне придерживаются преступных обычаев и традиций. Более подробно о «красных» и «черных» зонах см. Тюрьмы и колонии России / Под ред. Г.Б. Мирзоева – М.: Лига Разум. 1998. – 319 с.
[33] «Красная зона» (жарг.) – исправительное учреждение, в котором развиты формальные организации осужденных направленные на сотрудничество с администрацией. Криминальная оппозиция в таких учреждениях проявляет себя слабо, либо отсутствует полностью.
[34] См.: Хлыстов А.Н. Противодействие проявлениям организованной преступности в местах лишения свободы (криминологический и уголовно-правовой аспект) Дисс. канд. юрид. наук Рязань. 2005 С. 54.
[35] «Воровской ход» (жарг.) – организационно сформированная структура криминальной оппозиции, имеющая связи как внутри исправительного учреждения, так и за его пределами.
[36] См.: Айдинян Р., Гилинский Я. Функциональная теория организации и организованная преступность // Организованная преступность в России: теория и реальность. Труды СПб ФИС РАН. 1998. № 4. С. 1-15.
[37]См.: Лафта Дж. К. Теория организации: Учеб. пособие. – М.: ТК Велби, изд-во Проспект, 2003.- С. 143.
[38] «Дорога» (жарг.) – нелегальный канал связи между исправительными учреждениями и волей. Организуется конспиративно. Зачастую с помощью подкупленных сотрудников исправительного учреждения. На жаргоне их называют «ноги», «гонцы», «курьеры».
[39] См., например: Шеметов П.В. Указ. раб.; Лафта Дж. К. Теория организации: Учеб пособие. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2003.
[40] Хохряков Г.Ф. Криминология: Учебник / Отв. ред. В.Н. Кудрявцев. – М.: Юрист, 2002. – 511с. С. 326.
[41] Качкаева Э. В больнице раненого деда Хасана охраняли 70 человек. Комсомольская правда. Москва, 17. 09. 2010. / электронный ресурс: http://kp.ru/daily/24559/734182/
[42] См.: Латфуллин Г.Р. Райченко А.В. Теория организации: Учебник для вузов. – СПб.: Питер, 2005. С. 119.
[43] См.: Щербина В.В. Социальные теории организации. М.: ИНФРА-М, 2001. С. 132-134.
[44] См. : Карташова Л.В., Никонова Т.В., Соломанидина Т.О. Указ. раб. С. 6.
[45] См.: Лафта Дж. К. Теория организации: Учеб. пособие. – М.: Велби, изд-во Проспект, 2003. С. 15.
[46] См.: Управление организацией / под ред. А.Г. Порешнева, З.П. Румянцевой, Н.А. Соломатина. М.: ИНФРА-М., 1999. С. 39-44.
[47]  См.: Латфуллин Г.Р., Райченко А.В. Теория организации: Учебник для вузов. – СПб.: Питер, 2005. С. 26.
[48] См.: Смирнов Э.А. Основы теории организации. М.: ЮНИТИ, 1998. С. 9-58.
[49] См.: Б.З. Мильнер  Теория организации. М.: ИНФРА-М, 1999. С. 12.
[50] «Босяцкий» (жарг.) – соответствующий обычаям и традициям преступной среды.
[51]  «По прошлой жизни» (жарг.) — т.е. по жизни на свободе, в СИЗО, других исправительных учреждениях.
[52] См.: Особо опасные лидеры в ИТУ и воспитательное воздействие на них / Под общ. ред. Ю.М. Антоняна. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. С. 6.
[53] Иванцов С.В. Личностные свойства лидеров организованных преступных формирований. «Юридическая психология», 2008, N 4.
54″>[54] «Разрулить» (жарг.) – уладить конфликт, найти взаимоприемлемое, компромиссное решение возникшей проблемы.
55″>[55] «Подняться в зону» (жарг.) – фактически согласиться отбывать наказание в конкретном исправительном учреждении.
56″>[56] «Сломать зону» (жарг.) – утвердить в ИУ; СИЗО неформальную власть криминальной оппозиции и добиться превалирования «понятий» над формальными нормами позитивного права.
[57] «Закрыться в ШИЗО» (жарг.) – прием, применяемый осужденными в целях собственной изоляции в ШИЗО-ПКТ от других осужденных содержащихся в исправительном учреждении. Заключается в умышленном, грубом и демонстративном нарушении режима отбывания наказания, совершаемом на виду у администрации учреждения. Мотивы такой самоизоляции могут быть различными: бегство от расправы со стороны других осужденных; нежелание отбывать наказание в данном учреждении и т.п.
[58] «Положенец» (жарг.) – кандидат на должность «вора»; лицо, оставленное «вором» вместо себя для  исполнения обязанностей по управлению криминальным сообществом на воле и  в местах лишения свободы.
[59] См.: П.А. Скобликов Нормы криминальной («воровской») субкультуры в урегулировании имущественных споров. / Вестник МВД России № 2-3 (55-56) С. 93-99.
[60] «Серая зона» (жарг.) – исправительное учреждение, в котором наряду с формальными организациями осужденных, существуют неформальные структуры криминальной оппозиции.
[61] См.: Выступление генерал-полковника внутренней службы Реймера А.А. на расширенном заседании коллегии ФСИН России 19 февраля 2010 года.
[62] «Мент» (жарг.) – сотрудник полиции, представитель администрации исправительного учреждения, следственного изолятора.
[63] См.: Особо опасные лидеры в ИТУ и воспитательное воздействие на них / Под общ. ред. Ю.М. Антоняна. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. С. 43.
[64] См.: Олешкевич В.И., Александров Ю.К. Указ. раб. С. 8.
[65] «Барыжничество» (жарг.) – скупка краденного, занятие бизнесом, организация нелегальной торговли, в том числе и в исправительных учреждениях.
[66] «Правильные взгляды» (жарг.) – мировоззрение, основанное на «понятиях».
[67] «Общаковые камеры» (жарг.)  – камеры, в которых заключенные придерживаются «понятий» и поддерживают криминальную оппозицию.
[68] «Обиженка» (жарг.) – камера, в которой содержатся т.н. «обиженные» или «опущенные».
[69]  «Греть» (жарг.) – оказывать материальную помощь.
[70] «Крытая», «крытка» (жарг.) – тюремный режим, тюрьма как вид исправительного учреждения.
[71] См. Воровской общак пополнит государственный бюджет. Официальный сайт ФСИН России. 23 сентября 2010 / /www.fsin.su
[72] «Коневод» (жарг.) – заключенный под стражу или осужденный ответственный за обеспечение межкамерной связи («дороги»).
[73] «Шнифтовой» (жарг.) — производное от другого жаргонного слова «шнифт» — глаз. Буквально означает человека наблюдающего за поведением тюремного надзирателя через дверной глазок.
[74] «Конь» (жарг.) — привязанная к нитке или бечевке и запаянная в целлофан записка, миниатюрная посылка, предназначенная для нелегальной пересылки из окна в окно или через канализацию в другую камеру. «Гонять коня» (жарг.) – пересылать из камеры в камеру по нитке или бечевке записки и миниатюрные посылки. Является нарушением правил изоляции и наказывается в дисциплинарном порядке.
[75] «Кормушка» (жарг.) – окно в двери камеры предназначенное для выдачи пищи.
[76] Миронов И.Б. Замурованные: Хроники кремлевского централа. М.: Вагриус, 2009. – 416 с. С. 281.
[77] «Курсует» (жарг.) – ставит в курс дела, сообщает, доводит до сведения.
[78] «Продол» (жарг.) – коридор следственного изолятора, тюрьмы, помещения камерного типа, куда непосредственно выходят двери камер.
[79] «Тормоза» (жарг.) – дверь камеры. «Морозить тормоза» — препятствовать открыванию двери камеры и заходу в камеру сотрудников администрации.
[80]  См.: Уголовная Россия. Тюрьмы и лагеря. Серия сборников документов и материалов с социологическим комментарием. Выпуск первый. Тюремный мир глазами политзаключенных. М.: Общественный центр «Содействие», 1993. С. 131.
[81] См.: Анисимков В.М. Тюремная община: «вехи» истории. Историко-публицистическое повествование. – 1993. – С. 50.
[82] См.: Выступление генерал-полковника внутренней службы Реймера А.А. на расширенном заседании коллегии ФСИН России 19 февраля 2010 года.
[83] См.: Олейник А.Н. Тюремная субкультура в России: от повседневной жизни до государственной власти. – М.: ИНФРА–М, 2001. – XIV, С. 107.
[84] См.: Методические рекомендации « О формах и методах развенчания лиц, причисляющих себя к «ворам в законе», и иных лидеров уголовно- преступной среды в ИТК / М.:ВНИИ МВД СССР, –1987. С. 8.
[85] См. Антонян Ю.М. Особо опасные лидеры в ИТУ и воспитательное воздействие на них / Под общ. ред. Ю.М. Антоняна. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989, С. 22-23.
[86] См.: Олейник А.Н. Указ. раб. С. 114-116.
[87] См.: Барабанов Н.П. Предупреждение и пресечение чрезвычайных ситуаций криминального характера в исправительных учреждениях: Монография. Рязань, 1999. Ч. 1. С. 87-89.
[88] См.: П.А. Скобликов Нормы криминальной («воровской») субкультуры в урегулировании имущественных споров. / Вестник МВД России № 2-3 (55-56) С. 93-99.
[89] Особо опасные лидеры в ИТУ и воспитательное воздействие на них / Под общ. ред. Ю.М. Антоняна. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. С. 24.
[90] См.: Березенко Л.А. Указ. раб. С. 35.
[91] См.: Козлова Н. Взяли «Кредит», Российская газета 28 11 2008 № 245 (4802) С. 3
[92] «Грев» (жарг.) – оказание материальной помощи осужденным и заключенным под стражу попавшим в трудное положение.
[93] П.А. Скобликов Указ. соч. С. 98.
[94] См.: Основы борьбы с организованной преступностью. Монография / Под ред. В.С. Овчинского, В.Э. Эминова, Н.П. Яблокова. – М.: «Инфра-М», 1996. С. 12.
[95] См.: Березенко Л.А. Указ. раб. С. 33.
[96] «Дорожник» (жарг.) – осужденный, имеющий нелегальную связь с сотрудником исправительного учреждения, который за вознаграждение поставляет ему запрещенные предметы.
[97] «Заявка с воли» (жарг.) – способ нелегальной доставки денег в исправительное учреждение. Осуществляется следующим образом. Осужденный отправляет на волю нелегальное письмо, в котором просит родственников (друзей) переслать (передать) деньги по определенному адресу человеку, пользующемуся правом входа на территорию исправительного учреждения. За это «курьеру» оплачивается заранее оговоренный процент с нелегально  занесенной в зону и переданной получателю суммы.
[98] «Общаковая заявка» (жарг.) – средства, предназначенные для пополнения «общака».
[99] Как показали нам экспертные вопросы осужденных «барыги» платят в «общак» до 20% полученной ими прибыли.
[100] См.: Бабаян С.Л. Указ. раб. С. 111.
[101] В среднем в «общак» вносится от 10 до 25% с выигрыша. Ставку устанавливает «смотрящий» за зоной.
[102] «Игровые» (жарг.) – лица, постоянно играющие в азартные игры. Как правило, относятся к категории «блатных». В отдельных случаях встречаются «игровые мужики».
[103] Отправить курсовую (жарг.) – уведомить, ввести в курс дела.
[104] Миронов И.Б. Замурованные: хроники Кремлевского централа / Иван Миронов. – М.: Вагриус, 2009. – 416 с. С. 220.
[105] «Включить счетчик» («поставить на счетчик») (жарг.) – установить процентную надбавку к основному долгу за каждый день просроченного платежа.
[106] «Рамс» (жарг.) – разновидность карточной игры; в другом значении «рамс» —  деликтный, спорный случай, требующий своего разрешения в соответствии с «понятиями».
[107] «Исполнитель» (жарг.) – профессиональный картежник.
[108] «Устряпаться» (жарг.) – попасть в какую-либо неприятную ситуацию. В данном случае проиграть в карты крупную сумму денег.
[109] «Промка» (жарг.); «промзона»– сокращенное от слова «промышленная зона». Под промзоной подразумевается часть исправительного учреждения, где располагается производство.
[110] «Спалили» (жарг.) – поймали с поличным.
[111] «Жует» (жарг.) – говорит, объясняет.
[112] «Поломать» (жарг.) – избить.
[113] «Кипишь» (жарг.) – шум, беспорядок.
[114] «Фуфлыжник» (жарг.) – человек не держащий своего слова. В преступной среде одна из наиболее презираемых категорий людей.
[115] «Ширпотреб» (жарг.) – изготавливаемые под контролем «смотрящего» за промзоной и с молчаливого согласия администрации различные поделки (выкидные, столовые и охотничьи ножи, нарды, шахматы, шкатулки, чеканки, картины, декоративные кухонные наборы и т.п.). Производство «ширпотреба» осуществляется нелегально и налогами со стороны государства не облагается.
[116] «Спросить» (жарг.) – потребовать объяснений, учинить физическую расправу.
[117] «Общаковский налог» (жарг.) – процент со сделки или с любого вида прибыли, отчисляемый в «общак».
[118] «Шушера» (жарг.) – неопрятные, беспринципные, не следящие за собой «мужики».
[119] «Опущенные по масти», «опущенные» (жарг.) – осужденные, подвергшиеся сексуальному насилию или его имитации за грубое нарушение неформальных тюремных норм – «понятий». В некоторых случаях бывают «опущенные по беспределу».
[120] «Пидоры по жизни» (жарг.) – пассивные гомосексуалисты.
[121] «Масть» (жарг.) – строго определенная категория осужденных в криминальной иерархии мест лишения свободы. Например: «воры», «мужики», «опущенные» и т.п.
[122] Шаламов В. Надгробное слово. // Воскрешение лиственницы: Рассказы. В 2 кн. Кн.2. М.: Худож. Лит., 1990. – 206 с. С. 12.
[123] «Иметь почву под ногами» (жарг.) – в данном случае под этим понимается обладание финансово-материальными возможностями и связями.
[124] «Спонсоры» (жарг.) — осужденные, обладающие лично или через родственников значительными финансовыми возможностями и коммерческими связями на воле. Как правило «спонсоры» не имеют какого-либо значимого авторитета и берутся «блатными» под свое покровительство из корыстных побуждений.
[125] См.: Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации от 19 августа1993 г., N 33, ст. 1316
[126] См.: Столбунов А. www.pravo.ru/news/view/33936/ «Нужны ли для гуманного обращения с осужденными экономические возможности?» 18. 11.2010 г.
[127] «Общаковая тумбочка» (жарг.) – специально выделенная для хранения «общаковых» средств тумбочка, находящаяся в жилом помещении отряда.
[128] «Точковка»; «точковать» (жарг.) – ведение учета, учитывать. Обычно точковка общаковых средств  осуществляется ответственным за «общак» осужденным и представляет собой письменный документ, в котором учитывается приход и расход «общаковых» средств. Если «общаковые» средства направляются за пределы исправительного учреждения, «точковка» следует вместе с ними. Она исполняет роль «накладной», по которой принимается и отпускается пересылаемый товар.
[129] «Греть БУР» (жарг.) – обеспечивать нелегальную доставку осужденным, содержащимся в ШИЗО-ПКТ запрещенных и сверхнормативных продуктов питания, табачных изделий, спиртных напитков, наркотиков и т.д. БУР (устар.) – барак усиленного режима. В настоящее время под БУРом понимаются штрафной изолятор (ШИЗО) и помещение камерного типа (ПКТ).
[130] «Путевая хата» (жарг.) – камера в которой содержаться осужденные, поддерживающие «воровские обычаи и традиции.
[131] «Загонять в зону» (жарг.) – нелегально доставить в исправительное учреждение.
[132] «Черный ход» (жарг.) – то же самое, что и «воровская постановка», «воровской» ход». Это выражение означает, что криминальная оппозиция в исправительном учреждении пользуется влиянием среди осужденных и осуществляет в их среде общее руководство.
[133] «Разбирать рамсы» (жарг.) – осуществлять функции третейского судьи в конфликтных ситуациях. «Рамс» — разновидность картежной игры. В другом значении слово «рамс» — конфликтная ситуация, какой-либо случай, требующий своего квалифицированного разрешения в соответствии с «понятиями».
[134] «Крест» (жарг.) – медицинское учреждение. В исправительном учреждении под словом «крест» обычно понимается помещение медчасти или больницы для осужденных. Существует выражение «упасть на крест» — лечь в медицинский стационар на лечение.
[135] «Перегонялись», «перегнать» (жарг.) – переправлять нелегальным путем.
[136] «Банщик» (жарг.) – заведующий банно–прачечным комплексом в исправительном учреждении.
[137] «Козлы» (жарг.) – осужденные, гласно сотрудничающие с администрацией и занимающие низовые административно-хозяйственные должности.
[138] «Встречи», «встретить» (жарг.) — оказать материальную поддержку вновь прибывшим в зону или освободившемуся из ШИЗО – ПКТ осужденному. Зачастую «встречи» носят характер застолья с распитием спиртных напитков, употребление наркотиков.
[139] «Стремщики» (жарг.) – лица, выставляемые в качестве дозорных при организации «сходок», картежных игр, «встреч» и т.д. «Стремщик» обязан предупредить об опасности условным сигналом.

Автор статьи: Кутякин С.А.

кандидат юридических наук, доцент

Академия ФСИН России

Май
27

«Воры» в местах лишения свободы (прошлое и настоящее)

воры в  местах лишения свободы

Наиболее многочисленную и устойчивую часть профессиональной преступности России в начале XX века составляли «воры». В данном случае слово «вор» указывало не только на криминальную специализацию преступника, но и на его принадлежность к определенному преступному сообществу, по законам которого он жил. Следует отметить, что «воровское» сообщество России издревле имело свою особую, четко регламентированную структуру. У каждого «вора» существовала своя «специальность», свои особые приемы. Каждая категория «воров» составляла отдельное сословие в преступном мире.

Профессиональные «воры» объединялись в настоящие корпорации, «воровские» общества. Как и всякое другое общество, они имели свой «устав», своих руководителей, проводили общие собрания для решения спорных и злободневных вопросов – «воровские» сходки. Каждый член этого профессионального союза был обязан руководствоваться интересами общества и не нарушать его законов. Самое главное, что сила организации профессиональных «воров» скреплялась, как это не парадоксально звучит, силой их нравственности. У них всегда существовало, и существует до сих пор, свое, пусть и искаженное с точки зрения остального общества, понятие о нравственности.

«Воры» не расценивали свою профессию как что-либо безнравственное, потому что это было их ремесло, их образ жизни. Они смотрели на это сугубо с рационалистических позиций и не испытывали после совершения кражи каких-либо нравственных страданий. Воры, мошенники и аферисты, как это ни смешно, особенно заботятся о своем благородстве, которое считают выше простой житейской чести. Конечно, понятие о благородстве у них условное.

И потому, если карманник, вор-специалист похищает бумажник из карманов, это не доказывает, что вы должны бояться ночевать с ним в одной комнате, чтобы он вас не обокрал. Или не играть с ним в карты из опасения, что он вам не заплатит, или, если он вам что-либо пообещает, то не исполнит обещания, думая, что если человек способен на кражу, то он уже способен на всякий бесчестный поступок.

воры в  местах лишения свободы

Такой взгляд будет узким, односторонним и неправильным. В противном случае преступный мир не мог бы существовать при такой организации, какую он имеет, в нем не было бы силы и сплоченности. Обучение молодых и начинающих «воров» премудростям их профессии осуществлялось «ворами» со стажем, которые стали в своем деле «профессионалами». Обучение шло и на воле и в тюрьме. Обучение в тюрьме было менее опасным, потому что за плохо выполненное задание ученику не угрожало уголовное преследование. Вместе с тем, тюрьма являлась уникальным кладезем криминального опыта, которым осужденные неизменно делились друг с другом, повышая, таким образом, свою квалификацию.

В этой связи на жаргоне преступников тюрьма именовалась «академией». Процесс приобщения молодежи к вступлению в семью «воров» был тщательно продуман. Обучением новичков занимался наиболее опытный «вор», называвшийся на жаргоне того времени «козлятник». Для кандидатов устанавливался стаж не менее трех лет. За это время человек постигал тайны своего ремесла, всесторонне изучался и проверялся на предмет соответствия «воровской» профессии и членства в «воровской» общине. После обучения и проверки «достойные» кандидаты принимали на «воровской» сходке «присягу» и становились общепризнанными «ворами».

Хорошо сплоченное организационно и имевшее крепкую неформальную нормативную основу профессиональное сообщество «воров» переняло от «бродяг» бразды правления тюремной общиной. Вместе с властью «воры» переняли у «бродяг» и законы, по которым они жили, в значительной степени усовершенствовав их законами своей «воровской» общины.

воры в  местах лишения свободы

Одним из главных установлений «воровского» кодекса чести являлось запрещение «ворам» трудиться. Согласно неписаным правилам «воровской» общины они обязаны были жить на доходы от своего преступного ремесла и вести праздный образ жизни. Особые отношения складывались между «воровской» общиной и остальным обществом. Ввиду закрытости и нелегальности «воровского» сообщества, его членам категорически запрещалось участвовать в общественной жизни. Вообще все контакты членов «воровского» сообщества с иным миром, за исключением профессиональных, должны были быть сведены к минимуму.

Таким способом «воровское» сообщество соблюдало свою конспирацию и обеспечивало защиту от посвящения в свою деятельность посторонних людей, в том числе и осведомителей правоохранительных органов. Большинство неписаных норм «воровского» закона диктовалось соображениями безопасности общины. К их числу следует отнести запрет иметь официальную семью. До тех пор, пока кандидат в «воры» не отказывался от родных, его не принимали в «воровское» сообщество, потому что поддержание связи с семьей могло привести к аресту «вора», а за ним и его сообщников. «Ворам» запрещалось служить в армии, состоять в общественных организациях. «Воровская» этика под страхом смерти запрещала подводить, выдавать, красть у других «воров», наносить побои и оскорбления, угрожать своим собратьям.

Контроль за соблюдением этих правил, прием нового поколения в свои ряды, разрешение конфликтов и споров, установление новых законов и осуществление функций суда над «ворами», допустившими нарушение «воровского» кодекса чести, возлагался на «воровскую» сходку, на которую были обязаны явиться все «воры» общины. Сходка объявлялась и собиралась по инициативе любого из них. Для решения особо важных вопросов, носивших межрегиональный характер, или касающихся всех «воров» без исключения, созывались «воровские» съезды представителей различных «воровских» общин.

Обладая непререкаемым авторитетом в преступном мире «воровская» элита завладела властью не только в местах лишения свободы, но и за их пределами. Следует особо отметить тот факт, что 20-е 30-е годы ХХ в. стали ключевым моментом истории развития феномена «воры». С этого периода преступное ремесло для них начинает постепенно отходить на второй план. Оно уступает место их новой общественной функции в преступном сообществе, которую можно охарактеризовать как криминальный менеджмент.


Начиная с первой половины XX в., слово «вор» обрело двоякий смысл. Традиционно под ним понимался любой человек, что-либо укравший. Профессиональные преступники вкладывали в него иной смысл. «Вор» в их понятии — это, прежде всего, полноправный член «воровской» общины, живущий по ее законам и понятиям. В то время «законным» считался любой вор. Только совершив проступок, несовместимый с «воровской» этикой, он мог быть «приземлен» другими ворами и переставал считаться таковым в преступном мире. Так, со временем, слово «вор» приобрело терминологическое значение. Постепенно и в общественном сознании слово «вор» укоренилось как синоним главаря профессиональной преступности.

Остальные осужденные за кражу личной или хищение государственной собственности назывались презрительно «сталинскими ворами». Вот как «воры» сами объясняли понятие «сталинский вор»: «Сталинский вор» — это кто крадет с голоду, не умеючи, не как настоящий человек, настоящий цвет, который, как говорится, преступный мир.… Вот это и есть «сталинские воры» — жлобы, сор, шкодники. Честный «вор» на таких и плюнуть не схочет…». Высокий уровень самоорганизации «воровской» общины явился определяющим фактором того, что, в борьбе за лидерство в местах лишения свободы между «жиганами» и «ворами» победили последние.

Вместе с тем, «идейная» платформа, на которую опирались «жиганы», была по своему, перенята «ворами» и использована ими в идеологическом обосновании противоправной деятельности своей общины, в том числе и в местах заключения. «Воры» объявили себя «идейными» преступниками, стоящими на принципиально разных позициях с идеями государства и общества.

воры в  местах лишения свободы

Уже в первые годы советской власти в стране начинают создаваться концентрационные лагеря, которые впоследствии были переименованы в исправительно-трудовые. Попадая туда «воры», как и другие заключенные, сталкивались со спецификой лагерной жизни. Жизнь в лагере заметно отличалась от тюремной. Свобода передвижения, отсутствие зловонной параши, решеток, дверных запоров, духоты тесной и грязной камеры компенсировались тем, что в лагере заключенным приходилось каждый день не просто приходить на работу, а на работу физически тяжелую, с обязательным для каждого выполнением нормы выработки. Содержание лагеря и администрации, при полном составе заключенных, должно было окупаться трудом заключенных.

Добавку к котловому довольствию можно было получить только в посылке или передаче. Но у «вора» не было семьи и посылку ждать было не от кого. Можно было отовариться в ларьке, но для этого требовалось выполнять норму выработки, а «вор», по законам общины, не имеет права работать. Казалось бы, что ситуация для «воров» складывается тупиковая. Однако и в этих условиях присущие «ворам» хитрость и изобретательность, а так же их сплоченность и авторитет перед другими осужденными позволяют им выжить.

Кто-то зарабатывал себе на жизнь игрой в карты и другие азартные игры. Иные принимались различными способами выманивать, а иногда и просто отнимать продукты питания, вещи и иные материальные ценности у «фраеров». По свидетельству В. Фрида «вор» в тюрьме имел право отобрать у «фраера» половину передачи. Пользуясь слабостью режима и надзора, а также коррумпированностью отдельных сотрудников администрации «воры» и руководимые ими заключенные входили в сделку с администрацией и уходили на ночь на «работу» за пределы лагеря. Совершив кражу и сбыв награбленное, они под утро возвращались в лагерь, обеспечив себе безбедное существование.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Особые отношения в лагерях складывались у «воров» с бригадирами. На общих работах бригадир расставляет людей и проверяет их работу. Сам бригадир физически не работает, но официально числится работающим. «Интересно, что чаще всего такие бригадиры получаются из блатных, то бишь люмпен-пролетариев». За каждую отработанную смену бригадир составляет подробный отчет. От его умения составить отчет о выполненной работе зависит питание бригады. Бригадир мог «натянуть» норму, то есть подвести исполненную работу под более высокую норму.

Бригадир должен был уметь «…не только приказывать на работе, но и эту работу организовать, да еще ладить с нормировщиками, конторой, начальством разнообразным, дать взятку, уговорить». До 1937 года должность бригадира была выборной, и ее часто занимали ставленники «воров». Такие бригадиры искусственно приписывали норму выработки неработающим «ворам», отбирая при этом нормо-часы у остальных членов бригады. От выполнения нормы зависело качество питания («пайка») осужденного. Качество питания напрямую влияло на продолжительность жизни. Фактически «воры» руками таких бригадиров грабили других осужденных, приписывая себе их нормо-часы и получая за это их «пайку».

«Бригадир-блатарь — это худшее, что могло случиться с бригадой» . После 1937 года бригадир стал назначаться администрацией. «Воры», используя различные ухищрения, «проталкивали» на эту должность «своего» человека или же, путем угроз физической расправой, запугивали бригадира, чтобы он приписывал им норму выработки, позволявшую получать продовольственный паек высшего разряда. Следует сказать, что «вора», ставшего бригадиром или же работающего и выполняющего норму выработки ортодоксальные, «воры» переставали считать таковым и объявляли «сукой».

воры в  местах лишения свободы

Условия содержания в исправительно-трудовых лагерях были таковы, что позволяли «ворам» не только собирать сходки в пределах лагеря, но и проводить общие собрания «воров» в рамках управления, на которых присутствовали представители от всех лагерей. Как правило, для этого использовались официальные мероприятия с участием заключенных (съезды ударников труда, обучающие курсы и т.д.) проводимые в масштабах управления исправительно-трудовых лагерей.

На таких съездах «ворами» обсуждались текущие вопросы, вырабатывались правила поведения в условиях изменяющихся общественных отношений и действий администрации, определялась политическая стратегия «воровской» общины. «Воровское» сообщество обязывало своих членов прилагать все силы для установления в лагерях порядков, выгодных «ворам».

Если в лагере приходили к власти иные, не «воровские» группировки осужденных, «воры» этого лагеря отвечали за фактическую утрату власти перед «воровской» сходкой. Необходимо сказать, что 30-е годы XX века ознаменованы периодом «расцвета воровской общины» именно в исправительно-трудовых лагерях. В это же время в тюремно-лагерной лексике появляется слово «блатной», которое является синонимом слова «вор».

Блатной признает один лишь воровской закон и отвергает все прочие законы. Он презирает всех не блатных, в том числе и уголовников. Все они рассматриваются как дичь, на которую у блатного неограниченное право охотиться. По старой традиции, однако, блатной не нападает на одинокую женщину с ребенком или, находясь в заключении, не отнимет пайку (но только пайку) у другого заключенного, пусть даже фраера.

В конце 40-х годов ХХ века «воровской» закон окончательно перестает быть «внутренним» законом «воровской» общины. Нормы этого закона теперь распространяются на всех осужденных и носят императивный характер. Подтверждением этому служат воспоминания осужденного Пайкова Ильи Михайловича отбывавшего наказание в одном из лагерей Вятлага в суровые послевоенные годы.

«В 1948 году 5 марта вышел дополнительный указ воровского закона для заключенных, кои содержатся в местах заключения Советского Союза:

1. Каждый заключенный обязан из своей зарплаты вносить в воровскую кассу 25%.
2. Каждый заключенный, получающий от родственников посылки и денежные переводы, обязан приносить ворам 50%.
3. Заключенные, имеющие шерстяные личные вещи, по первому требованию должен отдать ворам.
4. Из продуктов, кои завозят на кухню для всего ОЛП, заведующий и повара обязаны самое лучшее отдавать ворам.
5. Заключенные врачи и фельдшера обязаны выделять для воров медикаменты, в коих содержатся наркотики.
6. Все заключенные должны безоговорочно выполнять любое требование воров.
7. В случае неподчинения воровскому закону главари приговариваются к смертной казни».

воры в  местах лишения свободы

Именно в этот период, как пишет В.М. Анисимков: «Увеличение числа «авторитетов» в местах заключения привело к тому, что «общие кассы» перестали справляться со своими функциями. Вследствие чего «воры» резко повысили размер взимаемой с заключенных «дани» с 1/3 до 2/3 заработка». Этот закон больше всего ударил по основной массе тюремно-лагерного населения, которую составляли так называемые «мужики». В этой связи в некоторых исправительно-трудовых лагерях произошли открытые выступления «мужиков» против «воров». Отдельные группировки «мужиков» встали на путь активного противодействия «ворам» и их законам.

В лагерях начались массовые беспорядки, поджоги. Начальники многих лагерных пунктов стали обращаться в высшие инстанции с просьбой прислать им специальные группы наиболее авторитетных «воров» для наведения порядка. Однако, этот, казалось бы простой и эффективный способ «утихомирить зону», используя властный ресурс «воров», таил в себе немало опасностей.

Во-первых, администрация отдавала власть в лагере на откуп «ворам».

Во-вторых, авторитет «воров» и их законов, после этого, неизмеримо вырастал. В-третьих, это, казалось бы, взаимовыгодное сотрудничество со временем неизбежно приводило к тому, что «воры» из объекта управления превращались в его субъект и уже сами начинали диктовать свои условия администрации. Впоследствии такая «управленческая» практика привела к тому, что в местах лишения свободы «власть на какое-то время оказалась парализованной, передав уголовному миру лагерные зоны целиком под начало» .

Так, например в одном из лагерных пунктов Каргопольлага в марте 1954 года организовалась «бандитская группа». Несмотря на просьбы администрации лагпункта к руководству ИТЛ оказать помощь по ликвидации этой банды, меры не были приняты. В результате бандиты стали диктовать свои условия лагерной администрации. Под угрозой расправы они требовали от начальника лагпункта различные продукты, в том числе для варения самогона, и требования этих бандитов удовлетворялись. Такое положение в лагерном пункте продолжалось свыше трех месяцев. Описываемый нами период характерен так же и тем, что вследствие тяжелых условий отбывания наказания и целенаправленных репрессий, а также совершения поступков несовместимых со званием «честного урки» , многие «воры» не выдерживали испытаний выпавших на их долю и изменяли «воровскому» закону, то есть «ссучивались».

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

«Сука — существо презираемое и ненавидимое законными ворами. Он ссучился, т.е., изменил воровскому закону и пошел в услужение лагерному начальству: согласен быть комендантом зоны, заведовать буром — бараком усиленного режима, внутрилагерной тюрьмой; даже дневальным у «кума», оперуполномоченного, согласен стать». Несмотря на это «суки» продолжали себя считать «ворами» и придерживались «воровских законов», за исключением запрета на сотрудничество с администрацией лагеря. «Суки» по «воровскому» закону подлежали истреблению, что и осуществлялось на практике. Однако вследствие массовости этого явления стали появляться зоны и даже целые управления, где среди уголовников властвовали «суки», которые в свою очередь начали истреблять «воров». При этом «суки» преследовали цель «путем страшных мучений подчинить врага своей идее, заставить отказаться от своего прошлого, встать на сторону «сук».

Подчинившийся воле «сук» «вор» жал им руку и закреплял свой переход целованием ножа и немедленным участием в трюмиловке недавних товарищей. В этой связи «суки» становятся ближайшими помощниками администрации лагерей в борьбе с «честными ворами». Великая Отечественная война пополнила численность «сук» бывшими «ворами», призванными из лагерей на фронт. «Воровской закон» запрещал любое сотрудничество с государством, в том числе и военную службу. Ушедшие на фронт «воры» автоматически становились в глазах их товарищей в лагерях «ссученными». По их мнению, они ничем не отличались от охранявших их «вертухаев» . Ведь и те и другие дали присягу, надели форму и служили государству с оружием в руках.

В начале 50-х годов XX века война между «суками» и «ворами», вошедшая в историю Гулага под названием «сучьей войны», вышла за пределы мест лишения свободы. Так, например, в августе 1953 года в Чаун-Чукотском горнопромышленном управлении и лагерях Дальстроя, когда после амнистии началось массовое освобождение заключенных, среди освобожденных началась резня. По воспоминаниям очевидцев «в конце августа человек 20 воров, вооруженных ножами и пиками, к определенному часу съехались из разных мест, отстоящих в километрах до 80, на автомашинах, управляемых такими же ворами, в центральный поселок Певек для полного физического уничтожения проживающих здесь «сук». Потребовалось вмешательство всех вооруженных сил поселка с автоматами, чтобы не допустить намеченной «Варфоломеевской ночи» и разогнать приехавших бандитов».

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

В итоге «сучьей войны», длившейся в лагерях несколько лет, «воровское» сообщество все же сумело справиться со своими противниками, правда, не без помощи других уголовников. Осознав, что в одиночку им эту «войну» не выиграть, «воры» кардинально изменили свою политику как к администрации, так и к основному лагерному населению – «мужикам». С этих пор «воровские законы» предписывают не ссориться с начальством и защищать «мужика» от несправедливых притеснений.

Так, на «воровской» сходке проходившей на прииске Красноармейский в поселке Певек Магаданской области в августе 1953 года были приняты буквально следующие решения:

1. Входить в доверие начальства.
2. Мужиков, кухню не обжимать. Мужики, видя, что мы их защита от другого мира, где жмут, встанут стеной за нас и любые невзгоды не страшны за мужиком.
3. Пресекать шкодников в лагере, на поселке не воровать.
4. Ни одного случая трюмиловки со смертельным исходом.

Принятие этого «закона» позволило «ворам» не только привлечь на свою сторону большинство лагерного населения, но и выставить себя в глазах администрации поборниками дисциплины и порядка в лагере. С этого момента «мужики», поддержавшие «воров» в войне с «суками», стали их ближайшими помощниками и продвинулись вверх по иерархической лестнице преступного мира.
Все это, по свидетельству очевидцев тех событий, привело к тому, что в лагерях чрезвычайно усилились и организовались группы «воров». Они поддерживали устойчивую связь между своими «членами» не только в лагерях, но и на свободе . Созданная «ворами» криминальная инфраструктура, уже к первой половине 50-х годов XX века буквально пронизывала всю уголовно-исполнительную систему СССР.

Жестокие репрессии помогали сдерживать и даже значительно уменьшать количественный состав «воровской» общины. Однако мерами карательного воздействия было невозможно победить ее идеологическую, моральную и нравственную природу. Тем не менее, государство, в своей борьбе с «ворами» и их законами, продолжало делать ставку на силовые методы, вплоть до физического уничтожения наиболее социально-опасных лидеров преступного мира. С целью самосохранения многие из «воров» просто перестали себя афишировать и перед администрацией, и перед другими осужденными как таковые. Несмотря на это, ядро «воровской» общины сохранилось и ушло в «подполье», а «воровская идея» продолжала жить и приносить свои плоды в преступной среде.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Период относительного затишья деятельности «воровских» группировок в исправительно-трудовых учреждениях продолжался до начала 80-х годов XX века. К началу 80-х годов в местах лишения свободы в среде осужденных происходит активное возрождение и распространение «во¬ровских» традиций и обычаев. Причинами этого явились: падение общественных нравов доживающего последние годы Советского государства; значительно возросший уровень коррупции и организованной преступности в сфере экономики, постепенная либерализация уголовной политики.

«Экономическая организованная преступность стимулировала уголовную, когда «воры в законе» стали «трясти» «цеховиков», а в ряде случаев консолидироваться с ними». Именно в этот период появляется устойчивая связь между «ворами», деятелями теневой экономики, государственными чиновниками и партийными функционерами. В тоже время, в ряде ИТУ недостаточно компетентные и согласованные действия сотрудников приводят к созданию условий для функционирования в них криминальных лидеров и возглавляемых ими группировок с ярко выраженной антиобщественной направленностью.

Их противоправная деятельность выражается:

- в конспирируемом, а в ряде случаев и открытом противодействии администрации мест лишения свободы, проводимых ею режимных и воспитательных мероприятиях;
- в насаждении идеологии и норм поведения преступной среды; враждебном, конфликтном отношении к положительной части осужденных, в стремлении подчинить своему влиянию основную массу преступников;
- в вовлечении в противоправную деятельность осужденных молодежного возраста, совершении связанных с этим преступлений и правонарушений;
- в стремлении улучшить для себя условия отбывания наказания за счет притеснений, поборов, присвоения результатов чужого труда, получения запрещенных предметов и веществ.

Учитывая создавшуюся обстановку в исправительно-трудовых учреждениях, 13 сентября 1983 года законодатель дополнил УК РСФСР статьей 183 «Злостное неповиновение законным требованиям администрации исправительно-трудовых учрежде¬ний». Привлечение к уголовной ответственности по данной статье было связано с предварительным привлечением виновного в течение года к дис-циплинарной ответственности в виде перевода в помещение камерного ти-па, одиночную камеру. Данные изменения в уголовном законодательстве увеличивали карательный потенциал в исправительном воздействии и тем самым еще более настраивали осужденных против администрации исправительных учреждений.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Процесс демократизации общества, новая экономическая политика СССР конца 80-х начала 90-х годов XX века отразились и на содержании «воровских» законов. В этот период лидеры сообщества, приняли решение об участии в коммерческой деятельности, приватизации собственности, рациональном использовании средств «общака», организации коммерческих банков и финансовых групп. Окончательно узаконивается прием в сообщество лиц, по своим формальным критериям, не соответствующих званию «вора», однако могущих принести сообществу материальную либо иную выгоду. Подобное характерно для республик Закавказья и Средней Азии. Здесь впервые становятся известными случаи приобретения звание «вора» за деньги. Присваивая высший «воровской» титул «воры» руководствуются соображениями «полезности» для уголовной среды, преследуя лишь корыстные цели, не принимая во внимание традиционные установки.

Вместе с тем главный критерий – преданность «воровскому» сообществу, остается обязательным. Сообщество «воров» все более тесно смыкается с организованной преступностью в сфере экономики. Экономика очень тесно связана с политикой. Интересы «воровских» общин начинают лоббироваться коррумпированными депутатами и чиновниками на всех уровнях законодательной и исполнительной власти. «Воры в законе», «цеховики» и продажная бюрократия нашли друг друга в организованной преступности». Новый «воровской» закон разрешает устанавливать контакты с сотрудниками правоохранительных органов. В преступной среде «ворами» выдвигается лозунг: «На подкуп работников правоохранительных органов денег не жалеть». В этих целях все чаще начинают использоваться средства «общака». «Воровские» директивы («постановочные письма» ) рассылаются тюремной почтой в качестве программы действий всех осужденных, поддерживающих политику «воров». Как правило, такие письма подписываются не одним, а группой «воров».


Большое внимание в этих письмах уделяется привлечению в сообщество молодежи. Вовлечение новых участников в преступные группировки осуществляется на основе постепенного привлечения их к противоправной деятельности, оказания им существенной материальной помощи для ведения паразитического образа жизни, демонстрации материального могущества «воров» и их «исключительной» способности уклоняться от ответственности за содеянное. Находящиеся на свободе «воры» и «авторитеты» предпринимают активные действия по объединению своих усилий с такой же категорией лиц в местах лишения свободы. Они оказывают им материальную и иную помощь, содействуют расшатыванию системы исправительно-трудового воздействия на осужденных к лишению свободы. При этом «воры» преследуют цель создания наиболее благоприятных условий отбывания ими уголовного наказания. Для достижения этой цели «воры» применяют самые разнообразные ухищрения, включая подкуп, шантаж и запугивание должностных лиц правоохранительных органов.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

«Воры», являясь активными проводниками «воровской» идеологии, в ее основу вкладывают гуманные цели: справедливое наказание виновных; помощь лицам, отбывавшим дисциплинарные наказания в штрафных изоляторах и помещениях камерного типа; оказание материальной помощи малоимущим и нуждающимся осужденным и заключенным под стражу; урегулирование конфликтов между членами тюремной общины.

В исправительно-трудовых учреждениях того периода «воры» создают структурные образования называемые «блаткомитетами» или «пятерками».
А.И. Гуров приводит следующую модель такой «пятерки»:

1. «Вор в законе» – единоличный лидер, имеющий в своем окружении осужденных с разными ролевыми функциями.
2. Хранитель общей кассы – он также имеет доверенных лиц, отвечающих за сбор «общака» в отрядах.
3. Телохранитель – лицо, обеспечивающее безопасность «вора в законе» и всей его «пятерки».
4. «Советник» – лицо, хорошо ориентирующееся во внутренних вопросах ИТУ, помогающее «вору в законе» советами при решении спорных вопросов, с которыми к нему обращаются «рядовые» осужденные.
5. «Ученик» – кандидат на «вора в законе», проходящий стажировку у лидера по всем вопросам воровской жизни на случай замены».

Другой исследователь криминальной среды того периода Н.Г. Шурухнов приходит к выводу о том, что сами «воры в законе» стараются не нарушать требования режима отбывания наказания, идут на контакт с администрацией ИТУ, в отдельных случаях предлагают ей определенные услуги, связанные с выполнением производственного плана, наведением должного порядка, недопущением тяжких преступлений и др. Однако делают они это с конкретными умыслом: иметь реальные возможности управления исправительно-трудовым учреждением. При этом «воры в законе» являются жесткой оппозицией администрации мест лишения свободы, имеют устойчивую антиобщественную жизненную установку, сложившееся мировоззрение, свою философию жизни».

Наиболее значимо лидирующая роль воров проявляется в условиях тюрем, куда их изолируют от основной массы осужденных за злостное нарушение режима отбывания уголовного наказания. Строгая изоляция, жесткость режимных предписаний, значительная доля осужденных, обладающих «богатым» преступным опытом и соблюдающих преступные обычаи и традиции создают в тюрьме особую психологическую атмосферу, которую умело, используют «воры». Они организуют нелегальную помощь лицам, содержащимся в карцере, выдвигают «справедливые» требования к администрации по облегчению условий содержания осужденных, принимают меры к выявлению негласных сотрудников среди осужденных и наказанию лиц, нарушивших «нормы арестантской жизни», оказанию содействия семьям осужденных и т. п..

Указанные действия немедленно рекламируются посредством «воровской почты» и доведения информации об этом до всех осужденных. Осужденные, передающие информацию от «воров», отвечают за ее доставку и целостность по всей строгости «арестантских норм». В значительной мере, таким образом, обеспечивается авторитет «вора». В свою очередь это позволяет ему выступать в роли «верховного судьи» при разрешении возникающих конфликтов между отбывающими наказание в тюрьме, управлять средой осужденных и сплачивать ее вокруг себя.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

В советские времена «ворами» были заложены основы и традиции руководства и управления в преступном мире и, в первую очередь, в местах лишения свободы. «Воры» стали крайне влиятельными фигурами в советской преступной среде. Сам факт их пребывания в местах лишения свободы, возведенный в культ, давал им рычаги поддержания собственного авторитета, как на свободе, так и в местах заключения. «Воры» разрешали споры и направляли деятельность подпольного мира, обеспечивая управление и порядок в среде, которую большинство людей считает неуправляемой.

Огромное влияние на развитие «воровского сообщества» оказали политические, экономические и социальные преобразования, произошедшие в нашем государстве в результате распада СССР. Наступивший в стране политический хаос приводит к экономической разрухе. Следствием этого является небывалый «криминальный взрыв» в обществе. «Воры» чутко реагируют на складывающуюся в стране ситуацию и извлекают из нее немалую выгоду. Вот цитата из личной переписки «воров» того периода: « … Ситуация сегодня в наших руках … или мы сломаем эту зону, или пусть ее вообще не существует в воровском списке. Помните, что было сказано в Тобольской тюрьме, нужно пользоваться ситуацией в стране, им сейчас не до нас, другие проблемы. В Союзе кризис.

На таких, как мы, делают ставку люди, что в оппозиции правительству. Они тоже в высшем аппарате» . Легализация многих сфер ранее запрещенного и потому подпольного бизнеса приводит к тому, что «воры» теперь уже открыто выполняют роль арбитров при разрешении споров хозяйствующих субъектов. «Очень многие бизнесмены Москвы и Московской области не видели для себя другого спасителя, кроме «вора в законе» Савоськи. Он правил суд скорый и справедливый» . Нет ничего удивительного в том, что накопленный «ворами» опыт и традиции криминального менеджмента был привнесен в деятельность новой экономической и политической систем.

Характеризуя современное состояние деятельности «воров» в уголовно-исполнительной системе России, следует отметить не только все возрастающую их активность, но и стремление к созданию в местах лишения свободы организованных структур неформальной власти. В первую очередь сюда следует отнести созданный и управляемый «ворами» институт «смотрящих». Как пишет В.М. Анисимков: «Носители пенитенциарной субкультуры и традиционные авторитеты преступного мира стали делегировать свои «права» осужденным, проверенным в криминальной среде, – «смотрящим» для осуществления субкультурных функций в исправительных колониях строгого, усиленного и общего видов режима».

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

По некоторым данным, система «смотрящих» за исправительными учреждениями и следственными изоляторами зародилась в Краснодарском крае в середине 80-х годов ХХ века и оказалась очень эффективной управленческой структурой. Она практически парализовала деятельность низовой администрации из числа осужденных, назначаемых руководством колонии. Достаточно отметить, что бригада, несмотря на указания мастера и бригадира, не приступала к работе до тех пор, пока команду не продублирует «смотрящий». В обязанности «смотрящих» также входит выявление осужденных, оказывающих негласное содействие администрации. У каждого «смотрящего» имеется целый штат помощников из числа лиц придерживающихся «воровских» законов. Являясь руководителями и идейными вдохновителями созданной ими организации власти, современные «воры» посредством института «смотрящих» активно управляют неформальными процессами, происходящими в исправительных учреждениях. Как полагают отдельные исследователи уголовно-исполнительной системы России: « … воровской мир всегда старается послать на зону «смотрящего» – своего представителя, который уже как бы «легитимно» будет следить за тем, чтобы зеки соблюдали тюремный закон и «воровские наказы».

Необходимо отметить, что, являясь частью современного общества, а скорее, его параллельной реальностью, сообщество «воров» в своем развитии очень быстро приспосабливается к любым изменениям, происходящим в общественной и экономической жизни государства. В этой связи, «воровской» закон, как впрочем, и нормы позитивного права, требует постоянного обновления, дополнения и корректировки с целью адекватного воздействия на динамично развивающуюся многокрасочную палитру общественных отношений, в том числе, и в преступной среде. Следует подчеркнуть, что содержание «закона воровского мира» постоянно приспосабливается к той общественно-политической и социально-экономической обстановке которая складывается в тот или иной период исторического развития государства и общества, а также к условиям функционирования мест лишения свободы. Ярким подтверждением этому служит тот факт, что до 70-х годов ХХ века «воровская» идеология не предполагала извлечения экономической выгоды из денег и имущества, полученных преступным путем.

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Скорее наоборот – часть украденного полагалось отдать «на общак», а остальное с шиком пропить и прогулять, не забыв при этом угостить «с удачи» своих «корешков». «Грабь богатых, но при этом не становись богатым сам» — вот одна из посылок «воровской» идеологии того периода. У «воров» существовал моральный запрет на личное обогащение за счет украденного. И уж тем более, не допустимо было заниматься бизнесом, делать деньги из денег, иначе говоря «барыжничать» . Однако, пройдя множество зон, «крытых», этапов, БУРов , карцеров и изоляторов, испытав немало лишений и пережив испытание голодом, «воры» не предполагали, что придет другое время и уже в условиях свободы им придется пережить новое, разлагающее их «воровской дух» испытание сытостью и достатком, роскошью и комфортом. Многие этого испытания выдержать не смогли. Жажда наживы и желание жить «красиво» пересилили старую «воровскую» мораль, отодвинув романтический образ «вора – бессеребренника» далеко в прошлое.

По данным оперативно-розыскной деятельности уже в первые годы реформ (1988-1990гг.) 20% «воров» и других «авторитетов» преступного мира вложили имеющиеся у них денежные средства в кооперативные структуры. Экспортно-импортные операции, легальная предпринимательская деятельность служат для них удобным прикрытием для совершения крупномасштабных махинаций с присвоением неконтролируемой прибыли, большая часть которой оседает на счетах в иностранных банках, способствует «отмыванию» преступно нажитых капиталов.

«Воры» ясно осознали тот факт, что находиться на вершине власти современного криминального сообщества, можно лишь располагая определенными финансовыми ресурсами. С этого момента занятие преступным бизнесом и легализация полученных от него средств становятся основным направлением деятельности «воровского» сообщества России, в том числе и в местах лишения свободы. Следует сказать, что некоторые, наиболее ортодоксальные «воры» попытались воспротивиться отступлению от одного из основополагающих принципов «воровского права». «Процесс «капитализации» преступного мира встретил сопротивление приверженцев старых воровских традиций». Однако это не оказало существенного влияния на общую тенденцию постепенного вхождения «воровского» сообщества в структуру криминального бизнеса и занятия в нем лидирующих позиций.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

В настоящее время «воры» стремятся активизировать свое влияние на органы власти, в том числе правоохранительные органы и, в первую очередь, исправительные учреждения ФСИН России. В основном это обусловлено тем, что «воры» продолжают рассматривать места лишения свободы как свою законную территорию, где они являются полноправными неформальными хозяевами. Для этого привлекаются значительные денежные средства, добытые преступным путем. «Воры» обладают широкими межрегиональными коррумпированными связями на свободе и в местах лишения свободы.

Они направляют свои усилия на консолидацию противоправной деятельности лиц, заключенных под стражу и осужденных, установление контроля над сообществом осужденных, что в значительной степени обусловливает активизацию противодействия администрации мест лишения свободы. Как показывает практика, именно эти лица в целях ослабления установленного законом режима отбывания наказания организовывают акции неповиновения осужденных и подследственных, содержащихся в местах лишения свободы. При этом «воры», используя нелегальные каналы связи, дают указания лидерам группировок внутри учреждений, которые, в свою очередь, путем угроз физической расправы, заставляют осужденных совершать акты членовредительства, отказываться от приема пищи. В 2009 году такие акции зафиксированы в учреждениях 23 территориальных органов ФСИН.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Так, например, под руководством «вора» В.И. Митина (уголовная кличка Мотыль) был предпринят ряд мер по развитию «воровских» традиций и возрастанию роли «смотрящих» в местах лишения свободы Рязанской области. В начале февраля 2005 г. пресечена попытка ряда осужденных отрицательной направленности дестабилизировать обстановку в ИК-1 УФСИН России по Рязанской области, оказать давление на администрацию путем угроз, членовредительства с целью противодействия законным интересам по соблюдению режима отбывания наказания.

В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий была задокументирована руководящая роль В.И. Митина в координации противоправных действий осужденных, привлечении средств массовой информации, тенденциозно освещавших события, организации привлечения осужденных к написанию жалоб и заявлений. Легализация результатов оперативно-розыскной деятельности способствовала предъявлению В.И. Митину обвинения в дезорганизации деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества (ч.3 ст. 321 УК РФ).

По свидетельству заместителя директора Федеральной службы исполнения наказаний Владимира Семенюка: «Есть ощущение, что кто-то проводит репетиции по созданию нестабильной обстановки в целом по стране. И есть примеры тому. Возьмите страны бывшего Советского Союза. Кто там пытается поднять бунты? Кого освободили в Узбекистане? Бандитов, чтобы создать нестабильную ситуацию. И происходят эти бунты не случайно. В Курске, к примеру, в момент объявления голодовки сразу же около забора в колонии появились автобусы с лжеправозащитниками, пикетчиками и адвокатами. Это спланированная акция, мы много раз об этом говорили. Мы знаем, кто ее спланировал. Это вор в законе по кличке «Пан» и ряд лидеров преступной среды».

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

В январе 2010 года была отмечена активизация деятельности криминальных структур по дестабилизации обстановки в исправительных учреждениях ФСИН России по Магаданской и Челябинской областям с привлечением внимания правозащитных организаций. «Необходимо понимать, что организаторы групповых нарушений общественного порядка в подготовке своих акций не сидят на месте. Они активно ищут новые пути и формы планирования и подготовки противоправных, а равно преступных проявлений, не стесняясь в выборе пособников, не брезгуя даже механизмами политических провокаций. Ими широко используются возможности международных телекоммуникационных сетей, одиозно настроенных оппозиционных общественных организаций, вынашивающих намерения порочения действующего института власти в стране».

По своей сути и назначению современные «воры» в одном лице представляют собой законодательную, исполнительную и судебную власть тюремного мира. Следует сказать о том, что эта власть распространяется далеко за пределы исправительных учреждений и составляет конкуренцию не только власти администрации конкретных учреждений уголовно-исполнительной системы, но и властям более высокого уровня – региональной и даже федеральной. Ярким примером проявления активности «воров» по фактическому захвату власти в регионе является проведенная открыто, среди белого дня, в столице Урала – Екатеринбурге, в центральном сквере города сходка криминальных авторитетов.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

На этой сходке присутствовали не только лидеры преступного мира, а также чиновники разных уровней и даже депутаты местного законодательного органа. По форме сходка напоминала митинг. Организаторы важно заняли места в президиуме. Тотчас, как из-под земли, возникла весьма колоритная на вид массовка. Крепкие парни, бритые затылки, кожаные куртки и спортивные костюмы, золотые цепи, наколки, цепкие взгляды исподлобья. Антураж «воровской» сходки был весьма впечатляющ. Однако само содержание выступления ораторов превзошло все ожидания случайно очутившихся здесь обывателей. Вот лишь некоторые цитаты из выступлений на этом митинге-сходке депутата городской думы Екатеринбурга Александра Хабарова.

«Говорю всем, вот этих мразей, тварей касается, Тимура, Авто, Казаряна. Казарян, который намутил в 90-х годах в начале, а потом 12 лет здесь не был. И сейчас снова очередной виток хочет навязать на этот город. Не будет Казаряна здесь, этой тварюги. Соломы, дальше там Сухач, Оболенский, как его, Мумрич – вот этих тварей здесь не будет. Всех, кто подстрекает к конфликтам, разжиганию межнациональной розни. Город у нас и область нормальные, город стабильный сейчас. Все нашли понимание друг с другом, благодаря Трофе и Каро. У нас нормальные отношения со всеми.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Далее в своей речи депутат – преступный авторитет назначил «смотрящих» за различными районами города, определил основные «внешнеполитические» приоритеты региона по отношению к Московским и союзным ворам в законе. Не было обойдено вниманием и тюремное ведомство Екатеринбурга, в частности на митинге – сходке был решен вопрос о «положенце» Екатеринбургского СИЗО, одного из самых крупных в России. Вот что было сказано по этому поводу: «Всю речь положенцам передадите всем. Дальше это уже вопрос Трофы и Каро – умудрились поставить на тюрьму Диму Грузина. У нас область интернациональная, так же, как Россия, но Дима Грузин положенцем на тюрьме не будет, передайте всем, отпишите всем».

Как утверждают аналитики, обострение политической ситуации на Кавказе, особенно в российско-грузинских отношениях, отразились на далеком, казалось бы, от политики криминальном обществе. Сразу ужесточились отношения так называемых славянских преступных группировок с кавказскими. Специалисты в спецслужбах не исключают, что кавказские криминальные авторитеты действуют по прямому указанию из Тбилиси. Задача – расшатать внутриполитическую ситуацию в России, взять под контроль как можно больше объектов и сфер жизни и создать так называемую «пятую колонну», способную влиять на принятие решений на высоком, в том числе государственным уровне.
Современные «воры» и возглавляемые ими сообщества распространяют свое влияние на все сферы жизни общества и государства.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Вступая в преступный сговор с коррумпированными чиновниками, они принимают участие в распределении и перераспределении собственности, регулировании финансовых потоков. «Воры» не только «курируют», но и принимают активное участие в развитии теневой экономики. Отдельные авторы определяют ежегодный доход преступных сообществ в 100 млрд. руб. А удельный вес теневой экономики в 40% совокупного национального дохода. Необходимо учесть, что эти данные опубликованы в 2003 году; и это то, что ведомственная милицейская наука сумела подсчитать . А сколько не сумела и какого сегодняшнее состояние дел теневой экономики остается только предполагать. Несомненным представляется одно: тот, кто «управляет» 40% экономики страны получает реальную возможность управлять нашим государством.

И если «светлой» частью экономики занимаются все кому не лень, то «теневую» экономику контролируют куда более жестко, чем легальную. Ситуация, когда значительная часть экономики существует в тени, обусловливает нахождение в этой теневой зоне соответствующей доли политики и власти. «Таким образом, дальнейшая тенизация экономики приводит к форме теневого псевдогосударства, являющегося образованием макроэкономического уровня государственного типа, в котором происходит тенизация государственных услуг, охватывающих принятие административно-хозяйственных решений; распределение государственных должностей, привилегий и льгот; государственную псевдозащиту прав и свобод и др» . Теневое псевдогосударство объективно заинтересовано в существовании структур позволяющих управлять и контролировать преступность. Такой структурой является «воровское» сообщество России.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Другим важнейшим фактором, обусловливающим саму возможность существования «воров» со всей их морально-правовой и организационно-управленческой атрибутикой является достаточно высокий уровень коррумпированности государственного бюрократического аппарата, в том числе и в исправительных учреждениях. Так, например, мониторинг общественного мнения о деятельности уголовно-исполнительной системы показал, что на вопрос: «Какие отрицательные явления в исправительных учреждениях вызывают у Вас беспокойство?» в 1993 году – 16,5%; в 2001 году – 13,0%; в 2007 году – 19,5% сотрудников УИС ответили: «факты коррупции среди сотрудников УИС». И это только мнение самих сотрудников. К сожалению, данный вопрос, по неизвестным нам причинам, не был поставлен ни перед осужденными, ни перед их родственниками.

Хотя уже заранее очевидно, что эти цифры были бы значительно выше. Да это и не удивительно, если учитывать, что по данным международной неправительственной организации по борьбе с коррупцией Transparency international Россия в 2010 году заняла 154 место в рейтинге 178 стран. Ее индекс составил 2,1 балла. На таком же уровне как в России, коррупция в 2010 году находится в Папуа Новая Гвинея, Таджикистане, Конго и Гвинея Бисау. В России, начиная с 1992 года, принято немало нормативно — правовых актов, направленных на борьбу с коррупцией. То, как на самом деле работают под контролем чиновников и депутатов эти законы, прекрасно видно в ближнем Подмосковье, где стоимость плохонького особняка тех же чиновников и думцев зашкаливает за миллион долларов. По мнению экспертов из МВД за год в России дают и берут взяток на 300-350 миллиардов рублей. Это всего на сто миллиардов рублей меньше годового бюджета МВД РФ.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

По своей сути коррупция является уникальным изобретением государственной бюрократии, позволяющим сделать из обыкновенного преступника – добропорядочного гражданина, а из бывшего криминального авторитета – одетого в элегантный костюм респектабельного и преуспевающего бизнесмена, а то и государственного деятеля. «В современном обществе преступность, в первую очередь преступность организованная и экономическая, не могла бы существовать в таких масштабах, если бы не имела крепких коррумпированных связей с политическим истеблишментом».

Во многом благодаря коррупции, «воры» и другие «высокопоставленные» топ менеджеры криминального мира получают возможность избежать уголовного наказания или максимально смягчить его последствия. По словам председателя Антикоррупционного комитета, депутата Государственной Думы Г. Гудкова: «Именно коррупция превращает любой закон, иногда очень хороший в простую бумажку». Коррупция помогает «ворам» влиять на деятельность отдельных учреждений и их сотрудников с целью установления в них порядков, выгодных криминалитету. Коррупция на сегодняшний день срослась с организованной преступностью. Она используется последней и подпитывается ею. Существующий теневой оборот финансовых средств криминального бизнеса позволяет расходовать эти средства в неограниченном количестве. Они идут на техническое оснащение организованных преступных групп и на подкуп чиновников. Пользуясь слабостью действующего законодательства и повсеместной практикой грязных избирательных технологий, организованная преступность стремится во власть. Сегодня бывшие авторитеты уже руководят администрациями, являются крупными бизнесменами и владельцами заводов, считает профессор С.Н. Емельянов.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Проведенное исследование позволяет нам, с достаточно большой долей вероятности предположить, что, имея обширное экономическое и политическое влияние, «воры» будут пытаться определять будущее развитие России. Аналогичного мнения придерживается большинство опрошенных нами сотрудников ФСИН (63, 63 %). Так, на вопрос: «Считаете ли Вы, что «воры», имея огромное экономическое и политическое влияние, вполне возможно, будут определять будущее развитие России?», нами были получены следующие ответы: вполне вероятно — 27,85 %; они и сейчас во многом влияют на экономику и политику — 35, 78 %. Только 21,11 % опрошенных сотрудников считает это маловероятным и 20,99 % — невозможным.

В настоящее время «воры» предпринимают активные попытки контролировать, а в необходимых случаях дезорганизовывать деятельность уголовно-исполнительной системы России, в том числе путем подкупа сотрудников ФСИН. Данный вывод подтверждают и результаты проведенного нами исследования. Так, на вопрос: «Были ли попытки со стороны воров и иных преступных авторитетов подкупить Вас?» положительно ответило 41,7 % опрошенных сотрудников ФСИН России. В качестве взятки им предлагались: деньги (19,21 %); услуги личного характера (15,43 %); услуги для ИУ в котором проходит службу сотрудник (16,06 %). По материалам Управления собственной безопасности ФСИН России в 2010 году в отношении сотрудников УИС было возбуждено 326 уголовных дел. Среди допущенных правонарушений на первом месте получение взятки, на втором — превышение должностных полномочий, на третьем — злоупотребление должностными полномочиями.

Взятки сотрудники колоний в основном получали за послабление режима и за подготовку материалов к условно-досрочному освобождению. Приобретение огромного влияния и распоряжение колоссальными средствами и ресурсами позволяет организованной преступности противостоять сотрудникам систем уголовного правосудия. Справедливости ради следует сказать о том, что в составленном Верховным судом РФ в 2009 году рейтинге осужденных за взятки чиновников, сотрудники ФСИН занимают лишь 5-е место (2,5 % осужденных). На первом месте сотрудники милиции (31 %), на втором работники учреждений здравоохранения (20 %), на третьем преподаватели (9 %), на четвертом — муниципальные служащие (9 % осужденных).

С целью отстранения от должности сотрудников уголовно-исполнительной системы, добросовестно исполняющих свои обязанности, «ворами» и остальными менеджерами криминального мира ведется работа по их дискредитации. Для этого используются представители отдельных правозащитных организаций и средств массовой информации. Как показали проведенные нами исследования, 36,9 % опрошенных сотрудников ФСИН сталкивались с фактами угроз и шантажа в свой адрес со стороны «воров» и иных преступных авторитетов.

«Ворами» и авторитетами принимаются меры для воздействия на членов семей осужденных. Среди них распространяется зачастую ложная информация об имеющих место в местах лишения свободы пытках, издевательствах, убийствах. Родственникам осужденных, попавших под влияние преступного мира, выделяются средства для пикетирования исправительных учреждений и следственных изоляторов, предоставляется транспорт, места в гостиницах, спиртные напитки.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

«Воры» осуществляют свое влияние на тюремную общину России посредством отрицательно настроенной части осужденных, так называемых «блатных», которые составляют ядро криминальной оппозиции мест лишения свободы. Эти лица стремятся поддерживать устойчивую связь с криминальным миром на свободе, в том числе для привлечения денежных средств, часть из которых используется для дестабилизации обстановки в исправительных учреждениях и укрепления там своего влияния. Анализируя современное состояние организованной преступности в местах лишения свободы, С.И. Кузьмин делает вывод о том, что: «Следует признать, что организованные преступные группировки в местах лишения свободы и на свободе связаны между собой и, по сути, подчинили своему влиянию всю внутреннюю жизнь мест заключения» . Чтобы привлечь на свою сторону других осужденных, «воры» и «блатные» используют имеющиеся недостатки в функционировании уголовно-исполнительной системы, объединяют вокруг себя недовольных, эмоционально неуравновешенных, имеющих низкий образовательный уровень, повышенную агрессивность и тех, кто не имеет перспектив освободиться условно-досрочно.

Отсутствие должной профилактической работы в отношении «воров» и их сподвижников приводит к тому, что данная категория лиц имеет возможность беспрепятственно распространять среди осужденных и лиц, заключенных под стражу нелегальную почту , в которой указывается о необходимости прямого противодействия администрациям учреждений, активной поддержки «воровских традиций и наказов», формировании «общака», налаживании любыми методами межкамерной связи, связи с другими учреждениями, с лицами, находящимися на воле. Также в «воровской» переписке указывается о том, чтобы лица, содержащиеся под стражей и осужденные как можно больше писали жалоб в прокуратуру, в комитеты по защите прав человека, средства массовой информации о якобы имеющих место нарушениях закона и прав заключенных и осужденных со стороны администрации. Данный способ оказания давления на администрацию мест лишения свободы используется «ворами» с целью добиться послаблений в режиме содержания и предоставления незаконных льгот. При освобождении лидеров из мест лишения свободы криминальное сообщество региона в качестве поощрения за активное противодействие администрации выделяет им денежные средства, путевки в санатории и т.п.

«Воры» и их сподвижники организовывают работу по нелегальной доставке в места лишения свободы наркотиков, спиртных напитков, запрещенных предметов, делают все для того, чтобы дестабилизировать там обстановку, создать такую ситуацию, когда любой конфликт во взаимоотношениях между осужденными разрешали бы они, а не администрация учреждения. «Они стремятся, чтобы осужденные жили не по уголовно-исполнительному законодательству, не по правилам внутреннего распорядка, а по установленным ими воровским нормам и обычаям». С этой целью «воры» и «смотрящие», в некоторых случаях, предлагают администрации свои услуги по наведению порядка в среде осужденных. Проведенные нами исследования активности «воров» в этом отношении показывают, что на вопрос: «Как часто «смотрящие», «положенцы», «воры» предлагали Вам свои услуги по наведению порядка в среде осужденных?» 1,83 % опрошенных сотрудников ответили очень часто; 6,88 % — часто; 13,3 % — редко; 29 % — очень редко; 48,99 % — никогда.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Другой характерной чертой деятельности «воров» и их сторонников в местах лишения свободы является непримиримая борьба с самодеятельными организациями осужденных, которые участвуют в поддержании внутреннего правопорядка. Они всеми способами пытаются дискредитировать положительно настроенных осужденных, заставить их отказаться от сотрудничества с администрацией и от правопослушного поведения, проявляют агрессию по отношению к осужденным, добросовестно работающим на производстве, состоящим в общественных формированиях, запугивают их и членов их семей угрозами физической расправы, уничтожения имущества и т.п. Насилие в местах лишения свободы стало более жестким и бескомпромиссным.

Акты насилия выступают привычным поведенческим стереотипом «блатных» по отношению к положительно характеризующимся осужденным и наиболее требовательным сотрудникам. В связи с этим, в местах лишения свободы происходит увеличение тяжких и особо тяжких преступлений против личности и порядка управления. Отрицательный отпечаток на деятельность исправительных учреждений накладывает то, что примерно 65 % преступлений против жизни и здоровья совершаются при свидетелях с целью запугивания основной массы осужденных. Особенностью подобных преступлений являются жестокость и цинизм.
Выводы.

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

1. Отличительной характеристикой мест лишения свободы России второй половины XIX начала XX в. являлось наличие в них самоуправления осужденных. Это самоуправление выражалось в виде тюремной общины (артели). Во главе тюремной общины (артели) находились лидеры криминального сообщества («бродяги»). Начиная с 20-30 г.г. XX в. «воровская» община занимает в тюремной общине лидирующее место. В противоположность тюремной общине «воровская» община не теряет связи со своими членами после их освобождения. «Воровская» община существует и вне мест лишения свободы, в отличие от множества других неформальных объединений осужденных. По степени сплоченности своих членов и их адаптированности к жизни в тюремных условиях эта община превосходит все другие подобные общины.

2. Под термином «воры» следует понимать особую категорию профессиональных преступников, объединенную в отдельное, имеющее собственную квазинормативную базу
сообщество и являющихся топ-менеджерами криминального мира, в том числе в местах лишения свободы.

3. Феномен «воры» имеет глубокие исторические корни. Являясь элитой преступного мира, наиболее сплоченным его ядром «воры» не могли не возглавить криминальное сообщество России, в том числе и в местах лишения свободы. Высокая степень консолидации и значительные доходы от криминального бизнеса позволили «ворам» лоббировать свои интересы в высших эшелонах власти государства.

4. Основными целями деятельности «воровской» общины в местах лишения свободы является: установление власти над тюремной общиной; ослабление или нейтрализация карательного воздействия уголовно-исполнительной системы на своих членов и солидарных им осужденных; формирование экономической основы сообщества в виде «общака».

5. Говоря о личных качествах «воров», следует отметить тот факт, что каждый из «воров» по своей природе лидер, способный сплотить и организовать остальных осужденных. Лидерство «воров» является общепризнанным среди подавляющего большинства преступников. Во многом это лидерство подкреплено значительными материально-денежными ресурсами, сосредоточенными в руках «воровской» общины в виде «общака».

воры в  местах лишения свободы

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

6. Правовую основу деятельности «воровской» общины составляет «воровской» закон, регламентирующий внутриобщинные отношения, а так же ее взаимодействие с окружающим обществом и государственными структурами. В основе «воровского» закона лежит «воровская» идеология. Ее основным постулатом является то, что все люди склонны к тем или иным порокам, в том числе и к незаконному обогащению. Абсолютно безгрешных людей нет. Высоконравственных – единицы. Большинству людей присуще скрывать свои пороки, в том числе и страсть к незаконной наживе. Преступая закон люди хотят, что бы общество не знало об этом, а по-прежнему считало их законопослушными и добропорядочными его членами. В этом, по мнению «воров», проявляется двуличность подавляющего большинства людей. Общество знает или догадывается, что большинство его членов воры, но делает вид, будто не замечает этого. «Вор» не скрывает от общества, что он «вор».

В этом и проявляется его «честность». Таким образом, он «честный вор», а не лицемер, который утаивает от окружающих свою преступную сущность. «Уличив общество в лицемерии, в том, что оно фактически, в повседневной жизни, отказалось от того, что провозгласило в своих законах, заключенные как бы принизили его и тем самым возвысили свое сообщество. Его они назвали нравственным, а отвергнувшее их общество – аморальным» . По мнению исследователя «воровской» субкультуры С. Снегова в основе такой нравственной позиции лежит мотив самооправдания. «Воры» считают, что если все люди подлы, то и с ними правомочно поступать подло . Такова их психология.

7. Особенно негативное отношение складывается у «воров» к нарушающим закон сотрудникам правоохранительных органов. В данном случае мораль «воров» заключается в том, что они считают себя людьми более нравственными, чем нечистоплотные на руку служители порядка. Примерная логика рассуждений «воров» здесь такова. Мы воры и говорим об этом открыто. Вы тоже крадете, лжете, фабрикуете дела, берете взятки. Только тайком. Даже друг от друга. Хотя на самом деле вы призваны бороться с этим. Так кто из нас честнее, мы или вы? Мы «честные воры» не скрываем, что мы воры, а вы лицемерно заявляя о своей борьбе с преступностью, сами этими преступниками и являетесь. Мы соблюдаем свой закон, а вы свой нет. На основании этой идеологии делается вывод о том, что если общество само по себе преступно, то каста «воров» должна занимать в нем лидирующее положение

8. Периоды расцвета и увядания деятельности преступного сообщества «воров» обратно пропорциональны экономическим и нравственным кризисам, которые переживало наше общество. Кризисы времен гражданской, Великой Отечественной войн и кризис, произошедший в стране после распада СССР, обусловили падение не только экономического, но и нравственного уровня жизни общества. Именно в эти периоды наблюдаются скачки преступности и рост активности сообщества «воров», в том числе в местах лишения свободы. В настоящее время активность «воров», в том числе в местах лишения свободы, находится на подъеме. «Воры» имеют многочисленных сторонников, в первую очередь среди наиболее криминализированной части осужденных. Являясь фактическими лидерами тюремной общины России, «воры» управляют происходящими в ней процессами посредством уполномоченных ими на это осужденных («смотрящих»).

9. По своей структуре и способу организации «воровское» сообщество напоминает масонскую ложу. «Воры» и активные участники «воровских» группировок скрывают свое истинное лицо под маской законопослушных и лояльных к администрации исправительных учреждений осужденных. В тоже время было бы весьма недальновидным по отношению не только к уголовно-исполнительной системе, но и ко всему обществу и государству в целом недооценивать роль и значение самих «воров», их идеологии и практической противоправной деятельности. «Главным качеством преступного мира является ненависть к государству и обществу, которым он себя противопоставляет» . По своей сути «воровское» сообщество является антиподом государства и его социальных институтов. Русская «воровская» субкультура основана на отрицании государства и признает только суд «воров» по «понятиям». В этом проявляется суть антагонизма «воров» и администрации исправительных учреждений.

Автор статьи: Кутякин Сергей Алексеевич, кандидат юридических наук, доцент Академия ФСИН России

Google+



data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Мар
03

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ ОСУЖДЕННЫМИ В ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ КОЛОНИЯХ

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ СОВЕРШАЕМЫХ ОСУЖДЕННЫМИ В ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ КОЛОНИЯХ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Полноценное предупреждение любого явления, особенно такого остросоциального, как насильственная преступность, совершенно невозможно без изучения распространенности его в той или иной общественной среде. В нашем случае это осужденные, отбывающие наказание в исправительных колониях общего, строгого и особого видов режима.

В указанных исправительных учреждениях всегда (постоянно) существует высокий риск совершения осужденными самых различных преступлений в отношении как к себе подобным, так и представителям администрации.

Вероятность их возникновения во многом определяет криминогенная характеристика самой среды осужденных к лишению свободы, а также состояние организации процесса исполнения наказания, его правового обеспечения. Совершение преступлений осужденными в исправительных учреждениях препятствует нормальной деятельности уголовно-исполнительной системы и достижению целей уголовного наказания.

По своему характеру пенитенциарная преступность — совокупность всех (самых различных) преступлений, совершаемых осужденными в процессе исполнения наказания в виде лишения свободы, — достаточно неоднородна и разнообразна по структуре: преступления против личности, общественной безопасности и общественного порядка, здоровья населения, порядка управления, правосудия, собственности и другие. Она представляет собой составную часть всей преступности, и в частности региональной.

Следует отметить, что отдельные преступления имеют большее распространение в местах лишения свободы, а другие — нет.

Так, согласно проведенному исследованию, в структуре преступности осужденных в исправительных колониях можно выделить следующие пять групп, отражающие наиболее распространенные преступления (в порядке убывания):

- против личности — 28,1%;
- против здоровья населения и общественной нравственности — 25%;
- против порядка управления — 14,4%;
- против правосудия — 11,2%;
- против общественной безопасности и общественного порядка — 6,7%.

В структуре преступлений, совершаемых осужденными в исправительных колониях, таким образом, преобладают посягательства на личность. Среди этих преступлений наиболее распространены преступления:

- посягающие на жизнь: ст. 105 — 110 УК РФ (убийство, причинение смерти по неосторожности, доведение до самоубийства и другие);
- посягающие на здоровье: ст. 111 — 119 УК РФ (умышленное и неосторожное причинение вреда здоровью; угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью и другие);
- против чести и достоинства человека: ст. 129 — 130 УК РФ (клевета, оскорбление и другие);
- против половой неприкосновенности и половой свободы: ст. 131 — 133 УК РФ (изнасилование, насильственные действия сексуального характера, понуждение к действиям сексуального характера).
Одной из значимых криминологических характеристик, позволяющих судить об истинных тенденциях преступности в пенитенциарной системе, является динамика ее регистрируемого уровня.

Согласно проведенному нами аналитическому исследованию опубликованных официальных данных в Российской Федерации в 1994 — 2006 гг. уровень всей регистрируемой преступности в исправительных учреждениях (только мужских) составил в среднем 3,12% на 1000 осужденных, или 312,1% на 100000, отбывающих наказание в данных учреждениях лиц.

Причем если в 1994 г. он был равен 8,84% на 1000 осужденных, то уже в 2006 г. — значительно меньше (в 7,2 раза) — 1,26% (в 1994 г. — 6,98%; 1995 — 5,18%; 1996 — 3,96%; 1997 — 2,63%; 1998 — 2,20%; 1999 — 1,86%; 2000 — 1,49%; 2001 — 1,34%; 2002 — 0,86%; 2003 — 0,90%; 2004 — 1,21%; 2005 — 1,21%). За эти двенадцать лет снижение данного социально значимого показателя составило почти 86,3%.

Начиная с 2004 г. происходит ухудшение криминогенной ситуации в ИУ России — уровень преступности в исправительных колониях в расчете на 1000 осужденных возрос на 45,7% и составил соответственно 0,9% и 1,26%, что можно связать с увеличением в исправительных учреждениях числа осужденных, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. Эти данные подтверждены и исследованием, проведенным В.С. Ишигеевым и В.В. Агильдиным.

Криминальное поведение со стороны осужденных можно разделить на две группы:

- насильственные преступления и насильственные проступки;
- не зарегистрированные в качестве преступных, но указывающиеся в статистических данных и отчетах как «предотвращенные преступления».

Разумеется, вторая группа не только более многочисленна, но и питает преступную часть, кроме того, многие насильственные акты, не зарегистрированные в качестве преступных, на самом деле являются таковыми (оскорбления, клевета, побои, истязания, хулиганство, насильственное мужеложство).

Поэтому при анализе преступности в местах лишения свободы надо уделять внимание не только преступному насилию, но и действиям, которые не фиксируются в качестве преступных, а лишь могут подтверждать высокую латентность правонарушений и преступлений в местах лишения свободы.

Специфическим тюремным преступлением с высоким уровнем латентности является насильственный гомосексуализм. Лица, которые подвергаются этому, как и те, которые вступают в гомосексуальные связи добровольно, как правило, умственно отсталые, замеченные в двурушничестве, краже вещей или продуктов питания у других осужденных, просто слабые по характеру и физически не способные противостоять угрозам и насилию, образуют строго изолированную группу «отвергнутых», или так называемых опущенных.

Туда же входят лица, совершившие сексуальные преступления против детей и подростков, их убийства, нанесение им телесных повреждений, содействовавшие правоохранительным органам или имеющие родственников в этих органах.

Результаты проанализированных данных из статистической информации ГУИН (ФСИН) России свидетельствуют, что в среднем в каждой исправительной колонии России ежегодно предотвращается в среднем 170 преступлений, из которых 7% составляют противоправные деяния против личности.

Представленные данные свидетельствуют, во-первых, о высокой криминальной активности в среде осужденных, во-вторых, о слабой эффективности проведения профилактической деятельности сотрудниками исправительных учреждений, в-третьих, о значительной служебной загруженности сотрудников, а также больших потенциальных неиспользуемых в плане предупреждения совершения насильственных преступлений возможностях исправительных учреждений.

Как показали результаты проведенного нами интервьюирования 22 работников прокуратуры по надзору за соблюдением законности в деятельности исправительных учреждений, последним при решении своих проблем постоянно приходится сталкиваться с массовыми фактами сокрытия персоналом мест лишения свободы случаев преступлений, в том числе насильственных, совершаемых осужденными. Так, согласно полученным нами данным латентность насильственных преступлений, совершаемых осужденными в исправительных колониях, составляет от 60 до 80%.

Дополнить изложенное можно утверждением В.С. Ишигеева, который отмечал, что приведенные в ведомственных источниках темпы и показатели статистического снижения пенитенциарной преступности в действительности не соответствуют истинному положению дел в уголовно-исполнительной системе.

Это несоответствие отражает уровень дезорганизации системы учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, а именно развал производства, безработицу среди осужденных, ослабление режима содержания, ухудшение воспитательной работы и оперативно-розыскной деятельности, нехватку квалифицированных кадров, укрытие преступлений от учета и нереагирование на различного рода проступки.

Нельзя говорить о достигнутых успехах в области борьбы с преступностью в местах лишения свободы, поскольку в связи с оттоком положительно характеризующихся осужденных и увеличением числа осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления наблюдается ухудшение спецконтингента, преобладание лиц, способных совершить насильственное преступление.

Факты, мягко говоря, неточной статистики совершаемых в стране преступлений признает даже государственная власть, в частности Генеральная прокуратура РФ и Минюст России. Так, по утверждению Министра юстиции Российской Федерации В.В. Устинова, «правоохранительные органы занимаются «лакировкой криминальной действительности»: по-прежнему регистрируется лишь видимая часть «преступного» айсберга — 20 — 25% от общего числа совершенных преступлений».

Сложность криминальной обстановки детерминируется не только ростом преступности, но и изменением качества и характера совершаемых преступлений. Основная тенденция выражается в росте количества тяжких и особо тяжких преступлений (их совершили более 60% осужденных, находящихся в местах лишения свободы), наибольшее количество которых приходится на долю насильственных и корыстно-насильственных преступлений.

В результате ухудшился криминогенный состав осужденных: почти каждый четвертый (23,1%) в настоящее время отбывает наказание за убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, а каждый пятый — за разбой или грабеж, причем 46,3% осужденных отбывают наказание во второй раз и более, что свидетельствует об их устойчивой криминальной мотивации и нежелании вести законопослушный образ жизни. Это существенно осложняет процесс исполнения наказания.

Таким образом, в местах лишения свободы на протяжении почти тринадцати лет происходила (и до сих пор происходит) выраженная концентрация (накапливание) социально опасных лиц, осужденных за совершение насильственных преступлений.

Подобное искусственное сосредоточение на небольших (достаточно ограниченных) по территории местах потенциально опасных (в совершенно абсолютном варианте) лиц представляется нам достаточно «взрывоопасным», а та статистическая социально-психологически благоприятная информация о снижении и улучшении показателей преступности, в том числе насильственной, в исправительных учреждениях — как не соответствующая действительности.

Увеличение в исправительных учреждениях числа лиц, совершивших насильственные преступления, является одним из факторов, способствующих возникновению в среде осужденных негативных процессов, препятствующих деятельности персонала по исполнению наказания. Для подавляющего большинства осужденных в исправительных колониях насилие становится почти нормой жизни.

Автор статьи: А.П. СЛЕПОВ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">




Мар
03

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЧНОСТИ ПОТЕРПЕВШИХ ОТ СЕКСУАЛЬНЫХ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ НА МАЛОЛЕТНИХ И НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЧНОСТИ ПОТЕРПЕВШИХ ОТ СЕКСУАЛЬНЫХ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ НА МАЛОЛЕТНИХ И НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Понятие нормального полового развития личности имеет два аспекта. Первый — это физическое и нравственное формирование личности как в половом, так и во всяком другом отношении, которое немыслимо вне определенных социальных условий и среды. Второй — сами эти условия, которые определяют качество как полового, так и всякого иного развития.

Сущность понятия нормального полового развития несовершеннолетних в обществе включает в себя три элемента: правильное физиологическое и физическое развитие половой системы человека, формирование его нравственных воззрений в области половых отношений и условий, в которых протекает это развитие и формирование.

Обычно жертвами сексуального порочного отношения являются дети моложе 12 лет. Взрослые преступники пользуются тем, что в этом возрасте ребенок еще не понимает происходящего, его легче запугать, склонить к тому, чтобы он никому не говорил о том, что произошло (то есть заключить договор молчания).

Также совершивший насилие взрослый надеется, что в этом возрасте ребенок еще не сможет словами описать произошедшее. Поскольку фантазии ребенка зачастую смешаны с реальностью, то, вероятно, его рассказу не поверят, даже если он что-то об этом и расскажет.

Раннее начало половой жизни подростков отрицательно влияет на их поведение, лишает необходимых социально полезных качеств, делает трудновоспитуемыми. Следовательно, сексуальные отношения с несовершеннолетними лицами, только вступившими в процесс полового созревания, как вредят их физическому и психическому здоровью, так и калечат их морально, в чем и выражается совокупный вред половых посягательств на несовершеннолетних.

Поведение человека по своей природе может быть не только преступным, но и виновным, т.е. опасным для самого себя, неосмотрительным, рискованным, а следовательно, способным при определенной ситуации стать поводом для совершения полового посягательства.

Понятие «виктимность личности» обозначает повышенную способность человека в силу некоторых качеств становиться при определенных обстоятельствах объектом преступного посягательства, например стать жертвой сексуального посягательства.

Виктимность может проявляться на различных уровнях.

1. Индивидуальная виктимность — «это обусловленное наличием преступности состояние уязвимости отдельного лица, выражающееся в объективно присущей человеку (но не фатальной) способности стать жертвой преступления». Она представляет собой свойство человека, обусловленное его социально-психологическими, психопатологическими или биофизическими качествами (либо их совокупностью), способствующее в определенной жизненной ситуации формированию условий, при которых возникает возможность причинения ему вреда.

Люди, характеризующиеся аналогичными или различными личностными, социальными, демографическими и иными качествами, обусловливающими ту или иную степень уязвимости от преступлений, составляют массу, в которой отдельное лицо с его индивидуальной виктимностью выступает лишь как элемент совокупности.
Отсюда следует, что помимо виктимности отдельного лица существуют как массовая виктимность, так и социальное явление. Это позволяет говорить о наличии видовой и групповой виктимности.

2.Видовая виктимность — это предрасположенность отдельных людей становиться в силу ряда обстоятельств жертвами определенных одноэтапных видов вреда, в том числе однородных преступлений. Она, в свою очередь, выражается как предпосылка и следствие различных видов преступлений — объективно-видовая виктимность и как предпосылка и следствие преступлений, совершаемых различными категориями преступников, — субъективно-видовая виктимность.

3.Групповая виктимность — это повышенная общая предрасположенность отдельных групп населения, категорий людей, обладающих сходными по параметрам виктимности социальными, демографическими, морально-психологическими, психопатологическими, биофизическими или иными качествами, при определенных условиях становиться жертвами различных видов вреда.

Как показывают результаты исследований, роль личности и поведения потерпевшего может быть производной от таких доминирующих по устойчивости и значимости в структуре нравственно-психологического облика жертвы рассматриваемых преступлений качеств, как проявление простодушия, доверчивость, внушаемость, бесхарактерность, слабоволие, легкомыслие (пренебрежение к своей безопасности при нахождении в уединенных и малолюдных местах, особенно в вечернее время, и одежде, привлекающей внимание, доверие к приглашениям случайных знакомых принять участие в вечеринке, послушать музыку на квартире, распитие спиртных напитков в незнакомых компаниях), а также морально-этическая незрелость (демонстрация явного пренебрежения своей честью и достоинством).

Кроме того, со стороны жертвы проявляются склонность к употреблению алкоголя и наркотических средств, половая распущенность, неразборчивость в выборе знакомых вследствие склонности к веселому времяпрепровождению при неоправданной обстоятельствами доверчивости.

Большое значение имеет содержание системы ценностных ориентаций жертвы преступлений, являющейся одним из центральных структурных образований зрелой личности. Ценностные ориентации определяют направленность личности, позицию человека. У жертв преступлений с неадекватной самооценкой ценностные ориентации представляют собой неустойчивую систему.

Поступки, отражающие морально-этическую незрелость личности, нередко носят прямо аморальный характер. Нравственно отрицательное содержание поступков потерпевшего увеличивает вероятность совершения преступления в отношении его. Следует отметить, что система нравственно-этических норм и представлений зачастую является основным фактором виктимного поведения жертв половых преступлений.

Аморальность поступков могут определять две детерминанты — идеологическая и социальная. Так, факт совершения этих поступков может быть обусловлен конституционными (наследственно заданными) и дизонтогенетическими (связанными с нарушением развития) патосексологическими детерминантами.

Многие авторы подчеркивали, что психологические аномалии, расстройства и болезни способствуют увеличению риска субъекта стать жертвой различных преступлений. А в других случаях самостоятельное значение имеет формообразующая социальная детерминанта. Иначе говоря, такие поступки могут быть либо проявлением патосексуального нарушения, либо результатом аморально-этического развития личности потерпевшего.

В криминологической литературе принято выделять следующие типы виктимного поведения жертв сексуальных преступлений.

Активное провоцирующее поведение, предполагающее два варианта:

а) прямо подстрекающее, когда жертва прямо просит совершить с ней действия сексуального характера (например, больные гиперсексуальностью);
б) косвенно подстрекающее, при котором поведение жертвы позволяет преступнику полагать о желательности для жертвы каких-либо сексуальных действий по отношению к ней либо о возможности безнаказанности такого рода преступного посягательства.

Результаты исследований по делам анализируемых преступлений показывают, что в момент происшествия 17% жертв находилось в состоянии опьянения, что в силу их ослабленной сопротивляемости облегчало совершение посягательств, а 22% потерпевших своим провоцирующим поведением способствовали совершению преступления (приставание, вызывающее поведение, рассказ о навязчивых сексуальных идеях). В 46% случаев жертвы проявляли небрежное легкомысленное отношение к безопасности своей личности, чести и достоинства.

Пассивное поведение, проявляющееся в неспособности оказать сопротивление сексуальному посягательству. У преступника при этом меньше сдерживающих нравственно-этических начал при встрече с несопротивляющейся и даже согласной на все жертвой, нежели когда он сталкивается с ее противодействием. При пассивном поведении жертва не воспринимается преступником, она не только им пренебрегается, но и вообще низводится до положения несуществующей.

Жертва рассматривается как не имеющая ценности, или иногда преступник даже убежден в виновности жертвы. Например, девушка, которая за деньги безразлично отдается кому угодно, в половом акте уже не может стать полноценной партнершей, она всего лишь сексуальный объект. Вред, наносимый жертве, преступник отрицает, и в процессе мотивации своих поступков он убеждает себя: «Я никому не причиняю вред» либо «Я своим правонарушением только исправляю, корректирую социальную систему во имя общественной справедливости.

Поэтому мое правонарушение совершено оправданно». Внутреннее моральное сопротивление таким действиям, которые наносят непосредственный и определенный вред реальной персонифицированной жертве, оказывается у преступника более сильным, нежели сопротивление действиям, в которых жертва не конкретизирована, абстрактна или безлика. Поэтому у преступников проявляется очевидная направленность к деперсонализации и деиндивидуализации жертвы.

А в других ситуациях если жертва в виктимогенной обстановке не поддается сразу виктимизации и не определяет себя как жертву, а остается индивидом и доказывает тем самым преступнику, что является субъектом, а не объектом данной ситуации, то нередко ей удается избежать виктимизации.

Несовершеннолетние со свойственным им изначально подчиненным положением к взрослым, в том числе и к собственным родителям, образуют особую виктимную группу, так как на рассматриваемые отношения они проецируют привычное для них подчинение родительскому авторитету, что определяет заведомое снижение способности противостоять сексуальному посягательству.

Существенным фактором психологического уровня, регулятором поведения личности жертвы является ее самооценочный компонент.

Малолетние и несовершеннолетние, оказавшись в ситуации понуждения к действиям сексуального характера, испытывают большие психоэмоциональные перегрузки, серьезные трудности при выборе поведения. Все это приводит к драматическим ситуациям в жизни подростков. Несмотря на это, в ст. 133 УК установлены равные пределы уголовной ответственности за понуждение к действиям сексуального характера как совершеннолетних, так и малолетних и несовершеннолетних жертв. Жертва оказывается перед объективной необходимостью выбора варианта поведения, который может причинить меньший вред ее интересам.

Потерпевший(ая) вынужден(а) жертвовать чем-либо: либо переступить через принцип половой морали, либо предотвратить оглашение каких-либо сведений, касающихся его (ее) чести и достоинства, либо сохранить имущество, находящееся под угрозой уничтожения, повреждения или изъятия, а равно обеспечить свои интересы в силу материальной или иной зависимости от виновного. В данном случае постановка жертвы перед выбором своих действий свидетельствует о нарушении ее права на половую свободу или неприкосновенность.

Совершению сексуальных посягательств на одну и ту же жертву малолетнего или несовершеннолетнего возраста обычно способствует сокрытие ею первого сексуального посягательства. По данным исследования, каждая девятая потерпевшая малолетнего и несовершеннолетнего возраста оказывалась жертвой сексуального посягательства дважды. В качестве причин сокрытия сексуальных посягательств потерпевшие называли боязнь угроз насильника и родительского гнева.

Однако повторные сексуальные посягательства все же вынуждали потерпевших рассказать о происшедшем родителям. Отказ потерпевших заявить о сексуальном посягательстве на них в правоохранительные органы способствовал тому, что некоторые сексуальные преступники находили другую жертву такого же возраста и совершали очередное сексуальное посягательство.

Совершению сексуальных посягательств на малолетних и несовершеннолетних иногда способствуют недостатки в деятельности психиатрических диспансеров, администрация которых преждевременно вносит в суды представления о прекращении принудительных мер медицинского характера.

Сексуальные посягательства причиняют малолетним и несовершеннолетним существенный вред здоровью. Нередко это выражается в причинении серьезных повреждений половых органов, органов брюшной полости, в обильных кровотечениях, прерывании нежелательной беременности и других негативных последствиях. Нравственно-психологический ущерб, который причиняется этими преступлениями несовершеннолетним и малолетним потерпевшим, вообще не поддается оценке.

По данным лаборатории НИИ детства Российского детского фонда, дети, пережившие сексуальное насилие, отстают в физическом и особенно в психическом развитии. У них развивается своеобразный комплекс нервно-психических и поведенческих отклонений, нарушений в эмоциональной сфере, с одной стороны, и они становятся «трудными», неприятными, нередко опасными для окружающих — с другой.

Это подтверждает, что здоровье следует рассматривать как факультативный объект сексуального посягательства на малолетних и несовершеннолетних. Опасность сексуального насилия заключается и в том, что жестокое обращение с детьми имеет тенденцию к передаче на генном уровне из поколения в поколение. Таким образом, происходит трагическое воспроизводство насилия и пренебрежения к детям.

Известно, что семья — это та микросоциальная среда, в которой формируются основы межличностных отношений. Вследствие различных причин многие родители не контролируют подростков в свободное от учебы время. Это относится как к жертвам, так и к сексуальным преступникам несовершеннолетнего возраста.

Многие отвергнутые семьей девочки слишком рано начинают половую жизнь, становятся доступными сексуальными партнерами для взрослых. У некоторых девочек ухудшение или разрыв эмоциональных позитивных связей в семье совпадает с приходом в дом отчима. При этом часто меняется отношение к дочери и со стороны ее матери. В ряде случаев отчимы пытаются склонить девочек к интимным отношениям.

Установлено, что малолетними жертвами насильственных и ненасильственных сексуальных посягательств чаще становятся в результате таких свойств виновного, как ориентация на собственный опыт, мысли, психические установки о прошлом.

Большинство педагогов и психологов боятся обсуждать тему сексуального насилия больше, чем жертва. В беседах с детьми они не задают правильные вопросы на эту тему, а иногда и не слышат, когда воспитанники или пациенты намекают им о совершенном насилии. В то же время, как показывает практика, даже при наличии объективной информации все внимание сосредоточивается на преступнике, тогда как жертва нуждается в первую очередь во внимании и необходимой социальной, психологической и медицинской помощи.

Учитывая особенности посттравматического синдрома, который обязательно развивается после травмы, люди с большим трудом рассказывают о насилии, даже в случае большого доверия к специалисту, работающему с ними. Установить факт сексуального насилия значительно труднее, чем физического, поскольку раскрытию семейной тайны препятствуют чувство вины, стыда и страха, испытываемые ребенком и другими членами семьи, которые знают о случившемся.

Ребенку кажется, что, рассказав об этом психологу, он предаст отца или мать. Кроме того, слишком велика душевная боль, и дети боятся своего подавленного гнева, связанного с преодолением стресса. Они опасаются, что если начнут рассказывать, то гнев усилится и они потеряют контроль над собой и своими чувствами. К тому же их всегда преследует страх, что тот, кому они расскажут, отвергнет их, почувствовав отвращение.

Физическое и сексуальное насилие оставляет у ребенка неизгладимый след. Серьезность последствий зависит: от обстоятельств, связанных с особенностями ребенка (возраст, уровень развития и свойства личности) и насильника; от продолжительности, частоты и тяжести насильственных действий; от реакции окружающих.

Исследования показали, что насилие чаще проявляется в отношении детей младшего возраста и с более низким уровнем развития. Характер и глубина нарушений личности вследствие насилия будут также зависеть от возраста и уровня развития ребенка. Последствия для ребенка будут серьезнее, если насилие сопровождалось причинением боли и травмы.

По сравнению с сексуальным злоупотреблением такие формы сексуального насилия, как половое сношение, для ребенка наиболее травматичны. Последствия насилия будут тяжелее и в том случае, если оно совершено близким для ребенка человеком. Если после обнаружения сексуального насилия члены семьи встанут на сторону ребенка, а не на сторону насильника, то для ребенка последствия будут менее тяжелыми, чем когда он не получит защиты и поддержки.

Жертвам физического и сексуального насилия свойственны подозрительность и недоверие к людям, поскольку они пережили предательство со стороны родителей, физическое или сексуальное нападение, издевательства. Превратившись в «козла отпущения», они постепенно теряют надежду на родительскую любовь, признание и поддержку.

Поскольку у них нет доверия к родителям, то им трудно формировать доверительные отношения и с другими людьми, из-за этого круг общения сужается, они становятся замкнутыми. Став взрослыми, такие дети стараются избегать любой близости с другими людьми, в том числе и психологической, считая эти отношения потенциально опасными и непредсказуемыми.

Дети — жертвы сексуальных злоупотреблений экстраполируют свой страх перед насильником на всех взрослых или значимых лиц (ровесников) до панического неприятия и избегания (например, юношеское ухаживание или поцелуй может вызывать неадекватно сильный, агрессивный ответ).

У части детей могут быть сильные реакции страха в ответ на сексуальные стимулы, то есть на ситуации, действия, объекты, людей, которые в какой-либо мере напоминают пережитое сексуальное насилие. Например, ребенок может бояться раздевания, а также любых контактов с другими людьми или контактов определенного типа (обниматься, целоваться и т.д.) или, если насильником был мужчина, панически бояться всех мужчин.

Всех жертв физического и сексуального насилия отличает низкая самооценка, в основе которой лежит переживание стыда и вины. Жертвы физического и сексуального насилия часто страдают депрессией и отличаются аутоагрессивным поведением.

Депрессивные симптомы выражаются в переживании тоски, грусти, неспособности ощущать радость, наслаждение и т.д. Аутоагрессивное поведение выражается в действиях, направленных на нанесение себе травм, попытках суицида и мыслях о суициде. Если следовать психоаналитической трактовке, то таким образом жертва как бы «соглашается» с подсознательным желанием родителей — «было бы лучше, если бы этого ребенка не было вообще».

Чем тяжелее травма, например при сексуальном насилии, тем выше риск суицида и более глубоко выражена депрессия. У детей, подвергнувшихся сексуальным злоупотреблениям, в дальнейшем могут возникнуть глубокие эмоциональные нарушения.

Плохой самоконтроль и нарушение поведения свойственны жертвам как физического, так и сексуального насилия. Для жертв физического насилия больше характерны агрессивность, разрушительное поведение, как в школе, так и дома, бесконтрольность поведения. С помощью агрессии они защищают себя от волнения (тревоги) и чувства беспомощности. Результат такого поведения — создание большей дистанции от других. Враждебное отношение к другим людям продиктовано боязнью причинения себе боли. У таких детей обычно мало друзей, потому что их ровесников часто пугает их взрывное, импульсивное поведение. Постепенно такое поведение приводит подростка к изоляции.

Автор статьи: Т.И. СОЛОВЕЙ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Мар
03

ПРОБЛЕМЫ ОТГРАНИЧЕНИЯ ДЕЙСТВИЙ, СВЯЗАННЫХ С ПОЛОВЫМ ПОСЯГАТЕЛЬСТВОМ НА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

ПРОБЛЕМЫ ОТГРАНИЧЕНИЯ ДЕЙСТВИЙ СВЯЗАННЫХ С ПОЛОВЫМ ПОСЯГАТЕЛЬСТВОМ НА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

В правоприменительной деятельности нередко возникают спорные вопросы о квалификации деяний, связанных с посягательством на половую свободу и половую неприкосновенность несовершеннолетних.

Наиболее типично разграничение составов преступлений, предусмотренных статьями 132 и 135 УК РФ. Как показывает практика, в ряде случаев следственные и судебные органы ошибочно квалифицируют преступные деяния, предусмотренные ст. 132 УК РФ, как развратные действия (ст. 135 УК РФ).

Статьей 135 УК РФ установлена уголовная ответственность за совершение развратных действий без применения насилия в отношении лица, заведомо не достигшего 16-летнего возраста. В юридической литературе выделяется два вида развратных действий: физические и интеллектуальные.

Наиболее распространенными формами и способами совершения физических развратных действий являются любые манипуляции виновного или третьего лица с телом жертвы, направленные на удовлетворение половых потребностей виновного либо преследующие цель возбудить половой инстинкт у лиц, не достигших 16-летнего возраста, исключая половое сношение, гомосексуальный контакт и иные действия сексуального характера.

Главный критерий отграничения ст. 135 УК РФ от ст. 132 УК РФ — отсутствие полового (сексуального) контакта, включающего половое сношение, гомосексуальный контакт и иные действия сексуального характера. Однако на практике сложно установить ту грань, где заканчиваются развратные действия и начинается половой (сексуальный) контакт.

Определение начала сексуального контакта — главное условие для разграничения указанных составов. Верховный Суд РФ не дает определения полового (сексуального) контакта и лишь указывает, что под мужеложством следует понимать сексуальные контакты между мужчинами, под лесбиянством — сексуальные контакты между женщинами. Иные действия сексуального характера — это удовлетворение половой потребности другими способами, включая понуждение женщиной мужчины к совершению полового акта путем применения (или угрозы применения) насилия.

При всем многообразии поведения человека в сфере интимных отношений определить момент начала сексуального контакта достаточно сложно.

Указанную проблему пытаются разрешить многие исследователи, приводя и обосновывая различные формулировки. В этой связи выскажем свои соображения. По нашему мнению, сексуальным контактом является введение (прикосновение) полового органа, а равно предмета, имитирующего половой орган, одного лица в какую-либо (к какой-либо) полость (полости) или часть (части) тела другого лица.

Именно в связи с отсутствием точного определения начала сексуального контакта в правоприменительной практике существуют проблемы в отграничении насильственных действий сексуального характера от развратных действий.

Приведем характерный пример: подсудимый М. с целью удовлетворения своих половых потребностей заманил 11-летнюю С. в заброшенный дом. Затем, обнажив свои половые органы и половые органы малолетней С., стал прикасаться руками и половым членом к половым органам потерпевшей.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, у С. в области преддверия влагалища обнаружены ссадина и кровоизлияние под слизистую оболочку, причиненные однократным воздействием тупым твердым предметом, имеющим заостренную кромку, возможно ногтем пальца, и однократным воздействием тупым твердым предметом с гладкой, возможно близкой к сферической, формой и ограниченной по площади поверхностью.

Таковым предметом могла быть головка напряженного полового члена М. Суд рассмотрел дело в особом порядке, не проводя судебного следствия, и за указанные действия подсудимый М. был осужден по ст. 135 УК РФ. Ему было назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы условно.

Такая позиция суда представляется нам неправильной. Во-первых, исходя из заключения судебно-медицинской экспертизы, можно говорить о том, что в указанном случае был именно сексуальный контакт — физическое воздействие на потерпевшую, а не сексуальные манипуляции виновного или третьего лица с телом жертвы, направленные на удовлетворение половой страсти виновного либо преследующие цель возбудить половой инстинкт у лица, не достигшего 16-летнего возраста, исключая половое сношение, гомосексуальный контакт и иные действия сексуального характера.

Во-вторых, согласно приговору суда, насилие к С. не применялось, но, если учитывать ее малолетний возраст и то, что она является инвалидом детства (суд необоснованно не конкретизирует, по каким основаниям), в данном случае в обязательном порядке должна была быть проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза потерпевшей, необходимая для установления ее психического состояния и возможности правильного понимания С. характера и значения совершаемых с ней действий. На основании заключения указанной экспертизы можно было бы поставить вопрос о беспомощном состоянии малолетней потерпевшей в момент совершения с ней сексуальных действий.

В данном случае уместно говорить либо о насильственных действиях сексуального характера — ст. 132 УК РФ (в том случае, если по заключению психолого-психиатрической экспертизы судом будет установлено, что потерпевшая находилась в беспомощном состоянии), либо о половом сношении и иных действиях сексуального характера с лицом, не достигшим 16-летнего возраста, — ст. 134 УК РФ.

Приведем еще один пример: И., будучи в состоянии алкогольного опьянения, с целью удовлетворения половой страсти и возбуждения полового инстинкта у 10-летней П. лег рядом с ней на диван, снял с нее белье и стал гладить промежность, а затем средним пальцем правой руки дважды проник в область преддверия влагалища у основания девственной плевы, чем, по заключению судебно-медицинской экспертизы, нанес П. повреждения на слизистой оболочке области влагалища у основания девственной плевы.

Это дело суд также рассмотрел в особом порядке, не проводя судебного следствия, и за указанные действия подсудимый И. был осужден по ст. 135 УК РФ. Ему было назначено 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Как и в предыдущем примере, не была проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, необходимая для установления психического состояния потерпевшей и возможности правильного понимания П. характера и значения совершаемых с ней действий. Начавшийся сексуальный контакт был признан судом развратными действиями.

Указанную выше позицию суда, с которой мы категорически не согласны, поддерживают и некоторые исследователи. Так, к развратным действиям, по их мнению, следует относить различные сексуальные действия в отношении малолетних, например непристойные прикосновения к их половым органам, проникновение в женские половые органы рукой или прикосновение мужским половым органом к телу человека, нарушение девственной плевы.

Кроме того, по мнению С.Д. Цэнгэл, «главный и основной критерий разграничения составов преступлений, предусмотренных ст. 132 и 135 УК РФ, заключается в том, что при совершении развратных действий отсутствует физическое или психическое насилие, направленное на совершение действий сексуального характера помимо или вопреки воле потерпевшего».

Перечисленные сексуальные действия, по нашему мнению, никак нельзя считать развратными, в данном случае уместно говорить об уже начавшемся половом (сексуальном) контакте.

Кроме того, для правильной квалификации преступления необходимо определить рассматриваемые нормы — конкурирующие либо нормы смежных составов. При конкуренции всегда применяется приоритетная конкурирующая норма, а при наличии смежных норм — одна из них, когда несовпадающие признаки носят противоположный или взаимоисключающий характер либо имеется идеальная совокупность преступлений с совместимыми несовпадающими признаками.

Конкурирующие нормы отличаются от смежных тем, что первые всегда содержат все признаки, имеющиеся во вторых нормах, в том числе и признаки, отсутствующие в них, а вторые не содержат признаков, отсутствующих в первых нормах.

Смежные нормы характеризуются тем, что они по одному или нескольким признакам отличаются при совпадении всех остальных. Отличающийся признак обязательно должен быть несовпадающим, при этом не должен находиться в соотношении части и целого либо общей и специальной норм. В противном случае это будут нормы конкурирующие, а не смежные.

Проведенный анализ дает нам основание полагать, что составы преступлений, предусмотренные статьями 132 и 135 УК РФ, являются смежными, а это означает, что в случае, когда совершению мужеложства, лесбиянства, иных действий сексуального характера предшествует развращение, действия виновного должны рассматриваться как идеальная совокупность преступлений: развратных и насильственных действий сексуального характера.

Однако в юридической литературе существует и иная точка зрения, согласно которой насильственные действия сексуального характера, совершенные сразу после развратных действий, надлежит квалифицировать по ст. 132 УК РФ, а указанные действия рассматривать как начало выполнения объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ.

На практике преступление часто именно так и квалифицируется и развратные действия, предшествующие совершению насильственных действий сексуального характера, остаются безнаказанными.

Значительные трудности для органов следствия и суда представляет отграничение покушений на насильственные действия сексуального характера от совершения развратных действий. Приведем пример: подсудимый Д. неоднократно, находясь возле средней школы, демонстрировал свои половые органы 11-летней П., после чего усаживал ее в свой автомобиль и совершал в ее присутствии акт мастурбации.

Однажды Д. насильно взял руку потерпевшей и прикоснулся ею к своему половому органу. Д. был задержан проезжавшим мимо нарядом милиции. Органами следствия действия Д. были квалифицированы по ст. 132 УК РФ, однако суд признал Д. виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ.

Итак, развратными признаются только деяния, которые носят выраженный сексуальный характер, возбуждают у жертвы интерес к сексуальным аспектам жизни, но в то же время не являются половым сношением или иными действиями сексуального характера.

Подводя итоги исследованию проблемных ситуаций в уголовно-правовой квалификации насильственных действий сексуального характера при отграничении этого общественно опасного деяния от развратных действий, полагаем, что наибольшее внимание в правоприменительной деятельности следует уделять названным критериям, создающим надежную основу для правильной уголовно-правовой оценки выявляемых половых преступлений.

Автор статьи: Т.В. ЛЕОНОВА

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Мар
03

СОЦИАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ И ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЛИЧНОСТИ

СОЦИАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ И ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЛИЧНОСТИ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Преступления против половой свободы и половой неприкосновенности личности предусмотрены в гл. 18 УК РФ. Название главы недвусмысленно указывает на содержание видового объекта всех предусмотренных в ней преступлений.

Вместе с тем не только в юридической литературе, но и доктринальных источниках не сложилось единого мнения по этому вопросу. Представляется, что без его решения мы не достигнем ясности и в понимании уголовно-правового значения сексуального насилия. При ответе на поставленные вопросы выделяются несколько направлений.

Сексуальное насилие трактуется как вид полового преступления. Социально-правовая природа этих преступлений обсуждается давно, но взглядах между учеными пока не достигнуто полного взаимопонимания.

По мнению Я.М. Яковлева, к половым преступлениям следует относить такие деяния, которые посягают на принципы половой морали. Ее же указанный автор определяет как уклад половых отношений. «Эта мораль едина для всех членов социалистического общества (указанная работа издана в советский период развития российского уголовного права. — Ю. Гусева) и неразрывно связана с господствующим в нем мировоззрением и моральными принципами».

Перечисляя эти принципы, автор дает нам представление о содержании полового уклада общества периода развитого социализма:

допустимость возникновения половых отношений между лицами разного пола;
достижение субъектами половых отношений психической и физической зрелости;
взаимная любовь, уважение и общность взглядов и интересов участников половых отношений;
добровольность в установлении половых отношений и равноправие их участников;
недопустимость вступления в половые отношения из соображений материальной выгоды;
брак как предпочтительная форма таких отношений.

Следуя такой трактовке, логично было бы предположить, что преступлениями должны признаваться деяния, противоречащие указанным принципам.

Действительно, некоторые из них объясняют уголовно-правовые запреты. По УК РСФСР 1960 г. изнасилования и понуждения женщины к вступлению в половую связь (нарушение добровольности и равноправия участников половых отношений); полового сношения с лицом, не достигшим половой зрелости (нарушение принципа достижения субъектом половых отношений психической и физической зрелости); мужеложства (нарушение принципа допустимости половых отношений между лицами разного пола).

Однако в УК РСФСР 1960 г. не получили отражения другие принципы господствовавшей в то время половой морали. Например, принцип общности взглядов и взаимная любовь участников половых отношений; принцип недопустимости половых отношений по соображениям материальной выгоды.

Советское государство не сочло для себя возможным установить уголовную ответственность и за установление половых отношений вне института брака, хотя бы этого и требовали принципы советской половой морали.

Таким образом, пришлось признать, что определение социально-правовой природы и объекта половых преступлений через характеристику принципов половой морали является неточным, нуждается в комментариях, оговорках, недостаточно для исчерпывающей характеристики объекта половых преступлений.

В силу этого Я.М. Яковлев отметил, что вмешательство государства в уклад половых отношений ограничено наиболее общественно опасными случаями его нарушения, «в частности, когда такие нарушения возникают в противоречии с требованиями социалистической правовой морали».

Нетрудно заметить, что принципиальное (существенное) отграничение объекта половых преступлений от принципов половой морали указанному автору не удалось. Он так и не определил того критерия, по которому половое преступление существенно отличается от нарушения морали (полового уклада).

По смыслу приведенного выше положения отличительная особенность полового преступления — наибольшая его общественная опасность, а наибольшая общественная опасность этого преступления определяется противоречием половой морали.

Между тем Я.М. Яковлев достаточно активно критиковал позицию А.Н. Игнатова, который усматривает в социальной природе половых преступлений именно их аморальность (безнравственность). По мнению А.Н. Игнатова, половые преступления являются грубым нарушением норм морали, крайним проявлением безнравственного поведения.

Отмечая аморальность всякого преступления, А.Н. Игнатов выделяет в качестве существенной характеристики половых преступлений то, что они связаны с нарушением основ нравственных принципов по самой своей сути.

В то же время указанный автор выделил из всей системы моральных ценностей отдельную группу отношений, названных им половой нравственностью, в которую, по его справедливому мнению, должны включаться не только правила поведения людей в половых отношениях, но также этические и эстетические взгляды, обычаи общества, касающиеся вопросов секса.

За этим положением следует закономерный вывод о том, что социальная природа половых преступлений необоснованно сужена некоторыми учеными до преступлений сексуального (собственно полового) характера.

С этих позиций выглядит вполне обоснованным его мнение о том, что по своему характеру распространение порнографии, организация и содержание притонов, половой разврат ближе к половым преступлениям, чем к преступлениям против здоровья населения и общественной нравственности (преступлениям против общественной безопасности и общественного порядка).

Так считал П.И. Люблинский, который относил к половым преступлениям сводничество, содержание притонов разврата, вербовку женщин для занятия проституцией и вовлечение в проституцию, сутенерство, распространение порнографических произведений, устройство циничных зрелищ, публичное бесстыдство. Аналогичную позицию занимали многие ученые.

Для опровержения указанной позиции Я.М. Яковлев привел следующий аргумент: «То обстоятельство, что эти общественно опасные действия одновременно посягают на уклад половых отношений нашего общества, не дает основания относить их к половым преступлениям, так как этот объект не является основным, а носит производный характер от посягательств на общественный порядок.

В объективную сторону рассматриваемых преступлений не входит также совершение сексуальных действий, направленных на конкретных потерпевших, как это имеет место в половых преступлениях».

Получается, что существенными (отличительными признаками половых преступлений) указанный автор считает все-таки сексуальный характер действий, имеющих индивидуальную направленность (персонифицированных действий). Представляется, что этот аргумент был задействован лишь в пылу научной полемики. Даже во время опубликования рассматриваемой работы УК РСФСР 1960 г. предусматривал ответственность за развратные действия с несовершеннолетними (ст. 120 УК РСФСР).

А они, как известно, не всегда связаны с совершением сексуальных действий. Искаженное представление несовершеннолетнего о половых отношениях, а также пробуждение в его сознании преждевременного влечения к половым отношениям могут быть сформированы посредством несексуального воздействия.

Что же касается индивидуальной направленности половых преступлений как их отличительной черты, то она присуща им лишь постольку, поскольку половое преступление трактуется исключительно как преступление против личности в сфере половых отношений. Но, как уже было показано, такая трактовка как раз и не устраивает противников сужения социальной природы половых преступлений. Так что окончательный аргумент в этой давней научной полемике так и не был приведен.

Необходимость упоминания об этой полемике обусловлена тем, что и в наши дни многие авторы при решении вопроса о социальной и правовой природе половых преступлений (а также их классификации) остаются в пределах мнений, высказанных указанными выше учеными.

Так, Т.В. Кондрашова отмечает: «На наш взгляд, наиболее обоснованной и верной является позиция, занимаемая М.Д. Шаргородским, Ю.К. Сущенко, Б.В. Даниэльбеком, согласно которой к половым преступлениям следует относить лишь те, которые посягают на интересы личности в области охраны половой свободы и половой неприкосновенности: изнасилование; насильственные действия сексуального характера; понуждение к действиям сексуального характера; половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста (имеется в виду прежняя редакция ст. 134 УК РФ. — Ю. Гусева); развратные действия».

Представляется не вполне корректной подобная оценка позиции участников научной полемики, имевшей место во время действия другого уголовного закона. Во время действия УК РСФСР 1960 г. половые преступления не имели в тексте уголовного закона структурного обособления. Они находились в общем ряду преступлений против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности (гл. 3 УК РСФСР 1960 г.).

Уголовный закон не давал основания и повода к тому, чтобы объявить то или иное научное представление об объектах половых преступлений, их социальной и правовой сущности ошибочным или, напротив, верным.

Трактовка половых преступлений как таких, которые посягают на устои полового уклада, противоречат его социальным и нравственным требованиям, не только имела право на существование, но и была достаточно хорошо обоснована и опровергнута по существу не была.

Ее сторонники были более последовательны, чем те ученые, которые, опираясь на системообразующее значение полового уклада, ограничивали объекты половых преступлений только половыми интересами личности.

Те же, кто последовательно отстаивал роль полового уклада как социальной основы криминализации половых деликтов, закономерно приходили к выводу о необходимости изменения структуры Особенной части УК РСФСР. Так, Л.А. Андреева предлагала выделить все составы преступлений, посягающих на половой уклад, в самостоятельную главу Уголовного кодекса.

Возражая ей, Я.М. Яковлев отметил, что при выделении преступлений в определенную группу необходимо исходить из социальной и юридической природы тех отношений, которые поставлены под уголовно-правовую охрану соответствующими запретами.

Представляется, что именно этим принципом руководствовались те ученые, которые трактовали половой уклад не как правила общения половых партнеров, а как социально обусловленную и социально значимую систему нравственных и моральных ценностей, исполняющую позитивную роль своеобразного социального регулятора отношений между людьми.

Таким образом, трактовка половых преступлений как таких, которые посягают только на половые интересы личности участника половых отношений, была скорее произвольной, чем верной.

Представляется, что вопрос о том, что определяет социальную сущность половых преступлений: половой уклад или интересы личности как участника половых отношений, невозможно решить логическим путем. Этот вопрос является политическим, поскольку его решение зависит исключительно от воли государства.

Законодатель вполне мог пойти по тому пути, который предлагали сторонники определения сущности половых преступлений как посягательств на систему нравственных и моральных устоев половых отношений (полового уклада). О позиции государства в этом вопросе свидетельствует структурное обособление некоторых половых преступлений.

С одной стороны, выделение гл. 18 в УК РФ показывает, что преступления в половой сфере отношений между людьми объединяются в особую (отдельную) группу. Следовательно, они имеют общую социальную основу. В этом качестве может выступать половой уклад.

С другой стороны, виды этих преступлений противоречат лишь некоторым (немногим) требованиям полового уклада. По существу, из всех известных требований в гл. 18 УК получили отражение только два:

1) достижение субъектом половых отношений психической и физической зрелости (ст. ст. 134 и 135 УК) и
2) добровольность в установлении половых отношений и равноправие их участников (ст. ст. 131, 132, 133 УК).

Такое неполное (весьма ограниченное) отражение в гл. 18 УК отдельных элементов содержания полового уклада дает основания предположить, что система половой нравственности как таковая не является самостоятельной (и достаточной) социальной основой криминализации половых деликтов. Однако несомненно, что уголовно-правовые запреты деяний, предусмотренных гл. 18 УК, согласуются с требованиями полового уклада (половой нравственности).
Это не умаляет роли полового уклада как социального регулятора половых отношений, но свидетельствует о том, что этот социальный фактор не имеет собственного (самостоятельного) уголовно-политического (и уголовно-правового) значения, т.е. не является критерием, положенным в основание структуры Особенной части УК и, следовательно, критерием классификации половых преступлений.

В литературе предлагалось множество таких классификаций. Некоторые из них непригодны в силу существенного изменения российского уголовного законодательства в связи с принятием УК РФ 1996 г. Понятно, что это обстоятельство не может служить поводом для их критики (хотя некоторые авторы поддаются этому искушению).

Представляется, что порочность многочисленных классификаций половых преступлений обусловлена использованием при их создании непригодного критерия — требований полового уклада, который, как уже отмечалось, не может выступать в этом качестве с учетом уголовно-правовой реальности (не только современной, но и реальности советского периода развития российского уголовного права).

Так, П.И. Люблинский классифицировал половые преступления на следующие виды:

1) связанные с нарушением установленных форм брака;
2) против половой неприкосновенности;
3) нарушающие здоровое половое развитие в период детства и юношества;
4) связанные с половыми извращениями;
5) содействие чужому разврату;
6) ограничение половых отношений, продиктованное евгеническими мотивами.

Аналогичный критерий был положен в основание классификации, предложенной Б.В. Даниэльбеком, который выделил 3 вида половых преступлений:

1) посягающие на половую неприкосновенность взрослых лиц;
2) посягающие на нормальное половое развитие несовершеннолетних;
3) связанные с половыми извращениями или против естественного отправления половой потребности взрослых лиц.

Как одна, так и другая классификация трудно поддается научному анализу. В каждом из половых преступлений, предусмотренных статьями Особенной части УК РСФСР (а также УК РФ), при всей их немногочисленности можно усмотреть отражение различных сторон половой морали.

Поэтому количество элементов классификаций не соответствует количеству составов половых преступлений, предусмотренных уголовным законом. Содержательная сторона каждого из элементов указанных выше классификаций также не может служить предметом критичного анализа.

Причина этого заключается в невозможности ее сопоставления с конкретными требованиями половой морали, поскольку и сами эти требования разноречивы. Так, авторами научных работ требования полового уклада определяются по-разному. Например, Л.Л. Кругликов содержание полового уклада определяет отлично от того, как это было сделано Я.М. Яковлевым.

Он не включает в его содержание требования взаимной любви и уважения участников половых отношений, недопустимости вступления в половые отношения по соображениям материальной выгоды, брака как предпочтительной формы отношений между половыми партнерами.

Однако включает в содержание требований отсутствие близкого родства половых партнеров и сношение нормальным половым путем. Тому есть и другие примеры, что представляется закономерным, так как содержание половой морали (полового уклада) не формализовано, достаточно абстрактно, что вообще свойственно представлениям о морали и нравственности.

С этой точки зрения моральный кодекс строителя коммунизма представляется явлением уникальным. Системы моральных и нравственных запретов, содержащиеся в религиозных писаниях, действительно дают формализованное представление об этих категориях. Однако эта формализация явилась результатом тысячелетней эволюции религии как формы общественного сознания. Поэтому религиозные заповеди и сегодня не утратили своего значения и силы.

В отличие от религиозных заповедей, мораль и нравы отражают всего лишь модели поведения, типичные для определенного социума в определенном периоде его развития. Эти модели изменчивы, поскольку их формирование и трансформации определяются повседневными потребностями межличностного общения — социальной конъюнктурой. Поэтому их формализация, во-первых, невозможна, а во-вторых, нецелесообразна.

Моральный кодекс строителя коммунизма явился попыткой формализации продуманной, насаждаемой извне модели поведения. Эта попытка не увенчалась успехом. Сказанное применимо и к половой морали. Так что вряд ли возможно составить конкретное и полное, единое и однозначное представление о содержании требований современного полового уклада, которое могло бы послужить реальной основой для формирования уголовно-правовых норм и их системы.

Авторы с полным основанием констатируют изменчивость полового уклада. Так, А.П. Дьяченко отмечает, что страны Западной Европы и США пережили в XX в. несколько стадий сексуальной революции, проявившейся в либерализации сексуальной морали, трансформации семейных отношений, акселерации и признании автономии сексуальных ценностей.

Указанные тенденции проявились и в трансформации половой морали в российском обществе. По справедливому мнению А.П. Дьяченко, это явилось закономерным следствием влияния ряда объективных факторов: урбанизации, ослабления социального контроля в связи с миграцией населения, отчуждением личности в условиях крупного промышленного города, диспропорцией мужского и женского населения, образованием молодежной субкультуры как формы протеста против деформации общественной морали и ее пороков.

Все это свидетельствует о том, что изменчивость половой морали как типичной модели межличностных отношений — явление закономерное. Функцией уголовного права и задачей уголовного закона является охрана (обеспечение, регулирование) публичных, т.е. неизменно значимых жизненно важных интересов субъектов уголовного права (личности, общества и государства). Изменчивость половой морали как модели типичного поведения людей в их половых отношениях не согласуется с функциями и задачами уголовного права и уголовного закона.

Изменения в половой морали, несомненно, оказывают влияние на криминализацию (декриминализацию) половых деликтов или ее усиление (ослабление), пенализацию и депенализацию. Однако это влияние не является непосредственным, прямым. Оно осуществляется лишь постольку, поскольку изменения в половой морали определяют социальную востребованность уголовно-правовой нормы.

История развития российского уголовного законодательства и уголовное законодательство ряда зарубежных стран показывают, что до настоящего времени нормы половой морали востребованы обществом как социальное основание для уголовно-правовых запретов лишь в той мере, в какой они касаются жизненно важных интересов личности.

Это уголовно-политический факт, который отрицать невозможно. Стремление переменить уголовно-правовую действительность в системе половых преступлений может быть обоснованным, оправданным, понятным. Но оно остается напрасным до тех пор, пока не изменится действительность уголовно-политическая.

Если в основании криминализации половых деликтов лежат требования половой морали, то к половым преступлениям должны быть отнесены все те деликты, характер которых противоречит указанным требованиям.

Однако если в основании криминализации половых деликтов положен другой критерий (неизменно значимые жизненно важные интересы личности как субъекта уголовного права), то логично было бы предположить, что характер деликта не имеет существенного (решающего) значения для отнесения его к половым преступлениям.

Видимо, этим объясняется закрепление ряда противоречащих половой морали преступлений в тех разделах и главах УК РФ, которые к выделенным в гл. 18 УК преступлениям против половой свободы и половой неприкосновенности личности не имеют отношения (ст. ст. 240, 241, 242, 242.1).

В связи с этим представляются малоинтересными и те классификации половых преступлений, которые построены в зависимости от характера действий.

Такая классификация была предложена П.П. Осиповым, который подразделил половые преступления на:

1) половые сношения;
2) иные формы удовлетворения половой потребности. В рамках каждой из указанных форм он выделил разновидности:
а) действия сексуального характера и
б) действия сексуального характера и предшествующего им общественно опасного поведения, направленного на преодоление сопротивления потерпевшего или его нежелания вступать в половые отношения с виновным или другими лицами.

Т.В. Кондрашова предложила классификацию половых преступлений, построенную на основании трех критериев (вопреки законам формальной логики). Она считает, что «половые преступления можно подразделить как по объекту посягательства, так и по характеру сексуальных действий (в настоящее время в законодательстве по этому признаку выделены лишь два состава преступления, предусмотренные ст. ст. 131 и 132 УК РФ), а также по способу совершения (насильственный и ненасильственный)». При этом указанный автор ведет речь не об альтернативных критериях классификаций (альтернативных классификациях), а о единой классификации, в которой присутствуют различные по своему значению элементы.

Вряд ли подобную классификацию можно назвать научной, так как она противоречит нескольким требованиям формальной логики:

1) классификация должна быть построена на основании одного критерия (видоизменяющегося признака);
2) ее элементы не должны пересекаться;
3) каждый из элементов классификации должен исчерпывать свой предмет.

В то же время представляется, что анализ качества той или иной классификации не является конструктивным для целей нашего исследования до тех, пока не определен объем и содержание делимого на виды понятия. А значит, пока не сделан вывод о том, в чем заключается сущность полового преступления: в нарушении полового уклада (половой нравственности) или в нарушении интересов личности.

В настоящее время не только в специальной, но и в доктринальной литературе суть половых преступлений определяется через посягательство на интересы личности. Доктрина не умаляет значения полового уклада. Например, Г.Н. Борзенков справедливо отмечает, что, поместив половые преступления в раздел «Преступления против личности», законодатель тем самым определил родовой объект рассматриваемых преступлений как «человек, рассматриваемый в системе социальных ролей и общественных отношений».

В связи с этим интересы личности применительно к половым преступлениям также рассматриваются с учетом полового уклада (половой нравственности). В этом контексте важно подчеркнуть, что именно «с учетом» полового уклада, но, как нам представляется, в другой системе координат.

Автор статьи: Ю.А. ГУСЕВА

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Get an OpenID with myOpenID!

Мар
03

РАЗГРАНИЧЕНИЕ НАСИЛЬСТВЕННЫХ И НЕНАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ И ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ

РАЗГРАНИЧЕНИЕ НАСИЛЬСТВЕННЫХ И НЕНАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ И ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Наибольшие затруднения в квалификации преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности вызывает отграничение изнасилования и насильственных действий сексуального характера от понуждения к действиям сексуального характера, а также разграничение изнасилования и насильственных действий сексуального характера, совершенных с использованием беспомощного состояния потерпевшего (ст. ст. 134 и 135 УК РФ).

Кроме того, существуют трудности в отграничении этих преступлений от добровольных форм удовлетворения половых потребностей с применением физической силы к партнеру по обоюдному согласию участников полового контакта.

Основой верной квалификации здесь является правильное толкование признака насилия. Как известно, понятия насилия и насильственного преступления не определены в УК РФ. Спектр подходов к доктринальному толкованию насилия в настоящее время стал еще более широким, чем 10 — 15 лет назад. Условно можно выделить три подхода к его определению.

Первый подход заключается в узком толковании насилия. Так, В.И. Симонов рассматривает насилие как способ совершения преступления и определяет его как осознанное применение физической силы для нарушения телесной неприкосновенности другого лица, помимо его воли либо вопреки ей, или угрозы совершения насильственных действий.

Второй подход характеризуется более широким толкованием этой категории. Л.Д. Гаухман под физическим насилием понимает противоправное воздействие на организм другого человека, включая и воздействие путем введения в организм любым способом отравляющих, сильнодействующих веществ, а соответственно, под угрозой применения насилия — воздействие на психическую сферу человека, выражающееся в запугивании его применением физического насилия.

Третий подход состоит в широком понимании насилия как физического, так и психического воздействия на другого человека. Причем некоторые авторы относят к насилию психическое воздействие (оскорбление, клевета) и интеллектуальное насилие (превышение должностных полномочий, незаконный арест и задержание), фактически отождествляя термины «насилие» и «воздействие».

При таком подходе можно признать насильственными подавляющее большинство преступлений, предусмотренных УК РФ. Тенденция более широкого понимания насилия сформировалась под воздействием многих факторов, в частности изменений в социально-экономической жизни России, внедрения в сознание россиян западной идеологии прав человека и других факторов. Очевидно влияние западных правовых систем, в частности англосаксонского права. Так, в уголовном законодательстве США насилие понимается как применение или попытка применения физической силы или угрозы применения физической силы в отношении не только человека, но и имущества.

Первый подход к понятию насилия, который воспринят и находит отражение в правоприменении, представляется наиболее последовательным. Он позволяет четко очертить две формы насилия: физическое и психическое. Физическое насилие — это осознанное противоправное использование физической силы для нарушения телесной неприкосновенности другого человека помимо его воли или вопреки ей.

Например, физическим насилием может считаться введение в организм другого человека одурманивающих, сильнодействующих или ядовитых веществ только насильственным путем. Очевидно, что введение таких веществ в организм потерпевшего обманным путем не может расцениваться как насилие.

Иную позицию занимает Р.Д. Шарапов. Он отождествляет понятия физического насилия и физического воздействия. Несомненно, понятие физического воздействия включает в себя любые виды энергетического воздействия на человека, но ставить знак равенства между этими понятиями нельзя.

Так, заражение другого лица венерическим заболеванием при добровольном половом сношении не образует физического насилия над потерпевшим, но, безусловно, будет расцениваться как причинение вреда здоровью потерпевшего путем физического воздействия (ст. 121 УК РФ).

Под психическим насилием следует понимать запугивание другого человека применением физической силы с целью подавления его сопротивления и подчинения его воли. Отдельные авторы, вопреки сложившейся судебной практике, пытаются дать широкое определение психического насилия.

Так, Л.В. Сердюк полагает, что к психическому насилию можно отнести угрозы не только применить физическую силу, но и огласить неприятную для потерпевшего информацию и др. Ученый, по сути, отождествляет понятие психического насилия с понятием психического воздействия, хотя понятие «воздействие» гораздо шире понятия «насилие».

Насилие может быть вооруженным. При этом вооруженное насилие может выступать как физическое насилие, когда преступник непосредственно применяет огнестрельное оружие, предметы, используемые в качестве оружия, что несет вред здоровью потерпевшего или смерть. Оно может проявляться и в форме психического насилия в случаях, когда преступник угрожает применением оружия, демонстрируя намерения использовать его. В той и другой форме вооруженное насилие обладает высокой общественной опасностью, угрожая жизни и здоровью человека.

Физическое и психическое насилие есть нормативный признак преступлений, закрепленных в ст. 131 и ст. 132 УК РФ.

В данном случае насилие является способом совершения преступления, способом преодоления сопротивления потерпевшего, способом установления и осуществления контроля над ним.

Немаловажно также, на наш взгляд, разграничивать насилие как процесс (действие) и как результат насильственного воздействия, который по сути своей насилием не является, а выражается в определенных преступных последствиях.

В первом случае насилие должно иметь такую интенсивность, чтобы быть достаточным для подавления сопротивления и воли потерпевшего. Во втором случае наличествует результат насильственного воздействия на организм потерпевшего, который может выражаться в причинении легкого и средней тяжести вреда здоровью, заражении венерическим заболеванием или ВИЧ-инфекцией.

Кроме физического насилия в законе закреплен и признак психического насилия, которое должно выражаться в запугивании другого человека применением физической силы с целью подавления его сопротивления и подчинения его воли.

Исходя из признаков ст. 131 и ст. 132 УК РФ угроза применения физической силы может быть направлена не только на непосредственно потерпевшего, но и на другое лицо, однако цель ее остается прежней. На сегодняшний день вопрос о двух видах угрозы насилием в зависимости от времени ее реализации является дискуссионным.

Мы не разделяем позицию некоторых авторов и Пленума Верховного Суда РФ об ограниченном толковании угрозы как угрозы немедленного применения насилия. Этот подход подвергался в литературе обоснованной критике: в большей степени соответствующей букве закона является точка зрения, согласно которой угроза насилием в составах преступлений, предусмотренных ст. 131 и ст. 132 УК РФ, предполагает не только наличную угрозу, но и угрозу применения насилия в будущем.

Не повторяя приведенные в литературе аргументы, следует подчеркнуть, что определяющим признаком в понятии угрозы применения насилия является не ее наличность, а ее реальность, т.е. реальная возможность причинения вреда потерпевшему или его близким.

Реальность угрозы, как указано в ст. 119 УК РФ, означает достаточность оснований опасаться ее осуществления. Поэтому угроза применения насилия в будущем также может не оставить выбора потерпевшей (потерпевшему), если она (он) осознает невозможность нейтрализации этой угрозы.

Общественная опасность угрозы применения насилия в будущем столь же велика, как и угрозы немедленного применения насилия, тем более что моментом, определяющим степень ее опасности, всегда выступает интенсивность психического насилия. Например, насильник требует совершить с ним половой акт и угрожает потерпевшей завтра убить ее ребенка. Потерпевшая осознает, что не сможет уберечь ребенка и насильник может в будущем в любой момент исполнить угрозу. В сравнении с этим менее опасной может быть наличная угроза причинения потерпевшей физической боли или побоев.

В психологическом аспекте восприятие угрозы насилием в будущем как реальной вызывает те же эмоции страха, испуга и ужаса, которые способны не только подавить волю потерпевшей, но и причинить психическую травму.

Таким образом, определяющие критерии разграничения состоят в том, что при насильственном посягательстве:

1) в момент посягательства существует реальная (как наличная, так и направленная в будущее) угроза применения физической силы к потерпевшему либо его близким;
2) воля потерпевшего в такой степени подчинена воле виновного, что потерпевший в момент посягательства не может действовать свободно. При противоправном воздействии эти критерии отсутствуют.

В контексте рассматриваемого вопроса варианты противоправного воздействия содержатся в ст. 133 УК РФ. К ним относятся шантаж, т.е. угроза распространения компрометирующих сведений или разоблачения потерпевшего, угроза уничтожением, повреждением или изъятием имущества либо использование материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей).

Доктринальное толкование признака использования материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей), существующее несколько десятилетий, необоснованно ограничивает его содержание.

Суть данного толкования заключается в том, что не образует состава понуждения предложение вступить в половую связь или удовлетворить половую страсть в иной форме, соединенное с обещанием за это каких-либо выгод, ибо в таком случае поведение самой потерпевшей противоречит нормам социалистической морали.

Большинство авторов современных учебников и комментариев УК РФ повторяют эти положения. Однако очевидно, что использовать зависимое положение потерпевшего можно не только примитивным путем, угрожая ухудшить его жизненное положение, но и путем искушения потерпевшего — посулами различных благ, которые ему недоступны в силу его жизненных условий.

Уголовный закон должен быть на стороне жертвы, а не искусителя. Именно такова позиция законодателя: наказывается лицо, склоняющее другое к потреблению наркотиков, вовлекающее несовершеннолетнего в совершение преступления, занятие проституцией, в совершение антиобщественных действий и т.д.

Поэтому составом понуждения к действиям сексуального характера охватываются, на наш взгляд, любые искушающие потерпевшего действия лица, от которого потерпевший материально или другим образом зависит. Например, образуют состав этого преступления действия лица, предлагающего подчиненной ему по работе женщине вступить с ним в сексуальные отношения и обещающего ей за это увеличить зарплату в несколько раз.

Таким образом, при преступном воздействии в рамках ст. 133 УК РФ понуждение в форме угрозы или искушения при использовании материальной или иной зависимости потерпевшего равны по степени общественной опасности. В обоих случаях происходит такое влияние на волю потерпевшего, при котором он не может в полной мере поступать в соответствии со своими намерениями, вследствие чего нарушается его половая свобода и, кроме того, возникает угроза причинения существенного вреда иным охраняемым уголовным законом интересам.

Особое внимание, на наш взгляд, следует уделять вопросам разграничения изнасилования либо совершения насильственных действий сексуального характера в отношении малолетнего или несовершеннолетнего потерпевшего и совершения добровольного полового сношения с лицом, не достигшим 16 лет, или совершения с ним иных действий сексуального характера.

Безусловно, имеет значение возрастной критерий, однако следует отметить, что для квалификации данных преступлений значительную роль играет внутреннее психическое отношение потерпевшего к совершаемым в отношении его действиям. Поэтому в каждом случае суд и органы предварительного следствия должны назначать судебную психолого-психиатрическую экспертизу, целью которой является установление психологического отношения потерпевшего к совершаемым в отношении его противоправным действиям.

При производстве такого рода экспертиз, на наш взгляд, важно учитывать следующие качества личности несовершеннолетнего: уровень его развития, наличие жизненного опыта, достаточность осведомленности в социальных и морально-этических аспектах сексуальных отношений, способность в полной мере понимать характер и значение совершаемых с ним действий, способность оказать сопротивление и выразить свою волю. Выводы эксперта в совокупности с другими доказательствами должны быть положены в основу квалификации содеянного.

При совершении действий, указанных в ст. 134 УК РФ, необходимо добровольное согласие потерпевшего, т.е. уровень его психического развития и социальной адаптации должен быть достаточным для принятия подобного решения. Отсутствие же этих качеств у потерпевшего свидетельствует о его беспомощном состоянии и влечет ответственность виновного по ст. 131 или ст. 132 УК РФ.

Следовательно, уровень психического развития и восприятия потерпевшего может являться одним из критериев разграничения насильственных и ненасильственных преступлений против половой неприкосновенности. Важно также, что, исходя из всех обстоятельств преступления, виновный должен осознавать наличие либо добровольности со стороны потерпевшего, либо беспомощного его состояния.

Еще одна проблема квалификации рассматриваемой категории дел, на наш взгляд, заключается в отграничении развратных действий от иных насильственных действий сексуального характера. Прежде всего необходимо указать объективные критерии разграничения ст. 132 и ст. 135 УК РФ.

Необходимо отметить, что развратные действия не должны сопровождаться применением насилия, но могут сопровождаться физическим воздействием с добровольного согласия потерпевшего.

Так, прикосновения к телу и одежде потерпевшего, ограничение или лишение его свободы передвижения, совершенные вопреки его воле, в случаях, когда он не мог ее выразить в силу возраста, обстановки преступления или особенностей психического развития, следует считать применением физического воздействия в отношении лица, находящегося в состоянии беспомощности, а действия виновного необходимо квалифицировать по ст. 132 УК РФ.

Данный признак в ряде случаев является основополагающим при разграничении состава преступления, предусмотренного ст. 135 УК РФ, и иных преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы. Однако полная уголовно-правовая оценка может быть дана лишь с учетом характера совершаемых действий в отношении потерпевшего.

По нашему мнению, варианты совершения развратных действий можно разделить на две группы: связанные с нарушением телесной неприкосновенности ребенка и не связанные с нарушение таковой.

К первой группе относятся такие действия, совершаемые виновным, в процессе которых происходит воздействие на интимные части тела ребенка, не связанное с половым сношением и действиями сексуального характера.

В этих случаях при совершении развратных действий удовлетворение половой страсти не носит характера полового сношения с потерпевшим в любой форме и обстоятельства дела свидетельствуют о том, что насилие к потерпевшему не применялось. Действия виновных при указанных обстоятельствах должны быть квалифицированы по ст. 135 УК РФ.

Развратные действия по объективным признакам не совпадают с половым сношением или действиями сексуального характера; они имеют более низкую степень интенсивности противоправного сексуального поведения.

Поэтому нельзя признать развратными действиями любые действия виновного, имитирующие половое сношение (например, мастурбация потерпевшего, введение во влагалище потерпевшей или заднепроходное отверстие потерпевшего различных предметов, пальцев рук). Указанные случаи имеют более высокую степень общественной опасности, и их необходимо квалифицировать как иные действия сексуального характера.

Ко второй группе относятся такие развратные действия, при совершении которых в большей степени нарушается нормальное психологическое развитие потерпевшего, пробуждается нездоровый сексуальный интерес, половое влечение.

До настоящего времени в юридической литературе изучению вопроса разграничения преступных и непреступных форм удовлетворения сексуальных потребностей, сопровождающихся применением физической силы, не было уделено достаточно внимания.

Так, возникает проблема квалификации действий лица, причиняющего при сексуальном контакте по взаимному добровольному согласию физическую боль или совершающего иное физическое воздействие на партнера, которое влечет за собой вред здоровью последнего. С внешней стороны такие действия совпадают с объективной стороной преступлений, предусмотренных ст. 131 и ст. 132 УК РФ. Однако внутренняя сторона таких поступков значительно отличается от субъективной стороны указанных преступлений.

Представляется необходимым установить четко определенные рамки действия норм уголовного закона в сфере реализации права человека на половую свободу. По нашему мнению, критерии правомерности здесь следующие: во-первых, добровольный характер самого сексуального контакта, во-вторых, добровольность в выборе способа удовлетворения сексуальных потребностей и, в-третьих, отсутствие общественно опасных последствий.

Раскрывая содержание указанных критериев, необходимо отметить, что они в совокупности должны относиться к обеим сторонам сексуального контакта и обе стороны должны достоверно знать о наличии обоюдного добровольного согласия (например, предварительная договоренность, длительные сексуальные отношения и др.). Данные положения относятся только к действиям партнеров, обладающих половой свободой, т.е. лиц, достигших 18 лет.

Указанные действия не несут в себе общественной опасности и не являются преступлением только тогда, когда в результате их совершения не наступают последствия в виде причинения вреда, опасного для жизни и/или здоровья, либо смерти человека. При наличии таких последствий действия виновного образуют преступление и квалифицируются как неосторожное деяние против жизни или здоровья человека.

Авторы статьи: Е.А. КОТЕЛЬНИКОВА, В.Г. ШУМИХИН

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Мар
03

ПРИНУЖДЕНИЕ КАК СПОСОБ СОВЕРШЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ И КАК УГОЛОВНО НАКАЗУЕМОЕ ДЕЯНИЕ

ПРИНУЖДЕНИЕ КАК СПОСОБ СОВЕРШЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ И КАК УГОЛОВНО НАКАЗУЕМОЕ ДЕЯНИЕ

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Принуждение нередко указывается в уголовном законе в качестве способа совершения преступления или уголовно наказуемого деяния. С помощью физического или психического принуждения виновный пытается повлиять на поведение другого человека. УК РФ не в полной мере охватывает круг общественно опасных деяний, которые посягают на свободу волеизъявления.

Во многих уголовных кодексах зарубежных государств установлена уголовная ответственность за принуждение как за самостоятельное преступление. Такой подход представляется удачным, и УК РФ было бы желательно дополнить нормой об ответственности за принуждение как за самостоятельное преступление.

Конституция РФ гарантирует охрану широкого спектра прав и свобод человека и гражданина, подчеркивая при этом, что они определяют смысл, содержание и применение законов (ст. 18). Среди подлежащих охране конституционных установлений свобода человека занимает, как представляется, ведущее место и имеет основополагающее значение.

Под свободой следует понимать не только такие ее проявления, как выбор места жительства, сфера приложения трудовых усилий, свобода мыслей и убеждений и т.п., но и свободу волеизъявления в самом широком смысле этого слова, которая не может быть ограничена иными лицами. С точки зрения политико-правового значения категория свободы предполагает допустимыми любые действия, не причиняющие вреда другим людям.

Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральными законами и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны, безопасности государства (ст. 55 Конституции РФ).

Следовательно, деяния, посягающие на свободное волеизъявление человека, направленные на изменение поведения последнего вопреки его воле, должны быть предметом рассмотрения уголовного права (естественно, с учетом степени их общественной опасности).

Сказанное в полной мере подтверждают те статьи УК РФ, в которых, в частности, установлена ответственность за принуждение (или понуждение) человека к совершению поступков, ему нежелательных и являющихся вынужденными в силу воздействия на него особых приемов, выступающих в качестве криминообразующих либо квалифицирующих признаков определенных составов преступлений.

Необходимо учитывать разнообразие видов фиксации таких приемов в УК РФ. Так, иногда эти приемы воздействия на другого человека закрепляются законодателем с помощью использования терминов «принуждение» или «понуждение», но чаще на принуждение напрямую не указывается.

Однако принуждение возможно и без непосредственного на него указания, в первую очередь в случае, когда насилие либо угроза его применения или угроза совершения иных действий, противоречащих правам или законным интересам индивида, предусмотрены статьей Особенной части УК РФ и от потерпевшего с их помощью пытаются добиться поведения, выгодного виновному.

Следует отметить, что термин «принудить» означает заставить человека что-либо сделать против его воли. При принуждении с помощью физического или психического воздействия на человека пытаются изменить его поведение.

Традиционно принуждение по особенностям воздействия на потерпевшего подразделяется на физическое и психическое. Общим для них является то, что физическое или психическое влияние на человека — это общественно опасное деяние, осуществляется незаконно и имеет целью воспрепятствовать проявлению свободы воли человека, заставить совершить поступок, который для него был нежелательным.

Физическое принуждение может быть двух видов. Во-первых, оно представляет собой механическое или с помощью одурманивающих или иных средств воздействие на тело и внутренние органы человека. К нему можно отнести избиение, истязание, пытки, насильственное или помимо воли человека введение в его организм одурманивающих веществ, принудительное связывание, т.е. действия, внешне совпадающие с физическим насилием, но отличающиеся своей направленностью на подавление воли другого человека, от которого хотят добиться поведения, выгодного принуждающему.

Во-вторых, физическое принуждение может быть и не связанным с физическим насилием. Таковым, например, является запирание человека в помещении без непосредственного механического воздействия на его организм, в результате чего он лишается возможности воспользоваться свободой передвижения и не может совершить те действия, которые желал бы (а иногда и должен был) осуществить.

Следовательно, физическое принуждение представляет собой противоправное внешнее воздействие на организм человека или лишение его возможности передвигаться в пространстве, осуществляемое с целью заставить его против его воли или помимо его воли действовать (бездействовать) определенным образом.

Психическое принуждение не следует ограничивать угрозой применения физического насилия, оно охватывает и все иные виды угроз, оказывающих влияние на свободное волеизъявление человека. Такое принуждение осуществляется с целью заставить человека, подвергающегося принуждению, совершить какие-то действия или воздержаться от их совершения. Оно может выражаться также в воздействии на человека, сопряженном с требованием от него определенного поведения, путем применения физического насилия к другому лицу, в судьбе которого он заинтересован.

Подобный механизм нередко имеет место, например, при захвате заложника, когда, избивая жертву или применяя к ней пытки, преступники пытаются оказать влияние на третье лицо и добиться от него совершения (отказа от совершения) каких-то действий. В этом случае требуемые действия (бездействие) третьего лица будут результатом психического давления на него.

Особыми способами принуждения являются гипноз, нейролингвистическое программирование, применение высокочастотных генераторов. Несмотря на нетрадиционность этих способов, их воздействие на волю другого человека, так же как и при иных разновидностях принуждения, направлено на то, чтобы навязать другому человеку свою волю, заставить его изменить свое поведение. В связи с этим ошибочной представляется получившая распространение на практике квалификация как мошенничества действий лиц, использующих гипнотическое влияние на потерпевшего для получения его имущества.

В подобных случаях имеет место подавление воли другого человека, принудительное воздействие на него с корыстной целью, что по своему механизму весьма сходно с введением в организм человека помимо его воли одурманивающих или иных веществ для дальнейшего изъятия чужого имущества. Следовательно, в зависимости от опасности гипнотического принудительного влияния для здоровья потерпевшего совершенное деяние должно оцениваться как грабеж с насилием или как разбой.

Насилие и угроза применения насилия либо иные угрозы часто указываются в уголовном законе в качестве конститутивных или квалифицирующих признаков состава преступления. Безусловно, насилие и угрозы и принуждение — категории во многом сходные и взаимосвязанные. Однако не любое насилие является принуждением.

Так, отсутствует принуждение в случае причинения вреда здоровью человека без попытки изменить его поведение или поведение других лиц. Очевидно, что принуждение характеризует специальная цель, заключающаяся в склонении принуждаемого к совершению какого-либо деяния.

Физическое насилие и угроза как способы воздействия на потерпевшего (насилие и угрозы при вымогательстве) в отличие от насилия и угрозы в качестве деяния (убийство, угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью) носят характер принуждения, когда они используются для подавления волеизъявления другого человека и влияния на его поведение.

О принуждении, в частности, свидетельствуют шантаж или разнообразные угрозы, с помощью которых виновные пытаются заставить другое лицо выполнить какое-либо деяние, поэтому оно имеет место при совершении вымогательства (ст. 163 УК РФ), при получении коммерческого подкупа с вымогательством предмета подкупа (п. «б» ч. 4 ст. 204), а также при получении взятки, сопряженном с ее вымогательством (п. «в» ч. 4 ст. 290).

Важно отметить, что принуждение может выступать способом вовлечения лица в совершение преступления или антиобщественных действий. К ним относятся: вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ); вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151); содействие террористической деятельности (ст. 205); склонение к потреблению наркотических средств или психотропных веществ (ст. 230); вовлечение в занятие проституцией (ст. 240).

Принуждение характерно и для преступлений, при совершении которых воздействие оказывается не на потерпевшего, а на других лиц: террористический акт (ст. 205 УК РФ), захват заложника (ст. 206).

Таким образом, воздействие на другого человека с целью подчинения его воли требованиям виновного и изменения его поведения осуществляется при совершении целого ряда преступлений, в законодательном описании которых термин «принуждение» не употребляется. Это в полной мере относится к преступным деяниям, совершаемым против воли потерпевшего и для характеристики которых законодатель употребляет термины «оказание воздействия», «требование», «вымогательство взятки».

Вместе с тем в целом ряде случаев в Особенной части УК РФ принуждение или понуждение как уголовно наказуемое деяние или его способ напрямую упоминается для характеристики преступлений, посягающих, как правило, на жизнь, здоровье, различные права и свободы личности: принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации (ст. 120 УК РФ); понуждение к действиям сексуального характера (ст. 133); воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий, соединенное с принуждением (п. «а» ч. 2 ст. 141); фальсификация избирательных документов или документов референдума, соединенная с принуждением (ч. 2 ст. 142); воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов путем принуждения их к распространению или отказу от распространения информации (ст. 144); нарушение изобретательских или патентных прав в форме принуждения к соавторству (ст. 147); воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них (ст. 149); принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения (ст. 179); принуждение к продолжению занятия проституцией (ст. 240); принуждение к даче показаний (ст. 302); подкуп или принуждение к даче показаний или уклонению от дачи показаний либо к неправильному переводу (ч. 2 ст. 309); сопротивление начальнику или принуждение его к нарушению обязанностей военной службы (ст. 333). Все перечисленные деяния посредством принуждения склоняют лицо к изменению его поведения.

Отмеченное позволяет сделать вывод о том, что о принуждении как о деянии и способе совершения преступления можно говорить в узком и широком смысле слова. В узком смысле слова оно имеет место в случаях, когда законодатель употребляет термин «принуждение» при описании объективной стороны, а в широком смысле слова — когда характеристика объективной стороны допускает принуждение как возможный способ совершения преступления наряду с другими способами без специального указания на него.

Однако, поскольку в последнем случае при квалификации деяния применение физического или психического принуждения не учитывается, в качестве признака преступления необходимо при назначении наказания указывать на п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ, содержащий данный признак в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.

Немаловажно и то, что законодатель учитывает подавленность воли принуждаемого. Поэтому в случае совершения человеком, находящимся под физическим или психическим принуждением, деяния, причиняющего вред охраняемым уголовным законом интересам, решение вопроса о том, подлежит ли он уголовной ответственности либо преступность его деяния исключается, невозможно без обращения к положениям ст. 40 УК РФ.

Анализируя принуждение (понуждение) в узком смысле слова, приходится констатировать, что не все имеющиеся в уголовном законе нормы в полной мере охватывают тот круг деяний, которые посягают на свободу волеизъявления, в результате чего имеются определенные пробелы в законе. Приведенное замечание относится, в частности, к положениям статей 146 и 179 УК РФ.

В УК РФ принуждение к соавторству наказуемо лишь в отношении авторов изобретения, полезной модели или промышленного образца (ст. 147). Однако не подлежат ответственности за названные действия лица, совершившие их в отношении писателя, композитора, скульптора. Такое положение надлежит рассматривать в качестве пробела уголовного закона.

Между тем в УК РСФСР 1960 года (ст. 141), Модельном УК для государств СНГ, законодательстве государств — бывших союзных республик (кроме Армении) подобные действия наказуемы в отношении обеих разновидностей интеллектуальной собственности. В уголовном законодательстве ряда стран преступным признается принуждение не только к соавторству, но и к отказу от авторства (ч. 2 ст. 147 УК Латвии), а также к признанию другого лица преемником авторских прав (ч. 2 ст. 191 УК Литвы).

В литературе высказывалось предложение квалифицировать принуждение к соавторству по ч. 1 ст. 146 УК РФ как присвоение авторства. Однако такое толкование представляется неприемлемым, поскольку, по сути, представляет собой попытку осуществления аналогии закона. Вместе с тем вполне правомерным было бы восполнение пробела путем включения в качестве одного из признаков преступления, предусмотренного ст. 146 УК РФ, принуждения к соавторству либо к отказу от авторства.

Существуют проблемы и с применением ст. 179 УК РФ. Как показывает изучение уголовных дел, возбужденных по ст. 179 УК РФ, зачастую виновные принуждают потерпевшего не к отказу от заключения сделки, а к отказу от ведения предпринимательской деятельности как таковой. Это наглядно видно из следующего примера. Р. был осужден по п. «б» ч. 2 ст. 179 УК РФ. Его преступные действия выразились в том, что, применив насилие, он потребовал от Ш., продавца арбузов фирмы «Рита-М», прекратить торговлю и покинуть избранное им место торговли.

В обвинительном приговоре суд указал: Р. совершил принуждение к отказу от совершения сделки. Однако такая формулировка является натянутой, так как фактически Р. требовал вообще прекратить торговлю. Поэтому, на наш взгляд, в ч. 1 ст. 179 УК РФ следует установить уголовную ответственность и за принуждение к отказу от ведения предпринимательской или иной экономической деятельности.

Анализируемая норма главы 22 УК РФ направлена на охрану субъектов экономической деятельности в самом широком смысле этого слова. Поэтому потерпевшим от данного преступления не может выступать гражданин как физическое лицо.

Вместе с тем и в отношении физических лиц могут иметь место случаи принуждения к совершению сделок, не входящих в круг их интересов. Так, гражданина могут заставить продать свой дом, построенный в месте, где торговая фирма решила открыть магазин, или некий другой гражданин решил расширить свой участок за счет соседского.

В приведенных ситуациях владельцы земельных наделов вынуждены под угрозой физического или психического давления заключить сделку купли-продажи, получив при этом, возможно, даже большие суммы, чем их реальная стоимость. Однако при этом они не только подверглись насилию, но совершили сделку, противную их интересам. Такие деяния, видимо, также должны получить надлежащую оценку, но, как представляется, не за счет дополнения диспозиции ст. 179 УК РФ.

С учетом сказанного представляется необоснованным и не соответствующим принципам построения разделов и глав Особенной части УК РФ предложение об установлении в ст. 179 УК РФ ответственности за принуждение к совершению действий имущественного характера (тем более что слова «без признаков вымогательства» предлагается исключить из диспозиции нормы), распространив ее действие в том числе и на физических лиц. Предлагаемое решение вопроса, на наш взгляд, не вписывается в общую структуру главы 22 УК РФ и способно нарушить ее структуру.

Более предпочтительным и соответствующим современным тенденциям в сфере уголовного законодательства было бы включение в главу 19 УК РФ «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» самостоятельной статьи об ответственности за принуждение к совершению действий, противоречащих правам и законным интересам человека и гражданина, под угрозой применения насилия.

Причем норма в такой редакции была бы направлена не только на охрану физического лица от принуждения к заключению неправомерных сделок, но и от принуждения к совершению иных деяний, противоречащих законным интересам человека (принуждение к производству аборта и т.п.). Например, не все посягательства на свободу личности, носящие характер принуждения, охватываются признаками преступлений, включенных в главу 17 УК РФ.

Так, судебная практика столкнулась с трудностями квалификации случаев захвата и перемещения человека в пространстве, совершенных из мести или из неприязненных отношений, когда отсутствовала цель дальнейшего удержания и потерпевшего после перемещения отпускали (выталкивали из машины, бросали в отдаленной от дома местности и т.п.).

Поскольку отсутствует специальная цель удержания, то, следовательно, нет и признаков похищения человека и к подобным ситуациям нельзя применить примечание к ст. 126 УК РФ. В настоящее время наметилась тенденция квалификации подобных действий как незаконного лишения свободы.

Интерес в этом плане представляет уголовное дело в отношении Ф.В., Ф.М. и К., которые нанесли Г. несколько ударов по голове и телу, с применением физической силы положили Г. в салон автомашины, перевезли его из поселка в поле и на некоторое время (примерно на 1 час) оставили в машине. Такие действия были совершены по просьбе Ф.В., который хотел переместить Г. в пространстве, чтобы выяснить с ним отношения и избить его. Указанные действия были квалифицированы судом как похищение человека.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ переквалифицировала эти действия Ф.В., Ф.М. и К. с п. «а» ч. 2 ст. 126 УК РФ на п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ, пояснив, что основным моментом объективной стороны похищения человека является изъятие и перемещение потерпевшего с целью последующего удержания в другом месте, но такая цель у Ф.В., Ф.М. и К. отсутствовала. Но имеется ли в подобных случаях состав незаконного лишения свободы?

Думается, что с такой квалификацией согласиться сложно, поскольку незаконное лишение свободы предполагает удержание потерпевшего без перемещения в пространстве, а не перемещение без дальнейшего удержания. Вместе с тем к потерпевшему при его захвате и перемещении применялось физическое принуждение, его воля подавлялась.

Рассмотренные действия и иные деяния, характеризующиеся оказанием принудительного воздействия на личность, обладают достаточно высокой степенью общественной опасности, но не находят своей уголовно-правовой оценки в действующем законодательстве, в то время как во многих зарубежных государствах за них установлена уголовная ответственность в самой общей форме и подобные преступления сформулированы как принуждение.

Так, в ст. 150 УК Грузии определена ответственность за понуждение, понимаемое как незаконное ограничение свободы деяний человека, т.е. его физическое или психическое понуждение к совершению или несовершению действий, осуществление которых или воздержание от которых является его правом, либо к тому, чтобы на себе испытать воздействие, противоречащее его собственным воле и желанию. УК Таджикистана также предусматривает ответственность за принуждение (к выполнению или невыполнению какого-либо действия — ст. 134) в главе о преступлениях против личной свободы, чести и достоинства.

В современном уголовном законодательстве Литвы в главу о преступлениях против свободы также помещена статья под названием «Ограничение свободы действий человека» (ст. 148). В ней установлена ответственность для лица, которое требовало совершения незаконных действий либо воздержания от совершения законных действий с применением психического насилия в отношении потерпевшего или его близких.

Нормы о принуждении как самостоятельном виде преступления содержатся в УК Польши: «Лицо, применяющее насилие или угрозу с целью принуждения…» (§ 1 ст. 191), в УК Австрии: «Кто, применяя насилие или используя опасную угрозу, принуждает…» (§ 105). В разделах уголовных кодексов о преступлениях против свободы личности ряда зарубежных стран предусмотрена ответственность за принуждение сделать что-либо, бездействовать, претерпевать какие-либо невыгоды (Германия — п. 1 § 240, Дания — § 260, Швейцария — ст. 181, Швеция — ст. 4 гл. 4), подчиниться чему-нибудь (Голландия — ст. 284).

Таким образом, зарубежный опыт в области уголовного законодательства показывает, что имеются возможности более последовательной охраны личности от принуждения, чем это обеспечивается положениями УК РФ. Приведенные нормативные положения заслуживают осмысления, а возможно и использования.

Важным представляется, что с помощью нормы об уголовной ответственности за принуждение можно было бы восполнить существующие пробелы в отечественном уголовном законе в отношении разнообразных деяний, носящих характер принуждения, посягающих на свободу личности и причиняющих существенный вред правам и законным интересам человека.

Авторы статьи: Т.Ю. ОРЕШКИНА, Т.Д. УСТИНОВА

data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,friendfeed,moikrug">

Older posts «